Чтение онлайн

Но полковник ничего не сказал.

Вместо этого он откинулся на спинку сиденья и долго изучал ее.

Снаружи все еще лил дождь, стуча по крыше кабины, как по барабану. Водитель с помощником перебрасывались короткими фразами типа: «Справа большая скала», «Осторожно, дыра!», «Лужа, похоже, глубокая, прими правее».

Крис устала... измученная прошедшим днем и истощенная критикой полковника. Ей просто хотелось, чтобы Хэнкок закончил читать нотацию и дал ей немного вздремнуть.

Полковник же улыбнулся.

— Семья — странная штука. Помню, навещал как-то старика, когда моему сыну было то ли семь, то ли восемь. Могу пересчитать по пальцам, сколько дней они провели вместе. Но в те дни мне едва удавалось сдерживать улыбку. Видишь ли, у сына были те же манеры, что и у дедушки. В семилетнем возрасте дети милые, грубые и дерзкие, но слушая дедушку, он приглаживал волосы, дергал себя за ухо так же, как он. Забавно, учитывая, что они никогда прежде не виделись. Вот я и удивлялся все время, откуда у сына появились те же привычки, — полковник пригладил волосы и дернул себя за ухо. Крис чуть было не улыбнулась.

— У вашего сына манеры и привычки отца, — сказал Томми.

— Да, и, естественно, поскольку я не живу перед зеркалом, поэтому и не замечал, как я это проделываю. Но сын замечал и повторял. И, думаю, я замечал, как это делал мой папа и повторял.

— Но не осознанно, — сказала Крис.

— Никогда осознанно.

Крис провела ладонью по волосам.

— Помню, — казала она, — как отец говорил парламенту, что у них нет другого выхода, кроме как оставить смертную казнь до тех пор, пока убийцы Эдди не будут висеть на виселицах. Не могу и сосчитать, только раз от него слышала: «Других вариантов нет». Однажды он меня на футбольный матч отправил, сказав: «Выиграй. Другого варианта нет».

— Ты не могла проиграть? — недоверчиво спросил Томми.

— По крайней мере, отец так считал, — ответила Крис, потом хмуро посмотрела на полковника. — Но, когда я увидела базу, здесь был сплошной беспорядок. Я поняла, что нужно что-то делать. Стало понятно, что нужно почистить столовую, улучшить еду. Альтернатива была простая — валяться в грязи.

— Да, и ты сделала доброе дело. Слава Богу, ты сделала то, что сделала. Дала мне второй шанс. Ты заставила мою команду двигаться, а не лежать на спине и пялиться на тучи. Ты накормила множество людей. Выбрала правильный момент, — полковник не сводил с Крис взгляда. Он был таким же требовательным, но, почему-то, не таким мрачным, когда забирался в кабину.

— На этот раз я сделала неправильный выбор.

— Да.

— Но как узнать, когда я права, а когда подхожу к краю обрыва? — требовательно спросила Крис.

— Это вопрос, — фыркнул полковник, — на который хочет найти ответ каждый энсин.

— И... — настойчиво продолжила Крис.

— Если повезет, когда станешь лейтенантом, будешь с легко распознавать. К тому времени, как на твои петлицы навешают орлов, будешь об этом очень хорошо знать.

Что только еще больше запутало Крис.

— Сэр, это ведь не ответ на вопрос, не так ли?

— Ты сама должна найти ответ. Еще лучше, несколько ответов. Существует множество ответов, которые, может показаться, ты знаешь, но, на самом деле, нет.

— Сэр? — вот это по-настоящему озадачило Крис.

— Кто убил президента Урма? — тихо спросил полковник.

Крис моргнула и сказала первое, что пришло в голову:

— Мой Великий дедушка Рэй.

— Да, так писали во всех газетах. Но с этим не согласен ни один учебник по истории. Сколько ты читала об этой операции?

— Кажется, все книги. В городской библиотеке была пара полок о той войне, когда мне было тринадцать, — и не просыхала.

— Но никогда не читала секретного отчета армейской разведки о боевых действиях?

— Раз их не было в библиотеке, думаю, нет.

— Ты готова для этого. Старая новость. В следующий раз, когда будешь рядом с радиостанцей, позови.

Крис не хотела узнавать об этом потом, ей нужно знать сейчас. Она почти активировала Нелли, чтобы та принялась за поиски, когда Томми, наклонившись через нее, спросил:

— Сэр, а о чем в нем говорилось?

Полковник усмехнулся неожиданному источнику вопроса, но ответил:

— В нем говорится о том, что полковник Лонгкнайф вместе с женой Ритой должны были стать самыми бесстрашными людьми во всей вселенной. Они пролетели половину расстояния, что занимает человеческое пространство рядом с бомбой, пронесли ее мимо самой жесткой системы безопасности, к тому времени разработанной человеком. Сделали это спокойно и очень круто, так и не дав ни малейшего намека на то, что делают. Ни экипаж корабля, что вез их, ни охранники, мимо которых они прошли, ничего не заподозрили. Черт, вот это мужество.

— Так они и убили президента Урма, — сказала Крис.

— Вроде бы, как да. Но есть несколько вопросов, на которые бедные разведчики, пишущие отчет, так и не смогли ответить. В качестве посетителя, полковник сидел так далеко от председательствующего Урма, чтобы его не заподозрила охрана. А в отчете о вскрытии говорится, что бомба взорвалась прямо в лицо президента. Все лицо было усыпано осколками, а некоторые даже пробили заднюю часть черепа.

— И как же получилось подложить чемоданчик прямо к лицу? — поинтересовался Томми.

— Хороший вопрос, — усмехнулся половник. — Еще лучший вопрос, как можно умудриться подложить чемоданчик так вплотную, и при этом остаться в живых, чтобы рассказывать об этом.

— Но дедушка дал сотни интервью об этом убийстве. Хотите сказать, он соврал журналистам?

— Я прочитал много этих интервью, сударыня, и могу спорить, твоя бабушка не сказала слова неправды никому из этих медиа-тупиц. Если ты никогда не была на острие копья, Крис, ты и понятия не имеешь, что там происходит. Эти репортеры задают вопросы, ответы на которые, как думают редакторы, больше интересуют какого-нибудь среднего Джо с улицы. Выяснение фактов, что произошло на самом деле, так же далеко от них, — полковник фыркнул, — как эта планета от засухи. Нет. Репортеры могут разбираться в вечеринках в саду, думать, что понимают политические кампании. Но понимают ли они, то делает солдат? Точно с таким же успехом можно попросить свинью спеть оперу.

Потом полковник сосредоточился на Крис.

— Но ты знаешь, на что это похоже. Два или три раза ты была на острие копья. И если собираешься и дальше возлагать надежды на бедных парней вроде Томми, лодочников или парней из твоего складского отдела, тебе лучше быстрее понять, как мыслят люди, которые превратили «этих проклятых Лонгкнайф» в одно слово.

— А сейчас поспи. У нас есть люди, они обо всем позаботятся. Завтра прибудут горцы, и мы передадим им многое из того, что наделали, — на лице полковника появилась странная улыбка. — Может даже, получится уговорить полковника устроить обед в столовой до того, как я отправлю тебя с планеты.