На блюдечке
Шрифт:
– Так это же здорово! Представляю, как приятно с ней целоваться.
– Ну, не знаю... С этой точки зрения я как-то...
– Да брось, Ник, неужто вы никогда не целуетесь?
– С какой радости? Мы не супруги, не любовники. Просто работаем вместе. Теперь вот, ещё и живём...
– Так, по работе, притворяться же приходилось, наверное?
– Да, бывало... Хм, верно, целоваться приятно было.
– Видишь, значит, и плюсы есть.
Ник вздохнул и покачал головой.
– Ну что ты всякую ерунду...
– Тихо!
– оборвал их Робби.
– Сама идёт.
Сильвия вынырнула откуда-то из пляжной темноты с улыбкой на усталом лице. Обнаружив Ника, уселась рядом. Тот даже не поднял взгляда на неё, пялясь на доски настила под ногами. Паук обратил внимание, что в баре почти никого не осталось. Парочка влюблённых шепталась за самым дальним из видимых столиков, да на кухне гремела посуда. Пришла пора собрать все сегодняшние доходы и отправить их в сейф.
– Давно он такой?
– поинтересовалась Сильвия.
– Больше часа, почитай, - сообщил Робби.
– Хоть поел чего-нибудь?
– Куда там, - Паук решил, что лучше будет ничего не скрывать, - даже пиво не допил.
– Пойдём домой, Ник. Там хорошо, чисто, я всё уже прибрала. Ты что на ужин хочешь?
– Да какой уж теперь ужин...
– Ник подпёр голову кулаком.
– Забирай, забирай его, а то он тут совсем скиснет. Завтра воскресенье, понимаешь, а это несчастный на всех тоску нагоняет. Пусть поест, как следует, да выспится, приключения ваши, как я понял, закончились.
– Действительно.
– Сильвия взяла напарника за руку.
– Пойдёмте, Николас, я приготовлю ваше любимое пюре из брюквы и корня сельдерея.
Ник встал, задрал глаза к звёздному небу и разве что не завыл.
– О нет! Паук, а может я поживу с твоими мамой и тётей?
КОНЕЦ
март 2015 г.
– июнь 2016 г.