Чтение онлайн

– Эту тактику я сразу заметил. Она в общем-то полупартизанская или даже совсем партизанская...

– Как ни назови, а она для нас сподручная, если пользу приносит... Казаки, случается, поступают таким же манером.

– Я не в осуждение, - сказал Климент Ефремович.
– Но так способны действовать только очень крепко спаянные подразделения и части, где многие люди даже в лицо знают друг друга.

– У нас такие и есть.

– Не все, Семен Михайлович. В одиннадцатой кавдивизии сборные эскадроны, да и в коренных дивизиях некоторые полки новичками разбавлены. Они при откатывании рассеются, не скоро и соберешь.

– Значит, им по-другому надо, - согласился Буденный.

– А как?

– Жизнь подскажет, бой научит.

– Если каждого командира бой учить будет, дорого нам обойдется такая наука.

– Пускай устава придерживаются.

– Так ведь старый устав-то, Семен Михайлович!

– А где же новый возьмешь?

– Давай сами попробуем обобщать опыт, улавливать новые закономерности.

– Это что же?
– удивился Буденный.
– Свой устав писать будем? Эка ты замахнулся!

– Устав, конечно, в один прием не разработаешь, не подготовишь, а вот временные правила, наставления для войск своей армии - это мы можем. Не боги горшки обжигают. Давай подумаем.

– Чтобы горшки обжигать, время требуется.

– Ты вообще-то согласен?

– Дело полезное. Только как подступиться?

– А я вроде бы уже начал, - улыбнулся Климент Ефремович.
– И знаешь с чего? Свои наблюдения и впечатления стал записывать. Хочешь послушать?

– Очень любопытно!
– подался к нему Семен Михайлович.

– Вот... Даже неудачу бывалые буденновцы умеют обращать в свою пользу. Иногда нарочно создают видимость неудачи. Видел у Меловатки, как наш кавалерийский полк, атаковавший не без успеха, вдруг повернул назад и будто рассыпался. Казаки поскакали вслед, увлеклись преследованием и оказались в приготовленном для них мешке. Их встретил кинжальный огонь пулеметов, а с флангов бросились наши эскадроны, опрокинули, погнали назад, многих побили.

– Был такой случай, - припомнил Буденный.
– И не один раз. Комбриг Книга на такие ловушки мастер.

– Или вот еще одна закономерность, - продолжал Климент Ефремович.
– Тут у меня записано: если враг повернется спиной, откроет свой тыл, то ему крышка. Буденновцы умеют этим пользоваться. Гонят врага долго, настойчиво, без передышки и на десять, и на двадцать, и даже на тридцать верст, отправляют в погоню свежие силы на отдохнувших конях. А противник измучен, бросает пушки и пулеметы, солдаты разбегаются куда попало. Благодаря этому неудача врага часто оборачивается для него катастрофой.

– Очень даже правильно ты замечаешь, - с уважением произнес Буденный.

– Это первые наброски, от случая к случаю.

– Ты пиши, а я во всем помогу и на все вопросы, на какие сумею, полное пояснение дам.

– Договорились, Семен Михайлович. Через газету, через инструкции, всеми способами опыт распространять надо. Думаю, что даже наставление вполне по силам нам, нашему штабу. А там, чем черт не шутит, может, когда-нибудь и устав создавать придется.

– Кто ж его знает, - покачал головой Буденный, а по голосу чувствовалось: очень заинтересовала его эта мысль.

Было между ними одно расхождение, выявившееся с первых же дней, о котором оба старались до поры до времени не вспоминать, зная, что прийти к согласию будет трудно. Семен Михайлович считал, что настоящим кавалеристом может стать лишь тот, кто с детства в седле или хотя бы с малых лет приучен к лошади: крестьянин или казак, Рабочим место в пехоте, в артиллерии, при какой-нибудь технике. Убыль в армии Буденный рассчитывал восполнить в южных степях, под Ростовом. Ворошилов же был убежден в другом: самая лучшая, самая верная возможность укрепить Первую Конную появилась именно сейчас, когда армия вступила в Донецкий бассейн. Только здесь можно усилить пролетарскую прослойку шахтерами п металлистами, прослойку, которая даст возможность повысить дисциплину, будет надежно противостоять мелкособственнической крестьянской стихийности.

Может, Семен Михайлович и его соратники-командиры неосознанно, подспудно как раз и опасались того, что новые люди ослабят авторитет ветеранов?.. Во всяком случае, Климент Ефремович определил для себя четкую позицию: против пополнения армии степняками, казаками, опытными кавалеристами он нисколько не возражает, Такие люди очень даже нужны. Но, с другой стороны, он постарается в самые ближайшие дни привлечь в Первую Конную как можно больше рабочих. Даже цифру себе такую наметил: добиться, чтобы рабочие составляли в армии хотя бы одну треть личного состава. Это очень трудно, зато какая была бы польза!

Как всегда, председательствуя на одном из заседаний Военного совета, Климент Ефремович предложил:

– Давайте преобразуем отдел формирования нашей армии в управление формирования.

– Без разницы, - пожал плечами Семен Михайлович, - хоть так назови, хоть по-другому, абы работа шла,

– Разница есть, - едва заметно улыбнулся Ворошилов, - и не только в названии. Мы создадим у себя управление формирования такое же, какие существуют при штабах фронтов. Больше прав, больше ответственности. Сами будем призывать людей нужных возрастов.

– А разрешат нам?
– осторожный Щаденко всегда все взвесит, прикинет с разных сторон.
– Есть же установленный порядок, указания на этот счет.

– Они для кого, такие указания, для обычной армии? А у нас все новое, все пробуем, испытываем, - возразил Ворошилов.
– Создадим свой упраформ, поглядим, какая польза. Думаю, товарищ Егоров нас поддержит.

– Что за срочность?
– Буденный вроде бы удивился неожиданному предложению, но Климент Ефремович видел: догадывается Семен Михайлович, куда клонится разговор, и нарочно показывает себя этаким простачком. Крестьянская хитрость: ты выкладывай свои козыри, а мы подождем, помозгуем.

Веские доводы нужны, чтобы Буденному крыть нечем было.

– Зима, трудности возрастают, - сказал Ворошилов.
– Не только в боях потери несем. Больных много, отставших. Пополнение не возмещает урон.

– Оно так.

– А впереди - бросок к Таганрогу. Уйдем далеко, от пехоты оторвемся, лишь на свои силы можно рассчитывать... И расти мы должны. Ведь армия у нас, Семен Михайлович. Хорошо бы еще одну кавалерийскую дивизию сформировать.
– Климент Ефремович знал, как размягчить сердце самолюбивого командарма.

– И сформируем, - подтвердил Буденный, расправляя усы большим и указательным пальцами левой руки.
– Ты насчет политработников для новой дивизии думай, а я командный состав подберу.

– Людей потребуется много. Несколько тысяч.

– И люди найдутся. На Дону, в Сальских степях.

– На заводах, на рудниках добровольцы есть. Вообще рабочие охотно к нам идут, - вел свою линию Ворошилов.
– Некоторых я лично знаю.

– Которых знаешь, надо брать, - хмыкнул Семен Михайлович.
– Знакомые не подведут. А остальные пущай в пехоту, на санках едут, им же лучше. А которые с конем управляются - этих пожалуйста.