Чтение онлайн

— Достойное завершение веселого денька… — пробормотала себе под нос Ларри, разминая пальцы.

Монметон, охнув, попятился к костру, цепляясь за походную сумку с такой же отчаянной надеждой, с какой утопающий хватается за соломинку.

— Эй, О'Тул! — разом сбросив обманчивую отрешенность, Дьюин хорошенько встряхнул невнятно бормочущего Гарта. — Хватит дрыхнуть! Давай, присоединяйся к потехе!

— А? Чего? — вскинулся охранник, спросонья ошалело хлопая глазами.

— Вставай и топор бери, вот чего! — гаркнул Дьюин. — Гости пожаловали!

Гарт вскочил, как ужаленный, щурясь и всматриваясь в темноту, которую небольшой костер, разведенный отрядом, не разгонял, а наоборот подчеркивал. Остальные, впрочем, занимались тем же самым. Знакомиться с источником шума не хотелось, но что-то подсказывало, что в этом вопросе их желания спрашивать никто не будет.

— Ларри, как долго ты сможешь поддерживать барьер при нападении? — деловито спросил Хельстайн, наматывая на кулак тонкую цепь.

— Смотря с каким энтузиазмом сквозь него будут ломиться, — отозвалась магичка. — И, кстати, Лис, я не уверена, что серебряный кастет тебе чем-нибудь поможет. Хотелось бы мне ошибиться, но, кажется, топает там что-то куда более крупное, чем зомби.

— Посмотрим, — коротко ответил профессор, досадливо глянул на костер и добавил. — Свету бы побольше.

— Извини, но здесь ничем помочь не могу. Придется обходиться тем, что есть.

— Что ж, попробуем.

Хельстайн вытащил из костра полыхающее полешко и приблизился к границе барьера. За его пределами быстро, но какими-то неестественными рывками двигались массивные силуэты. Внезапно один из силуэтов метнулся к оказавшемуся в соблазнительной близости от него человеку и тяжело рухнул наземь, столкнувшись с невидимой, но непреодолимой преградой. Выпад первой твари словно послужил сигналом для остальных. Тени закружили вокруг барьера, постепенно сужая кольцо и время от времени делая пробный выпад, словно проверяя защиту лагеря на прочность. Первая же тварь замерла на месте, сжавшись в комок, как будто свет, исходящий от догорающей головни в руке Хельстайна, зачаровал ее, обратив в камень.

— Господи! — выдохнул Монметон, когда им более–менее удалось рассмотреть, что за живность исторгли в эту ночь прилегающие к тракту болота, а Гарт, не сдержавшись, пробормотал пару ругательств.

Внешним видом тварь отдаленно напоминала жабу, но размерами эта 'жаба' была с молодого бычка. Ее бугристая, бородавчатая кожа лоснилась, истекая слизью. Массивные задние конечности были идеально приспособлены для прыжков. Приплюснутая морда тоже могла бы сойти за жабью, если бы не парочка отличий: во–первых, гигантские саблевидные клыки, торчащие из пасти твари, а во–вторых, множество мелких глаз, усеивающих ее низкий, покатый лоб. Глаза синхронно моргали и щурились, взирая на огонь.

— Рогатину бы сейчас… — тоскливо пробормотал Дьюин, прикинув, каково будет лезть с мечами на такую дуру, особенно если учесть, что дура здесь не одна.

Хельстайн даже и не подумал попятиться. Все так же стоя почти вплотную к барьеру, он с академическим интересом рассматривал застывшую всего в трех футах от него тварь.

— Вроде, живая, — вынес он вердикт, когда головня прогорела и окрестности снова погрузились в полутьму.

— Живая, живая, — подтвердила Ларри. Ее лицо заострилось, а побелевшие губы сжались в тонкую ниточку. Видно было, что поддержание преграды, разделяющей людей и тварей, дается ей непросто. — Возможно, даже теплокровная. Лис, если ты налюбовался, может, предпримешь хоть что-нибудь? В противном случае я снимаю барьер, и дальше каждый сам за себя.

— Потерпи еще минутку, — попросил магичку Хельстайн.

Вернувшись к костру, он порылся в своей сумке и извлек оттуда футляр, в котором обнаружились полая трубка, связка крошечных дротиков и небольшой флакон.

— Да вы что, защекотать их решили? — не сдержавшись, фыркнул Дьюин.

Хельстайн не ответил. Смочив игловидное острие одного из дротиков в содержимом флакона, он вложил дротик в трубку.

— Каллаган, будьте так добры, подсветите мне. Огонь определенно привлекает их внимание.

Дьюин нехотя потянул из костра горящую ветку и шагнул к барьеру. Хельстайн последовал за ним, держась чуть в стороне. Когда из темноты вырисовались очертания массивной туши одной из 'жаб', профессор быстро поднес трубку к губам. Дьюин услышал тонкий, быстро оборвавшийся свист. Хельстайн опустил трубку и начал колдовать над следующим снарядом. Поначалу казалось, что ничего не произошло. Плотоядно ощерившаяся 'жаба' сжалась в комок, примериваясь для прыжка, однако вместо того, чтобы совершить бросок, вдруг нелепо дернулась и осела, заваливаясь набок. Не веря своим глазам, Дьюин ошарашено взглянул на Хельстайна.

— Не отвлекайтесь, — сказал тот, как ни в чем не бывало. — Ищем следующее животное.

Менее чем через пять минут все было закончено. Ларри уничтожила барьер сразу же, как только последняя из тварей растянулась на земле, слабо подергивая конечностями.

— Смотрю, ты все-таки раздобыл урари, — одобрительно заметила магичка, массируя виски. — Ничего не попишешь, полезная штука. В Гха–Бирре знают толк в ядах.

— Несомненно, знают, — согласился Хельстайн. — Гарт, Каллаган, теперь ваша очередь поработать. Упокойте наших милых гостей окончательно.

— А разве они не мертвы? — наемник подозрительно покосился на ближайшую неподвижную тушу.

— Они обездвижены и лишены возможности дышать, — пояснил Хельстайн, аккуратно возвращая трубку в футляр. — Теоретически это смертельно для любого животного, вопрос только во времени. Но практически, я думаю, не стоит проверять, что произойдет раньше — закончится действие яда или же они все-таки погибнут. Просто добейте, и все.

— Ладно, добить — так добить, — проворчал Гарт. — Чего тогда кота за хвост тянуть?

Он вразвалку подошел к 'жабе' и с полного размаха, как в дубовую колоду, всадил топор ей в череп.

— Да, похоже, ты был прав, — сказала Ларри все еще жавшемуся к огню Монметону. — О'Тул, действительно, идет на поправку, что не может не радовать. И брось, наконец, свою торбу. Честное слово, цепляешься за нее так, словно там вся имперская казна укрыта.

Монметон выдавил из себя вымученную улыбку, аккуратно положил походную сумку на землю и опасливо присоединился к Хельстайну, рассматривавшему покойную 'жабу'. Дьюин постоял, посмотрел, с каким энтузиазмом работает топором Гарт, и решил, что тот вполне способен разделать оставшихся тварей в одиночку, так что марать мечи не имеет смысла. За спиной наемника ученые затеяли жаркий спор о видовой принадлежности ночных гостей, однако самого его интересовал несколько иной аспект. Обогнув тушу зверя, Дьюин вытащил из массивной ляжки зверя оперенный дротик длиной не больше указательного пальца.

— Поосторожнее с ним, — посоветовал, заметив его действия, Хельстайн. — Там еще остался яд. Одной царапины может вполне хватить, чтобы отправиться к праотцам.

— Значит, на людей он тоже действует? — Дьюин тотчас перехватил дротик поближе к оперению.

— Если попадет в кровь, то, разумеется, да. Дальше все зависит от концентрации яда и от того, отыщется ли рядом добрая душа, которая согласится делать вам искусственное дыхание до тех пор, пока оцепенение не спадет. И учтите еще одну вещь — согласно последним исследованиям, яд урари не затуманивает сознание жертвы, вплоть до самого конца. Так что вряд ли это будет очень приятный процесс.