Мышка из Мышкина и величайшее ограбление банка, которого никогда не было
Шрифт:
И вдруг бабушка тихо сказала:
– …Ты так похожа на меня… и на свою маму… такая же… решительная…
Возникла пауза, обе мышки некоторое время молчали.
– А теперь, – хлопнув себя по коленкам, нарушила молчание бабушка, – пора собираться!
Маруся заморгала и промолвила:
– Ты ведь не злишься на меня?
– Нет, нет, – бабушка обняла её и крепко поцеловала, – нет-нет, малышка. Я просто буду очень сильно скучать по тебе. Но я понимаю, ты должна ехать. Я справлюсь.
И, прежде чем бабушка и Маруся вытащили из кладовки пару чемоданов, чтобы упаковать в дорогу вещи, они съели по большому куску яблочного пирога.
– Обязательно обещай писать мне письма! Во-первых, я должна знать, что с тобой всё в порядке, а во-вторых… мне страшно любопытно, в чём же разгадка всей этой истории!
Переполненная чувствами Маруся крепко обняла свою бабушку.
– Обещаю, бабулечка!
Впервые за несколько дней Маруся заснула спокойно, едва коснувшись головой подушки.
Глава 3. Первый полёт
На следующий день Мышка, Голубь и Крольчиха вновь встретились у Медведя. Зоя грызла баранки, а Николай размачивал их в блюдце с чаем. Маруся от волнения не могла ничего есть и мерила шагами комнату. В конце концов Михаил Иванович произнёс:
– Друзья, давайте проясним наш план.
– Я всё продумал! – воскликнул Николай. – Мне как раз нужно завтра выступить на Всеголубином конгрессе музыкальных теоретиков! Сбор у памятника П. И. Чайковскому в девять утра! Маруся полетит вместе со мной! Отсюда лёту часов шесть. Если вылетим в ночь, то как раз успеем. Ты же не боишься высоты?
– Кажется, нет, – сказала Мышка, почувствовав, как в горле сжался комок, – не боюсь. А потом? Как найти вокзал и сесть на поезд? Москва же большой город, там легко заблудиться!
«Я не знаю, я ничего не знаю! Мне так страшно!» – хотелось крикнуть Марусе. От этого её бросило в жар.
– Москва огромная, но ты не волнуйся, разберёмся на месте, – продолжил Николай. – Всё будет в полном ажуре! Достану карту или что-нибудь в этом роде, – добавил он без тени сомнения.
– Ну, ладно, – более уверенно сказала Маруся. – А потом? В Берлине?
– В Берлине живёт мой двоюродный брат, Храбрый Медведь, к нему и надо сразу ехать. Он поможет, – поспешил вставить своё слово Михаил Иванович. – Вот его адрес, – протянул он заранее составленную записку, – на случай, если он не сможет тебя встретить. Не потеряй, Маруся.
И та аккуратно положила адрес в расшитую узорами сумочку, висевшую у неё на плече. На секунду Маруся задумалась…
– Погоди-ка… Ты сказал: Храбрый Медведь?.. Это же известный учёный! Он столько книг написал! Об искусстве Средневековья и европейского Возрождения, представляете! Ты про него говоришь, Михаил Иванович? Это твой двоюродный брат? Ничего себе!
– Да, – смущённо улыбнулся Михаил Иванович. – Это он в нашу бабушку такой умный… Пойду приготовлю для него горшочек мёда, – засуетился Медведь, – и ещё листья смородины припасу, он страсть как любит пить смородиновый чай!
Пока Михаил Иванович ходил за подарками для Храброго Медведя, Зоя торжественно вручила Марусе письмо от Стёпы и порывисто обняла ее.
– Ах, моя дорогая, найди моего бедного братца!
Мышка бережно сложила письмо и поместила его в сумочку рядом с адресом Храброго Медведя.
На следующий день рано-рано, задолго до рассвета, Голубь (в парадном костюме, с галстуком-бабочкой), Медведь и Крольчиха пришли к дому Мышек.
– Пора, – сказал Николай, захлопав крыльями. – И, кстати, должен заметить, что второй чемодан придётся оставить здесь. Я всего лишь голубь, а не самолёт!
Марусе пришлось перебрать весь багаж. Как же трудно было решить, что понадобится в дороге! Хорошо, что на помощь пришла бабушка со своими дельными советами. Наконец всё было окончательно уложено, Николай и Маруся были готовы отправиться в путь.
– Погодите! – воскликнула бабушка. – Погодите! Присядем-ка, чтобы дорога была лёгкой! Это такая народная примета!
Все засуетились, сели кто куда. Помолчали несколько секунд. Марусе страшно не терпелось уже поскорее отправиться в путь, но как пренебречь традициями, тем более народными!
– Ну, с Богом! Возвращайтесь скорей!
В конце концов, после ещё одной щедрой порции объятий и поцелуев на прощание, а также финальных инструкций на дорожку от бабушки, Михаил Иванович помог Марусе забраться на спину Голубя.
Река Волга торжественно катила тёмные воды к югу. Маруся, зажав чемоданчик в одной лапке, ухватилась другой покрепче за перья Николая.
– Полегче! – воскликнул он. – Полегче! Лучше держись за ремешок от бабочки, только не порви, она самая моя любимая, концертная!
Они взлетели. У Мышки захватило дух – как прекрасно было ощущение полёта, как необычно! Поборов лёгкое головокружение, Маруся подумала: «И повезло же птицам, что они умеют летать! Это же очень здорово – они поднимаются так высоко, что сразу видят мир во всей красе!»
Снизу, освещенные светом уличного фонаря, им махали на прощание бабушка-Мышь, Крольчиха и Медведь. Чем выше поднимались Голубь с Мышкой, тем меньше становились фигурки внизу. Слеза одновременно восторга и грусти скатилась по щеке Маруси и затерялась в её усиках. Скоро город Мышкин совсем скрылся из глаз.
«Тихо, как тихо в небе!» – подумалось Марусе. И только свежий ветер шептал в уши: ши-и-и-и-и-ш-ши-и-ш-ши-и, лети-и-и-и-им…
Через поля, через леса… И вот наконец Москва! Внизу скользили бесконечные потоки автомобилей и людей. Лавируя между высоченными зданиями, Николай с Марусей пролетали совсем близко с окнами, сквозь которые можно было видеть, как разные люди и звери просыпались, делали зарядку, завтракали, спеша на учебу или работу.
Москва! У Маруси закружилась голова.
– Я вижу Кремль! Какой он древний! И сколько же у него башен? Раз, два, три…
– Двадцать! – повернув голову к Марусе, прокричал Голубь. – И все разные: маленькие и большие, круглые и квадратные!
– А как сияют на них рубиновые звёзды!
– Да, знаешь, они ещё указывают направление воздушных потоков! Как флюгер, поворачиваются туда, куда дует ветер.
– А это знаменитые куранты? Главные часы всей России! – захлопала в ладоши Мышка.