Чтение онлайн

Легче всего обмануть самого себя.

С живыми сравнивай, когда судишь о живом.

Человек, получивший благодеяния, должен всю жизнь помнить об этом, а человек, оказавший благодеяние, должен сейчас же забыть об этом.

Господство немногих вселяет страх в граждан, но стыда не внушает.

Ораторы должны всегда предлагать самое лучшее, а не самое легкое.

Политику следует относиться ко всем согражданам так, как дети относятся к родителям — молиться, чтобы они были как можно снисходительнее, и благожелательно сносить их такими, какие они есть.

Лучшее ограждение от тиранов — недоверие граждан.

Однажды к Демосфену пришел человек и попросил выступить на суде в его защиту, рассказав, что его избили. «Но ты ведь не пострадал от этого!» — сказал ему Демосфен. «Ничего себе — не пострадал!» — вскричал человек во весь голос. «Вот теперь, — ответил он, — я действительно слышу оскорбленного и пострадавшего».

Гром Демосфеновых речей пахнет светильником его ночных трудов.

Когда Цицерон произносил на Форуме свои речи, слушатели находили, что никто не умеет говорить лучше Марка Туллия; но когда говорил Демосфен, афиняне восклицали: «Война Филиппу!»

Демосфен свободно говорил с камешком во рту. Тоже мне помеха!

Сгибаясь под ношей, ты только увеличиваешь ее тяжесть.

Каждый был бы тираном, если бы мог.

Стоит где-нибудь воздвигнуть храм Господу, как дьявол строит рядышком свою часовню — и самая многолюдная паства оказывается у него.

Обмануть дьявола — не грех.

Робинзон не воспитал тысячи Робинзонов, а открыл что-то от Робинзона во всяком настоящем мальчишке: каждая литература, каждое великое сочинение порождает в самой жизни соответствующие события.

У Дефо самые яркие герои — точильный станок и деревянная лопата.

До тех пор, пока мою фотографию дают на обложке журнала, меня не заботит, что обо мне пишут на 96-й странице.

Попав хоть однажды в колонку слухов и сплетен, ты из нее уже не выберешься.

Иногда оргазм лучше, чем играть рок перед публикой. Иногда играть рок перед публикой лучше оргазма.

О Маргарет Трюдо:

— Да ничего у меня с ней не было, никакого романа, — просто шапочное знакомство на каких-то две ночи.

Женщины никогда не садятся за ужин одни, а если садятся, это не ужин.

Дурные манеры встречаются всюду, но аристократия — это упорядоченные дурные манеры.

Нужно очень много истории, чтобы из этого получилось немного литературы.

Я бы вернулся в Америку — умирать, но жить — никогда.

Генри Джеймс пережевывает больше, чем откусывает.

Генри Джеймс был одной из самых милых пожилых леди, которых я встречал в своей жизни.

Бедность не порок. Будь она пороком, ее не стыдились бы.

Честность — лучшая политика, если, конечно, вам не дарован талант убедительно лгать.

Насладиться ленью по-настоящему может лишь тот, у кого есть куча совершенно неотложных дел.

Я люблю работу: она захватывает меня целиком. Я могу часами сидеть и смотреть, как другие работают.

Он охотно берет самое тяжелое бремя и безропотно взваливает его на чужие плечи.

Я твердо верю в удачу. И я заметил: чем больше я работаю, тем я удачливее.

Как дорого стоили нам несчастья, которые так и не случились!

Вежливость — это искусственно созданное хорошее настроение.

Всякий раз, когда я вспоминаю о том, что Господь справедлив, я дрожу за свою страну.

Я не замечал, чтобы честность людей возрастала с их богатством.

Человек, который ничего не читает, образованнее того, кто не читает ничего, кроме газет.

Рекламные объявления содержат единственные правдивые сведения, которые можно найти в газетах.

Промедление лучше ошибки.

Если бы пришлось выбирать: иметь правительство без газет или газеты без правительства, — я бы не раздумывая выбрал второе.