Мышь
Шрифт:
Сказать, что я была ошарашена — это ничего не сказать. У меня даже какое-то время не получалось выразить свою мысль словами.
Не дождавшись моей реакции, Джош продолжил:
– Прежде всего, я хочу, чтобы ты знала: мы не спали с матерью моего ребенка, и я тебе не изменял.
– Тогда как?
– Вырвалось у меня.
– Система давила на меня с женитьбой. И, как я и обещал тебе, я нашел женщину, которая согласилась на фиктивный брак. Но у нее было одно условие.
Картинка в голове начала складываться.
– Она хотела ребенка, и ты дал ей свою сперму?
– Все так. К моменту твоего освобождения, ребенок был бы уже взрослым, - Джош словно оправдывался.
– Да и Служба генетического контроля не оставила бы нас в покое. Если бы у нас не появилось детей лет за пять, нас бы затаскали по обследованиям, сама понимаешь.
Я понимала. С логической точки зрения завести ребенка именно сейчас было верным решением.
– Какой срок?
– Второй месяц, - Джош сильно потер лицо руками.
– Если бы я узнал о твоем решении немного раньше...
– Ты станешь хорошим отцом, - я искренне верила в то, что говорила.
– Кэм, я не хочу терять тебя.
– Он поднял на меня глаза и в них было столько всего.
– Не сейчас, не тогда, когда появилась возможность все наладить.
– Но как, Джош? Ты ведь сам сказал, что не можешь покинуть полис.
– Я буду приезжать каждые выходные, - его улыбка вышла натянутой.
– А когда родится ребенок?
– Возможно, немного реже, - он выглядел подавленным и потерянным. Он сам понимал, что с появлением ребенка его план рассыпался на части.
– Кэм, ты не хочешь?
Я молчала. Думала. Он все понимал и не торопил. Мой Джош...
– Давай попробуем, - сказала тихо.
Джош придвинулся ближе и взял мое лицо в свои ладони.
– Можно я поцелую тебя?
Мое сердце сжалось. Я сама потянулась к его губам. Осторожные, невесомые касания постепенно перешли в тягучий, чувственный поцелуй. Его прикосновения были такими нежными, родными, безопасными. Я давно перестала мечтать, что однажды снова окажусь в его руках. Это была не страсть и не голод, это была тоска об утерянном, которая растворилась в нашей боли и смятении.
Его руки ласкали мое тело так, как я когда-то любила. И оно пусть и медленно, с опаской, но принимало эту ласку. Мне казалось, я все делаю правильно. Что бы ни было до этого момента, а именно он мой муж, пусть и по документам это было не так. И пусть… мне было больно даже вспоминать о том, что совсем недавно я была близка с другим мужчиной.
– Может, просто поспим сегодня в обнимку?
– Спросил Джош, целуя мою шею.
– Твои слова расходятся с твоими действиями, - прошептала я.
– Ты устала, я буду чувствовать себя виноватым.
– Я тоже буду чувствовать себя виноватой, если мы сейчас остановимся.
Джош внезапно оторвался от моей шеи.
– Кэм, - Он заглянул мне в глаза.
– Ты заставляешь себя?
– Нет, мне хорошо с тобой, - я не врала, но и не говорила всей правды. Я наслаждалась его нежностью, мне было приятно и… спокойно. Я не завелась.
– Прости, милая.
Я не успела спросить, за что он просил прощения, как он крепко прижал меня к кровати одной рукой, а другая его рука скользнула под резинку моего белья.
Я не сопротивлялась. Это было бы еще унизительнее. Для нас обоих.
– Я просто и правда устала, - сказала я, когда «проверка» была закончена. Я не понимала: я врала или говорила правду.
Джош смотрел куда-то в сторону. Потом лег рядом со мной.
– За время нашей разлуки столько всего произошло, - казалось, он говорил сам с собой.
– Нам нужно столько же времени, если не больше, чтобы все наладить. Да, милая?
Мои глаза наполнились слезами.
– Да, - благодарно прошептала я.
– Давай спать, - сказал он, укрывая нас обоих одеялом.
Я прижалась к его плечу, а он стал гладить мои волосы. Я не знала, что ждет нас дальше, но я правда была благодарна судьбе за этот момент.
****
Когда я открыла глаза, Джош уже не спал и смотрел на меня.
– Доброе утро, - прошептал он и улыбнулся.
– Доброе.
– Поспи еще, сейчас только девять утра.
Я словила себя на мысли, что мне очень хотелось принять его предложение. Не потому, что я не выспалась, а потому, что мне хотелось закрыть глаза. От неловкости.
Она сковывала меня изнутри и росла с каждой секундой. Ни одно наше с Джошем пробуждение не обходилось без поцелуя, короткого или долгого — зависело от обстоятельств.
А сейчас он не потянулся меня поцеловать, и я тоже. Словно между нами была невидимая преграда, и сейчас мы оба делали вид, что ее нет.
Но ведь это мой Джош. Если я не могла быть с ним честной, то к чему вообще стараться что-то наладить?
– Ты ведь тоже это чувствуешь?
– Спросила я его в лоб.
– Неловкость. Да, - не стал отрицать он.
– Когда ты сказал это вслух, сразу стало немного легче, - поделилась я с ним своим замечанием.
– И мне, - он улыбнулся.
– Поцелуй меня, - просьба вырвалась сама собой.
Он притянул меня к себе и поцеловал. И снова — только нежность и чувство чего-то до боли знакомого.
– Знаешь, любовь — это не только страсть, - сказал он, когда мы оторвались друг от друга.
Я знала. И, наверное, мне не хватало жизненного опыта и мудрости, чтобы перестать в этом сомневаться. У меня не было той безумной тяги к Джошу, которую я совсем недавно испытывала к Риду, и это сбивало с толку. С другой стороны, я понимала, что сильное физическое влечение — совершенно не надежный показатель для долгосрочных отношений.
– Чем хочешь сегодня заняться?
Я решила, что копаться в собственных мыслях я смогу, когда Джоша не будет рядом, а сегодня я просто хотела побыть с близким человеком.
– Не знаю. Может, устроишь мне экскурсию? Покажешь места, которые тебе нравятся?
– Э-э, вообще-то я сюда приезжаю только на работу, и сама нигде не была, кроме бойцовского клуба.
– Что?
– на лице Джоша отразилось удивление.
– А где ты живешь?
– В поселении неподалеку.
– А мне туда можно?