Чтение онлайн

Но "фрукт" лишь угрюмо протянул воду Кириллу и бросил, коротко:

— Выйдем, Кирилл… Владимирович, — судя по паузе, по отчеству звать его не привык. — Нужно сказать пару слов, без посторонних.

Кир оглянулся:

— Лиза, подождешь?

— А куда я денусь? Вы же говорить собираетесь в приемной? Мимо вас, все равно, не проскочу.

— Действительно. Пойдем, пообщаемся. Надеюсь, не очень долго? Тебе еще нужно Елизавету до дома доставить. Ей за руль, как бы, нельзя…

— А вы тут еще и по пятьдесят грамм, что ли, дернули? — Бровь белобрысого старательно ползла вверх, как он её ни держал на месте. Усиленно делал вид, что ничуть не удивлен, и расстраивался, что не выходит.

— Нам здесь еще алкоголя не хватало, правда, Лиз? — Так это произнес, будто в сообщники записал. Наигранно-дружеским тоном.

— Я вообще не пью в незнакомых компаниях. Поэтому, не понимаю, о чем вы. — Лицо кирпичом, и пусть сам выкручивается.

— А в чем дело тогда? Я не понимаю, с каких это пор я должен подрабатывать шофером для персонала?

Ни фига ж себе! Это он меня сейчас персоналом обозвал?! Ладно, припомню…

— Лиза перенервничала, я же сказал! — Кирилл бесится. Не любит, когда ему что-то против говорят? Тогда, какого хрена нянчится со мной? Должен был три раза дойти до белого каления…

— Да. У меня на валерьянку побочный эффект проявляется. Она расшатывает мой эмоциональный фон, делает опасной для окружающих. В общем, дура-дурой становлюсь. Хотя, если вам не жалко окружающих, я и сама доберусь. Не напрягайтесь, я это Кириллу уже полчаса твержу. — Ну, чуть-чуть преувеличила… Подумаешь…

— Ладно, Андерс, пойдем, расскажешь, что там стряслось. Лиза тебе зубы заговаривать будет, пока не убежишь. Пожалей психику, сделай перерыв. — Это, значит, о психике блондина Кир переживает. А кто подумает о моей?

Но вопрос так и остался без ответа: оба свалили, чуть не забыв оставить бутылку.

Я водички попила. Подождала. Еще попила. Потом стало скучно. И дверь захлопнута не до конца. И — нет, я не люблю подслушивать. Вообще, никогда так не делаю. Просто подошла, чтобы поплотнее прикрыть… И немножко задержалась. И нечаянно услышала, о чем эти товарищи спорят…

— …выгораживать тебя перед Иркой! — Это Андерс шумит. Ого, а он может быть грозным. — Она не дура, и давно догадывается, что ты не совсем чист. Если хочешь кобелировать, то хотя бы не на моих глазах!

Так, запомним. Ирка, значится. И подарки, наверное, от неё. Сидит, значит, бедная, ждет под окном, а этот гад со мной развлекается! Нужно бы её телефончик раздобыть. Так, на всякий случай.

Кир ответил, но слишком тихо. Я не расслышала.

— Достал уже, честно! Вот скажи, когда ты угомонишься?

Снова бурчание в ответ. Хоть голову просовывай в щель, чтобы услышать, что он там бубнит…

— А ну-ка, объясни мне, Кир… Очень выгодный бизнес, в который я бабки вложил, он действительно выгодный? Или вся затея — ради юбки? Ты меня за этим в Питер притащил? — Вот теперь, он точно злится…

Черт! Ну, почему ни одного слова Кирилла не слышно? К логопеду бы записался, что ли… Все самое интересное пропускаю…

Зато Андерс — лапочка. Орет, как иерихонская труба! Не люблю громкоголосых, но этого — исключительно обожаю!

— Ты мне мозги не пудри. Если бизнес накроется медным тазом, я тебе не прощу. Сделал из меня олуха, наобещал всякой хрени, а я, как дурак, повелся…

Снова тихий бубнеж, потом — пауза. Очень подозрительная. Не к добру эта тишина. Неужто, догадываются о том, кто под дверью скребётся?

Шаги. В мою сторону. Ладно, переиграем. Дернула дверь и выплыла в приемную.

— Товарищи. Вас невозможно подслушивать. Кто ж так орет, а потом бормочет? Я ни фига не поняла. Может, расскажете?

Рекламная пауза. Такой же эффект она производит, когда втыкается в самом интересном месте. В общем, не обрадовала я никого своим появлением.

— Елизавета. Неужели, ты и впрямь подслушивала? — Кирилл насупился, очень недоверчиво. Ясно, пытается сообразить: где я правду говорю, а где — очередная хохма.

— Ага. А теперь совесть замучила, и я решила признаться. Казните меня или помилуйте, все приму. — Ненавижу пафос, но сейчас постаралась.

— Ладно. Мы потом договорим, когда отвезешь Лизу.

Андерс кивнул, видимо, надежда на то, что отмажется, у него преждевременно умерла…

— Ну, все. Я побежала. Андрюша, догоняй! Кирилл, прощайте!

— Подожди минуту. — Вот что ему опять от меня нужно?

— Минута пошла.

— Даже не думай сегодня ходить на какие-то встречи.

— Пфф…В кои-то веки, я пораньше с работы уйду, с законного позволения…Неужели, я теперь на переговоры попрусь?

— Я про другую встречу. Никаких Вить. Поняла?

— А вот теперь — точно пойду. Спасибо за то, что помог мне принять решение. Все. Пока.

И умотала оттуда, от греха подальше. Потому, что физиономия Кира ничего доброго не предвещала. Быстренько так потопала, даром, что все на тех же каблуках…

Я уже почти доковыляла до своей пучеглазой пташки и собиралась очень быстро улететь. Зря планировала. Андерс догнал, перегнал, молча взял за руку и повел обратно. Хотела, сначала, скандал закатить, с воплями " Убивают, насилуют!", а потом поняла, что мы на парковке одни. Глупо орать голубям и воронам — полицию не вызовут.

С видом оскорбленной невинности добрела до серебристой тачанки (танк на колесах, иначе не назовешь, терпеть не могу такие). Демонстративно встала у двери. Думала, не поймет намек, и я, хоть так, на нем отыграюсь. Но блондин оказался воспитанным: дверь приоткрыл, придержал, помог залезть, закрыл. Полное обслуживание.

— Андерс, вы же не хотите меня никуда везти. Давайте, договоримся?

— О чем? — Хмурый Андерс намного страшнее хмурого Кирилла. Мне он таким не нравится, вообще.

— Вы меня отпустите восвояси, а я об этом никому не скажу. Поеду домой сама. А вы отдохнете в каком-нибудь кафе. Могу подсказать хорошее. Даже дорогу покажу.

— Не прокатит. Пообещал отвезти — значит, отвезу.

— Ну, и зря. Сами пожалеете потом.

— Возможно. Как-нибудь разберусь.

— Ну, смотрите… Я вас предупреждала.

— Вы мне угрожаете, Лиза? — Слегка поднял светлую бровь. А ничего так, с мимикой у него все в порядке…

— Не дай боже… Я вообще безвредное существо, глубоко в душе. Просто, выбросы энергии очень большим радиусом поражения обладают. А в мирное русло я её направить не всегда успеваю.

— Кого "её"?