Чтение онлайн

Когда Катенька закрыла за собой двери, Голицына раздраженно воскликнула:

— Нина, это переходит все границы, ты явно не хотела понимать моих намеков, это просто моветон с твоей стороны.

Но ее подруга только усмехнулась:

— Оставь дорогая этот тон, он совсем тебе не идет. Я уже поняла, что ты не хочешь, чтобы я ближе познакомилась с этой семьей. Но ты не можешь держать монополию на все мои знакомства, если я захочу, то без труда это сделаю и без тебя.

А еще мне кажется, что твое объяснение причин, по которым ты пригласила эту девочку, очень натянуто, и ты что-то задумала.

— Вот, так, — подумала Евдокия Ивановна, в кои веки скажешь правду, а тебе совершенно не верят. Если бы придумала, что-нибудь другое, поверили бы сразу.

— Знаешь, дорогая, я не собираюсь оправдываться перед тобой, что хочу, то и делаю.

Нинель Александровна хитро улыбнулась

— Дуся, мы так давно знакомы, признайся, ты хочешь с помощью этой девочки восстановить испорченные отношения с Шеховским?

Княгиня начала говорить, — Как ты могла… — и осеклась.

— А ведь, действительно, Ниночка права, началом всему послужили именно такие мысли, и только Катенькины таланты, свернули меня в другую сторону, — подумала она.

Ниночка, давай оставим эти проблемы, — сказала княгиня и отдала распоряжения неслышно возникшему лакею,

— Антуан, будь любезен, бутылку мадейры, нам подай.

Через мгновение на столе появилась открытая бутылка вина два фужера, в которые Антуан опытной рукой налил янтарный напиток.

— Вот попробуй дорогая, это вино не подделка, которую можно купить в наших лавках, — сообщила Голицына, — эту партию, я сама закупила у португальского купца в Париже, а сейчас можем под него закончить наш десерт.

Разговор свернул у женщин на домашние проблемы, плохое здоровье Ниночкиной внучки и через час княгиня проводила до дверей слегка подвыпившую гостью.

Затем она поднялась в библиотеку, где в кресле сидела Катенька и внимательно читала учебник математики.

— Однако, действительно, девушка влюбилась, — решила Евдокия Ивановна, — по крайней мере, в этом возрасте эта наука меня еще не увлекала.

— Катя, тебе не надоело, ты наверно меня заждалась? — спросила она девушку.

— Нет, нисколько, мне было интересно, я и не подозревала, что можно увлечься цифрами, — ответила та.

— Скажи Катюша, — вкрадчиво начала княгиня, — когда ты упала в обморок ты испугалась за Николая Андреевича?

Катенька запунцовела.

— Да, — чуть слышно сказала она, — очень испугалась, а это плохо? Ведь он теперь сын князя и мне не стыдно им увлечься.

Голицына, которая никогда не видела Николку, но прекрасно помнила князя в молодости, не удивилась такому признанию, в свое время Шеховской поразил своим блистательным видом немало сердец. И если его сын пошел в него, то этих сердец будет немало и у него.

Вскоре Катенька засобиралась домой, они договорились о следующей встрече и расстались. Катенька уехала на новеньких резных санках, закутанная в меха. А Голицина вздохнув, пошла заниматься дальнейшими делами, которых с ее неугомонным характером было множество.

Когда Катенька приехала домой, то думала, что сильно припозднилась и, что папенька будет ругаться. Но оказалось, Ильи Игнатьевича до сих пор нет, из-за чего Фекла находилась в расстроенных чувствах и даже не обратила внимания на Катенькин приезд.

— Ну, что же тем лучше, — подумала девушка и раздевшись с помощью горничной быстро исчезла в своей комнате.

Уже было совсем поздно, когда дверь подъезда загромыхала. Дворник, ринувшийся ее открывать, чуть не получил в глаз, от пьяного в дым помещика.

— Ты, что, ик… твою мать, ик… двери хозяину не открываешь ик… сейчас схлопочешь по морде у меня, — грозно, как ему казалось, говорил он.

Дворник радостно осклабился

— Ваше благородие, ну, наконец, то вы как надо отдохнули, а то мы все печалились что скука вас одолела.

— Ты, что там несешь… ик! — уже не с такой силой прозвучали слова Вершинина, — где Фекла почему не встречает? Я тут вас всех на три щепки расколю, смотрите, у меня не забалуетесь!

— Да, здесь я здесь Илюша! — выскочила уже в ночной одежде Фекла с накинутым на плечи халатом, — Садись милый. Сейчас сапожки снимем, вот так хорошо, а сейчас вторую ногу давай.

Сняв с него сапоги, она уже совершенно другим тоном обратилась к дворнику и кучеру

— Так, вы двое быстро барина отнесли в опочивальню. Ты Варька, — обратилась она к служанке, — быстро тут все прибери. И одежу всю вычисти, а то видишь вся в снегу и грязи изгваздана, и смотри спать не ложись, пока все не сделаешь, вскорости приду, проверю.

Она пошла в чтобы проконтролировать, как там дела. Но, принесенный в опочивальню и уложенный в кровать барин, неожиданно пришел к жизни.

Уже раздетый, в шлафроке с сеткой на голове он потребовал себе гитару и срывающимся голосом пел романсы своей молодости, признавался Фекле в любви, ругая себя, что не нашел смелости взять ее в жены.

Фекла, которая слышала это далеко не в первый раз, сидела рядом, гладила его по голове и, конечно, говорила, что лучшего мужчины не видела в жизни, что собственно были истинной правдой.

— А ты знаешь, мы ведь с Шеховским сговорились, я Катьку за его Николку отдам, — неожиданно, почти трезвым голосом сказал Вершинин.

Фекла услышав такое, непроизвольно ахнула.

— Ну, что ахаешь! — рассердился помещик, — я, что за нищету ее выдаю, парень богат, красив, у государя на слуху, да и Катька к нему неровно дышит. Все одно к одному и получается. Да и титул у нее будет, у меня вот титула не было никогда.

Он выпустил из рук гитару и та, загремев, упала на пол.

— Вот видишь, из-за тебя даже гитару уронил, — сказал он Фекле, улегся на кровать и захрапел.

Андрей Григорьевич проснулся утром, с ощущением, что он вчера, что-то натворил. В молодости такое ощущение было у него, когда, проиграв в запале последние деньги, он просыпался с угрызениями совести, клялся никогда не брать колоду в руки. Голова жутко болела, во рту как будто нагадила стая кошек.

Он крикнул в темноту:

— Энгельбрект!

Но вместе Энгельбректа к нему подбежал молодой лакей, Позавчера, наконец, пришел обоз из Энска с вещами и людьми и Энгельбрект мог заняться руководящей работой.