Чтение онлайн

Я медленно встал, понимая, что шучу с огнем.

– Замолкаю и отправляюсь собирать чемодан. Удачного дня!

***

Я достал из-под кровати свой чемодан, который вместе со мной объездил уже полмира. После очередного путешествия на нем появляется новая наклейка – напоминание о стране моего пребывания. Знаю, тщеславная глупость. Но мне нравится. Места на чемодане почти не осталось, я задействовал даже дно. Ручка совсем обтрепалась, и в местах появились мелкие трещинки. Думаю, ему недолго осталось. Но когда придет пора отправиться чемодану на пенсию, думаю я не стану выкидывать его. Оставлю. Ведь так приятно будет после смотреть на него, и вспоминать все те удивительные вещи, которые мне довелось увидеть в путешествиях по миру. Думаю внуки, если они у меня когда-нибудь появятся, будут гордиться мной. А сколько историй я им расскажу!

В дверь постучали.

– Входи, Элис.

Дверь отворилась, и на пороге показалось виноватое лицо моей соседки.

– Ну откуда ты знаешь, что это я?

– Элис, только ты так стучишь. Четыре тихих удара. Остальные обычно стучат сильнее и по три раза.

– Теперь я знаю, чем выдаю себя. В следующий раз изменю свою технику.

Элис прошла в комнату и скромно присела на край дивана.

– Как твоя репродукция? – поинтересовался я.

– Моя что?

Я улыбнулся.

– Моне. Ты собиралась повесить его.

– Ах, Моне. Всё в порядке. Уже висит.

Она увидела мой чемодан.

– Ты снова уезжаешь?

– Да. Ты не подашь мне тот свитер?

Элис дотянулась рукой до тёплого свитера и протянула его мне.

– А как же Люси? – Она прошла по комнате и присела рядом с аквариумом. – Мне кажется, она все понимает, как думаешь?

Люси замерла на уровне лица Элис, пытаясь понять, собираются ли ее кормить.

– Поездка будет недолгой. С ней всё будет хорошо.

– Вчера я нашла новое письмо, – вдруг Элис сменила тему.

– Оу. Ты разбиваешь мужчинам сердца!

– Брось. Не так всё и хорошо. Я рассталась с тем фотографом.

– Что? У вас же всё было хорошо. Как его звали Луи? Нет, Льюис…

– Луис. Оказалось, всё было несерьезно. Знаешь, на что я попалась? На третий день нашего знакомства он познакомил меня со своим отцом. Он оказался очень милым стариком в инвалидном кресле. Мы прекрасно провели вечер. Играли в скрэббл. Было так приятно на время оказаться в семейной обстановке. Но через неделю Луис сказал, что у нас не может быть ничего серьёзного. Представляешь? Кто знакомит со своими родителями и потом объявляет такое? Сама виновата. Уже нафантазировала себе всякого.

– Много детей, рыжего кота и большую чёрную собаку?

– Прости?

– Это я так. К слову. Элис, ты слишком доверчива.

– Ты считаешь меня глупой?

– Я этого не говорил.

– Брось, я же знаю, я странная. Знаешь, я до сих пор собираю красивые фантики от конфет. Никак не избавлюсь от этой привычки. Как то рука не поднимается выбросить их.

– Это не плохо, оставаться ребёнком, но в наше время доверчивость – опасный недостаток. Я волнуюсь за тебя, Элис.

Она взглянула на часы.

– Как быстро летит время. Я опоздаю на работу. Ты не одолжишь мне кофе? С этой работой я никак не успеваю сходить в магазин. Эти вечные недовольные покупатели. Иногда мне кажется, я скоро не выдержу и надену упаковочный пакет какой-нибудь дамочке на голову. Ты не представляешь, до чего бывают омерзительны некоторые дни. Позавчера одна покупательница попросила меня обернуть подарочной упаковкой набор карандашей.

– Но что в этом странного? – удивился я.

– Каждый карандаш отдельно! Сорок пять карандашей! Представляешь?

– Но может тебя утешит мысль о том, что кому-то придется также разворачивать каждый карандаш?

– Я подумываю о том, чтобы сменить работу.

– Но куда ты пойдёшь?

– В газету бесплатных объявлений. У них вечно не хватает людей. Работа не пыльная. Главное требование – быстро печатать и быть вежливой.

– Тогда у тебя получится.

Элис улыбнулась.

– А мне сегодня снова предстоит дальний перелёт. Если бы ни эти самолёты, то мою работу вполне можно было бы считать идеальной.

***

В тот день я находился в международном терминале местного аэропорта. Пил кофе и коротал часы в ожидании своего рейса. Моя работа предполагает частые командировки. К этому я давно привык. Точнее мне пришлось привыкнуть. Самолёты… Я так боялся летать. На борту меня охватывала мучительная паника. Мне хотелось разбить иллюминатор и выпрыгнуть из самолёта ещё на взлёте. Но сейчас я привык. Наверное, ко всему можно привыкнуть. Ведь привык же я жить без родителей. Раньше не мог и подумать о том, что смогу когда-нибудь смотреть субботние комедии без отца. Думал, что без матери никогда не смогу больше спокойно ходить в пиццерию, расположенную на первом этаже нашего дома. А смог. Привык. Так что уж говорить о самолётах.

Хотя страх всё же преследует меня иногда. Но у меня есть свой способ борьбы с ним. Я надеваю наушники и на всю громкость включаю свою любимую группу. Это хоть немного, но всё же отвлекает от полёта. Правда иногда бывает неловко, когда забывшись, я начинаю подпевать вслух. Но в конце-концов, эти люди видят меня в первый и в последний раз в жизни. Вы когда-нибудь встречали второй раз тех, кто оказывался соседом по креслу в самолете? То-то же!

Спина затекла, и я упёрся в сидение рядом стоящего кресла. Моя ладонь что-то нащупала. Я опустил глаза и увидел старый потрепанный журнал, который обычно раздают в самолётах. Не знаю, что меня тогда заставило открыть его. Отложив в сторону книгу и поставив кофе рядом с собой, я взял журнал в руки и быстро пролистал его. Уже решив, что не увижу в нём ничего, кроме рекламы, я заметил на предпоследней странице едва уловимый рукописный текст. Нечто вроде письма, обращения к неизвестному читателю. Я расположил журнал так, чтобы слабые лучи солнца позволяли прочитать написанное. Вот, что там было:

«Приветствую тебя, незнакомый читатель. Веришь ли ты в судьбу? В наше время столько скептиков. Это заставляет думать, что и ты считаешь это полной ерундой. Но разве не судьба заставила именно тебя открыть этот журнал? И, кстати, мама не учила тебя, что брать чужие вещи некрасиво? Не буду мучить тебя уроками воспитания. Я продолжу. Сейчас ночь. На часах половина четвёртого. Через полчаса должны объявить начало регистрации на мой рейс. После этого я пройду на посадку и навсегда покину эту страну. Одиночество – порой лучшее спасение.

У каждого есть цели. И у тебя тоже, мой неизвестный читатель. Но не думал ли ты о том, что у судьбы на твой счёт свои планы? Ты, как загнанный кролик, торопишься и не знаешь, чудак, что судьба неизбежно настигнет тебя. И что остаётся? Остановись. Подожди смиренно. И судьба сама решит, что будет дальше. Это не пророчество, а призыв поверить в силу судьбы.

Человек не может жить без цели, как автобус без маршрута. Но считай свой жизненный путь маршрутом, придуманным судьбой.

Задумывался ли ты когда-нибудь о том, что иногда приходит время, идти на поводу у судьбы. В один день у тебя просто не останется выбора. Гонимый ею, ты вынужден будешь играть по её правилам. Но стоит ли этого бояться? Нет. У каждого своё место и лучшее, что ты можешь с этим сделать – смириться. Смирись и расслабься. Поддайся спокойному течению своей жизни, прислушайся к тихому шепоту судьбы, услышь её, и поймёшь, как всё на самом деле просто.