Чтение онлайн

— И отомстим, — нестройно, тихим голосом, повторили все.

— Пусть земля вам будет пухом на новом месте, — дед пожевал губы, снял с головы бандану, которую носил, за ним повторили все, — сынки. Не уберег я вас, но внуков ваших, да женок сберегу, с Сергеем вместе подымем род, в люди всех выведем.

Молча пошли к деревне, настроение было ни к черту. Считай, похороны устроили. Ушли с головой в работу, чтобы мысли мрачные не лезли в голову. Разве что кто-нибудь периодически уходил на Перуново поле, подправить оградку, да цветов новых посадить. Это я начал делать, а то не по-людски как-то. Потом и остальные поддерживать цветник начали. Стоял теперь посреди Перунова поля идол дубовый, резной, да плита каменная. А вокруг цветы росли…

До конца июля успели сделать все, что планировали. Даже несмотря на частые дожди. Брезент помог и тут. А мне они так вообще были только в помощь, бочки с водой набирались сами, без паровика. Соли наготовили чуть не бочку, золы — так вообще немеряно, дед часто поутру ходил косить траву вдоль ручьев, бабы еще и валежник всякий, шишки, иголки туда запихивали. Первую варку соли испытали на Машке. Она крутилась постоянно в месте добычи. Слизала горстку серых кристаллов на ура, и без последствий. Правда, Смеяну пришлось отвлечь, чтобы не бросилась защищать свою лосиху.

С рудой процесс пошел нормально, хуже было с кирпичами. Лотков мало оказалось, не успевали кирпичи высохнуть. Пришлось мужиков брать в помощь, да делать еще. Глину выбирал в болоте ту, которая похожа была на кучи, оставленные Первушей. Старался брать вдоль берега, была глобальная задумка сделать водный путь к озеру из болота. Я даже один раз прогулялся в ту сторону. Там километра два по лесу, если вдоль болота идти, да потом скала выходит, потом обрывистый берег. Если напрямую путь делать, то в скале той надо дырку делать. Ходить, правда, приходилось все дальше и дальше за глиной железной, но я собрал плот из трех бревен, и возил руду на нем, быстрее получалось. Метров триста за месяц сделал дороги в болоте, чистой воды у берега, по которой мог пройти мой плотик. Вел его за веревку, как бурлак, по берегу.

К концу июля, как и договаривались, собрались все в деревне, определять дальнейшие действия, да строить дома. Я первый раз за месяц был дома, еду мне периодически приносили бабы.

Деревня преобразилась. Во-первых, помимо каркаса, о котором договаривались, стояли уже почти полноценные срубы. И их было больше, чем мы договаривались! Я сильно удивился, но дед мне все разъяснил. Смекалка народная тут сработала, как надо. Трактором они дырявили землю под столбы, дед приспособил оснастку. Им же затягивали бревна. Получилось быстро, и смогли справиться они сами, без меня. А те срубы, о которых не договаривались, это были амбар с большим погребом, и крольчатник. Точнее, заячник. Кукша, пока отлучался на охоту, принес пятерых маленьких зайчат. Кормили их травой, молодыми побегами, да пищевыми отходами. Они за месяц раздобрели, сидели все в одной клетке. Пока не начали драться между собой. Дед сделал каждому по клетке, те теперь сидели в «одиночках». Слава Б-гу, что не застал я процесс объяснению Смеяне, что кроликов тех по осени придется пустить на мясо. По рассказам, было много слез, скандалов, и только рявк деда привел девочку в чувство. Знаю, что жалко животину, меховые комочки были забавные, но делать нечего, мясо нам надо.

— Эх, молодцы вы, — я похвалил деда, — а я там одичал окончательно, в одиночестве. Вон, в баню надо, да одежку в порядок привести.

— Ну, железо дело тоже нужное. Наш трактор меньше силы теперь дает, дерево-то я подправлю всегда, а тут с цилиндрами и поршнями проблемы, — дед протер тряпкой черные от дегтя руки, — верно ты говорил, может и не дожить до осени наш конь деревянный…

— Ну то мы посмотрим еще, разобрать да проверить его надо. Может, просто ремонт нужен. А лучше конечно еще один сделать, чтобы не остаться без тяговой силы в самый ответственный момент.

— Я думал над тем. Даже раму еще одну собрал, с механизмами всеми, успел. Только железо все теперь к нему нужно, да котел.

— С трубами как, с фанерой? С досками? Вы лесопилку еще не разобрали хоть?

— Не, тут вопросов много, со станками твоими. Как делать будем? Как в новых местах размещать? Как от пожара и огня беречься?

— Н-да, тут действительно думать надо. Если мы паровики к каждому станку делать будем, надо места для них предусмотреть, да и переделать кое-чего я бы не против был.

— Ну вот потому мы их и не трогали пока. У тебя там как?

— А у меня прогресс. Много наделал всего, как вывозить будем — я не представляю. Там одних кирпичей вот столько, — я руками показал Буревою размер той кучи, которая у меня получилась.

Сами посудите, за полчаса работы я делал девять кирпичей. За световой день — на сушке оказывалось почти две сотни. За месяц, без выходных, почти шесть тысяч. Половина, правда, потрескавшиеся, непонятно, как себя вести будут в печах. И это не считая руды. Ее по прикидкам получалось под три-четыре тонны. Я ее даже не складывал в тару, она лежала громадной кучей возле места промывки. Еще и не успел всю ее прокалить, только десятую часть. Просто тупо не хватало дров. Да еще и для кузницы делал кирпичи из Первушиной глины, они более огнестойкие.

Дед присвистнул от объемов:

— Ну ни чего себе! Ты чего, крепость строить собрался? Надо было бросать это дело, да идти нам помогать.

— Не скажи, Буревой. Сейчас их хоть подсушить можно. А представь осенью? И так дожди раз в три дня, но хоть тепло. А если зарядит на неделю? А сколько нам печек нужно, ты посчитал? У нас ведь теперь для паровиков печки нужны, для обогрева, да еще и в таком, — я обвел руками стройку, — количестве. Путь будет. А с транспортом я вот что придумал…

Объяснил деду про водный путь в болоте. Тому идея понравилась, все не на себе волочить. Трактор к нашей делянке не прошел бы, там овраги, ручьи, склоны. Мы его только на ровной поверхности использовали, я боялся, что перекосит цилиндр, или там датчик давления, и поминай как звали водителя.

— Вот что, Сергей, — дед почесал бороду, — мы с тобой так сделаем. Сейчас перенесем то, что надо для стройки. Потом, по зиме, оставшееся на санях каких-нибудь прикатим, когда снег ляжет. По воде сейчас может быть опасно…

— Это еще почему? — удивился я.

— Да снуют лодки, часто, много, один раз к самому берегу подходила. На лесоповале с Кукшей работали — так стрелой отпугивать пришлось, они отвернули. Там двое всего было.

— И чего они так часто лезут?

— Погода, — кратко поведал дед.

— Так, с этого места поподробнее.

— Погода плохая. Дождей много. Урожая большого не будет. Мена корелам нужна, они на Ладогу плавают часто. Продают меха да всякое за зерно. Не наберут зерна на зиму — голодать будут. А урожай в этот раз плохой будет, — дед погрустнел.

— Насколько плохой? — тут уже я насторожился.

— Ну, если две трети от прошлогоднего соберем, уже хорошо будет, — дед почесал бороду, — а так половина будет. Картошка твою не знаю, как устойчива к дождям, а рожь плохо родит.

— А остальное как? Ну там, овощи, крапива, горошек этот мышиный?

— Остальное нормально, а вот рожь плохо даст.

— Ну, заранее горевать не будем, в любом случае с едой нормально будет. А вот с лодками на озере — это опасно…

— Ну вот и я к тому. Мы с лесоповала только ночью теперь ходим. И с кирпичами так придется. И с рудой железной…