Чтение онлайн

– Ситуация явно ухудшается, - прокомментировал высунувшийся из люка Джелико.
– Нужно оперативное вмешательство.

– Ты, как всегда, прав, Сайрус, - спокойно отозвался Сенцов, залезая обратно в броневик.
– Заместитель Бенедек - какие приказы получили ваши люди?

– Во всяком случае, из летального оружия стрелять они будут лишь в самом крайнем случае, - мрачно ответил ольстерец.
– И надеюсь, что до этого не дойдёт.

– На Корге тоже так думали, а потом полиции пришлось стрелять из лазганов по взбунтовавшейся толпе. Надеюсь, однако, что здесь удастся обойтись без этого... Что ж, - произнеся это, Сенцов повернулся спиной к парапету и полез обратно в броневик, - не будем зря терять время, заместитель Бенедек. А то ведь можем и не успеть...

Полицейские бронемашины съехали с эстакады через двести с небольшим метров и спустились вниз, на ведущую к площади узкую улицу, по пологому съезду дугообразной формы. Проехав ещё метров триста пятьдесят, они буквально упёрлись в спины митингующих горожан.

– Митингующие настроены весьма агрессивно, - отстранённым голосом заметил Джелико. Впрочем, для локианца это было обычное дело.
– Вполне возможно, может потребоваться силовое воздействие.

– Силовое воздействие, Сайрус, от нас никуда не денется, - хмыкнул Сенцов.
– Но всё-таки для начала давай попробуем мирно разрешить ситуацию. Здесь не еретики, а обычные горожане... по крайней мере, так представляется... Поэтому давайте-ка сначала попробуем убедить их в том, что они... неверно понимают суть вопроса.

Произнеся последние слова, кастафореец лёгким движением вскочил на ноги и, прежде чем кто-либо успел что-нибудь сказать или сделать, открыл внешний люк броневика и вылез наружу. Ласло Бенедек, пробормотав под нос нечто такое, что обычно в приличном обществе не принято было употреблять, только что не бегом припустил за инквизитором. Оно и понятно - кому охота, чтобы в его смену пристукнули оперативника из метрополии? Правильно, никому.

Во время своего обучения в Академии Аристарх Сенцов успешно сдал экзамен по предмету, который на официальном языке Имперской Инквизиции назывался "борьба с несанкционированными митингами и им подобными сборищами как мирным, так и военным методами", однако одно дело - теоретические занятия в спокойной обстановке академических аудиторий и тренажёров, и совсем другое - реальное действо. В тренажёрном зале виртуальные "противники" кидают в тебя виртуальными же камнями и палками и могут даже стрелять из виртуальных иглопистолетов и масс-драйверных винтовок; в реальности же можно было не только камнем по башке получить, но и схлопотать бластерный заряд в эту самую башку. Правда, никакого оружия - во всяком случае, видимого - инквизитор у митингующих не заметил, но это ровным счётом ничего не означало.

Само собой разумеется, что идиотом Сенцов не был. Выходить к подобным толпам без специального оснащения было бы верхом глупости, а посему на поясном ремне кастафорейца крепился генератор персонального защитного поля. Набедренная кобура с бластером также присутствовала на своём месте, и её клапан был откинут в сторону, чтобы можно было, в случае чего, быстро выхватить оружие.

Позади себя Сенцов услышал тяжёлый топот, заставивший его обернуться. И понимающая усмешка искривила губы кастафорейца. Ибо иной реакции на увиденное им было сложно ожидать.

– Что?
– брови Лустига изогнулись дугой.
– Какой идиот без прикрытия своего шефа отпустит разговаривать с потенциальными бунтовщиками? А прикрытие тебе как раз не помешает.

– И именно потому ты взял с собой дефган?
– спросил Сенцов.

– А что?
– не понял хатканец, демонстративно перекидывая массивное оружие из одной руки в другую.
– Ничто так не смягчает пыл толпы, как направленный в лоб крупный калибр!

– Оно так, только давай обойдёмся без лишней пальбы, шойн?

– Если хотя бы один камень полетит в нашу сторону, я никого не буду уговаривать!
– угрожающе процедил Лустиг, опуская на глаза тактический визор.

Сенцов в ответ лишь молча пожал плечами и, в свою очередь, надвинул на глаза свой собственный тактический визор "Филин". Лёгким касанием он активировал режим трансляции комлинка и придвинул поближе ко рту горошину микрофона на тонком прочном стержне из армадита.

– Внимание, граждане!
– поскольку комлинк Сенцова был соединён по беспроводной связи с коммуникатором полицейского броневика, не услышать инквизитора мог разве что полностью глухой.
– Я - офицер Имперской Инквизиции! Требую немедленно прекратить несанкционированное сборище и разойтись по своим домам! Если у вас есть какие-либо претензии к местной власти, вы можете выделить троих уполномоченных лиц для проведения переговоров! В противном случае, ваши действия будут мной квалифицированы, как антигосударственные, со всеми вытекающими из этого последствиями!

С минуту вокруг царила относительная тишина, нарушаемая лишь звуками работающей полицейской аппаратуры и моторов бронемашин, потом до слуха инквизитора донёсся чей-то возглас:

– Мы требуем справедливости, мать вашу за ногу!

– Кто это сказал?
– Сенцов окинул толпу пристальным взглядом.
– Выйди и покажись!

Некоторое время ничего не происходило, но потом, расталкивая собравшихся на площади людей локтями, вперёд протиснулся невысокий ничем не примечательный человек, одетый в зелёно-оранжевый рабочий комбинезон. Голову его украшала аляповатая кепка с какой-то неизвестной Сенцову эмблемой, а штанины были заправлены в грязноватые полуботинки на высокой подошве. Никакого видимого оружия при нём не имелось, впрочем, спрятать что-либо под такой одеждой было весьма и весьма непросто. Если только силовую бритву, но встроенный в визор инквизитора микросканер не регистрировал у горожанина никаких источников энергии.

– Мы требуем от властей справедливости!
– всё тем же запальчивым тоном произнёс ольстерец.
– Или, по-вашему, мы недостойны этого?!

– Не могу знать, так как мне неведомо, что здесь у вас происходит, - спокойно проговорил Сенцов, делая едва заметный знак Лустигу сместиться чуть влево.
– Но именно для этого я и прибыл на Ольстер. Чтобы во всём разобраться.

– Вас послали решить нашу проблему?
– наморщил лоб горожанин. Было очевидно, что вникнуть во что-либо сложнее простой арифметической задачи для этого пролетария является делом довольно непростым.

– Именно так, мой друг, - приветливо улыбнулся Сенцов. Одними губами - глаза кастафорейца при этом оставались холодными, как ночное небо Фенриса.
– Кто вы и кем уполномочены вести переговоры с представителями закона?

– Э-э...
– замялся пролетарий.
– Вальтер Вризен, техник по обслуживанию очистительных фильтров, комплекс номер восемь. А насчёт уполномоченного... ну, меня никто, собственно, не назначал. Я сам вызвался.

– Похвальное решение, господин Вризен, вот только отдаёте ли вы все себе отчёт в своих действиях?

– Что вы имеете в виду?
– не понял пролетарий.

– Всё это сборище, - Сенцов обвёл рукой площадь, - не является санкционированным властями Флатриджа. Следовательно, собравшись здесь, вы нарушаете законы Империума. А это есть уголовно наказуемое действо, и я, как офицер Имперской Инквизиции, обладаю самыми широкими полномочиями для того, чтобы прекратить творимое здесь безобразие.

– Вы отдадите приказ стрелять по мирным гражданам?!
– раздался чей-то выкрик.

– Разумеется, нет... без веской на то причины.