Мятеж четырех
Шрифт:
– Подожди, – я вспомнила, что Эви перечислила мне всех, кто отправился вместе с королем Аквилонии на полночь. Конан почему-то не упомянул еще одного человека… – А что стало с… Как его…
– Хальком? – киммериец нахмурился, потянулся к полупустой кружке с пивом, но пить не стал. Просто взял кружку и принялся гонять содержимое по стенкам. Затем резким движением выплеснул пиво в затрещавший огонь и сухо проговорил: – Хальк умер.
– Я… Я сожалею… – неловко пробормотала я. Можно было и самой догадаться… Эви говорила, этот молодой человек был другом Конана. А киммериец редко упоминал о своих погибших друзьях, особенно о тех, за смерть которых он не мог отомстить. – Я действительно сожалею…
– Да ладно, – глухо проговорил Конан, глядя куда-то в ревущее пламя очага. – Так уж случилось…
Мне хотелось сказать ему что-нибудь ободряющее, но, как назло, в голову не приходило ничего подходящего. Мы помолчали, а потом я осторожно окликнула:
– Конан?
– Да? – неохотно отозвался он.
– Мы можем поговорить или ты не хочешь? Просто у меня есть несколько новостей, и я полагаю, что ты должен бы их знать…
– Новости плохие или хорошие? – киммериец оторвался от созерцания огня и исподлобья посмотрел на меня.
– По большей части плохие, – честно призналась я.
– Тогда говори, – слегка рассеянный взгляд Конана мгновенно стал таким же, как и всегда – цепким и внимательным. – Ты из-за этого бросилась нас догонять?
– Да, – кивнула я. – В твоей столице заговор. И знаешь, кто за ним стоит? Спорим, никогда не догадаешься!
– А на что будем спорить? – уточнил практичный киммериец. – На золото? И какая же сволочь желает получить мою голову?
– Страбонус, – ласково сказала я. – Здорово, правда?
Честно говоря, я ожидала, что сейчас раздастся жуткий вопль, от которого содрогнется трактир и замигают полузатухшие свечи, а затем посыплются разнообразные проклятия по адресу хитроумного короля Кофа. Но Конан вместо этого недоверчиво присвистнул и поинтересовался:
– Слушай, а ты уверена, что я сподобился эдакой чести? Я ж вроде ему ничего плохого не делал! Разве что давно…
– Уверена, – твердо сказала я. – Правда, пока у меня на руках нет достоверных доказательств, но…
– Ты куда сейчас собираешься? – неожиданно перебил мои рассуждения Конан. – Домой, в Немедию?
– Еще не решила, – призналась я. – Вообще-то я хотела дождаться Мораддина…
– А со мной не хочешь поехать? – без всякого хождения вокруг да около осведомился Конан. – Если, как ты утверждаешь, в Тарантии заговор, то мне пригодится во дворце человек, хорошо разбирающийся в этих вещах.
– Это что, долгожданное признание моих скромных талантов? – слегка ошарашенно спросила я. Признаться, такого я вовсе не ожидала. Да, Конан нехотя соглашался, что я несколько умнее прочих женщин, но чтобы так?.. Неужели варвар действительно поумнел?
– Я всегда говорил, что второй такой хитрюги, как ты, на свете не найдется, – невозмутимо продолжил Конан. – Так поедешь?
Я в задумчивости выбила ногтями дробь по залитой вином столешнице. Собственно, я же этого и хотела – доподлинно разобраться в том, что происходит в Аквилонии. Мне предоставляется замечательная возможность работать без досадных помех и покровительство короля. Возможно, Мораддин вскоре тоже объявится в Тарантии…
– Да, – решительно кивнула я. – Согласна. Умеешь же ты добиваться своего… Ваше величество.
Конан согласно хмыкнул и, повернувшись, окликнул своих гвардейцев, чтобы присоединялись к нам. Я поймала за рукав пробегавшую мимо служанку и попросила немедленно принести мне чего-нибудь поесть и желательно побольше.
А потом мы пили за победу и за благополучное возвращение, и за нашу неожиданную встречу, и за процветание Аквилонии, и еще за что-то… Всего не помню. Мы смеялись, болтали, вспоминали прошлое, говорили о том, где побывали и что пережили… а ночь казалась бесконечной и толстые свечи на нашем столе медленно таяли, расплываясь в лужицы беловатого воска.
К летописи прилагается подлинник письма, отправленного из Пограничного королевства и адресованного лично наместнику Аквилонии, герцогу Просперо.
«Аквилония, Тарантия, королевская резиденция.
Его Светлости герцогу Пуантена и регенту Аквилонии Просперо, в собственные руки.
Мое почтение, дражайший герцог!
В связи с попавшейся мне на глаза почтовой станцией и во исполнение данного некогда обещания сообщаю о достигнутых успехах. Впрочем, пока таковых не слишком много.
Пограничье в точности соответствует расхожему мнению о нем – слишком холодно, слишком много снега, слишком мало цивилизованных людей и слишком много гномов. Конечно, я допускаю совершенно невероятную и противоестественную в основе своей мысль, что кому-то здешние края приходятся по душе, но я к числу таковых представителей рода человеческого явно не отношусь. Вдобавок, мне пришлось три дня проторчать на границе, не имея возможности продолжить путь и терпеливо ожидая, пока закончится буран. У них, понимаете ли, началась зима! А здешняя зима – это нечто особенное… Как можно выжить человеку при таких условиях – не представляю! Впрочем, некоторые утверждают, что в полуночных областях дела обстоят еще хуже. Надеюсь, мне никогда не представится случая проверить сие обстоятельство на собственной драгоценной шкуре.
Ладно, все это – плод моих досужих размышлений и к интересующему нас предмету не относится.
Сей предмет же, насколько мне удалось выяснить, пребывает в добром здравии и продолжает двигаться в избранном им направлении. По сведениям, полученным от местных жителей, интересующую нас особу по-прежнему сопровождает около десятка гвардейцев и три доверенных лица. Между мной и преследуемым мною отрядом в данный миг пролегает два дня конного пути, между отрядом и столицей здешнего захолустья – городом Вольфгардом – около десяти дней. Так что ситуация еще вполне может измениться – как в худшую, так и в лучшую сторону. Хотелось бы верить в последнее, но в нашем на редкость неблагоустроенном мире чаще случается первое.
Мои предположения о возможной встрече с недоброжелателями пока не получили подтверждения. Что уже радует и согревает мою замерзшую в здешних непролазных снегах душу. Признаюсь честно: единственная моя мечта – поскорее вернуться в теплые края. Все остальные грезы, к сожалению, замерзли и приказали долго жить.
Ну вот, мне пора отправляться дальше. Хотелось бы верить, что в Тарантии все благополучно, и что сие послание рано или поздно дойдет до места назначения. Что-то я не слишком доверяю здешней почте, несмотря на гордую приставку «королевская» в ее названии. Однако мне клятвенно обещали, что письмо в ближайшее время будет передано гонцу для доставки к границам Аквилонии. Сие обещание мне пришлось подкрепить изрядным количеством красивых таких желтых кругляшков. Может, хоть от них будет какая-то польза. Золото вообще способно творить настоящие чудеса, в отличие от встречавшихся мне многочисленных магов и святых.