Чтение онлайн

В приличном месте "отстойник" строить бы не стали. Никто из того же среднего класса не стал бы селиться рядом с таким предприятием и его опасным содержимым. Недвижимость рядом с "отстойником" явно стоила копейки и скупалась под заводы, ангары, склады и рабочие поселения. В населенной части неоновая и лазерная реклама горела поверх обшарпанных, расписанных граффити зданий, даже при свете дня бросая болезненные отсветы на раздолбанные дороги и грязные улицы. У всех домов на окнах стояли решетки, перед каждым магазином виднелась борозда, свидетельствующая о том, что на ночь тут опускается защитный экран. Часто попадались вывески стрип-клубов, борделей и секс-шопов.

То тут, то там можно было увидеть стайку молодёжи, разодетой кто во что горазд: кто в обносках, кто в одежде, подчеркивающей принадлежность к определённой субкультуре или банде. У многих были хаверборды. Джейс знал, как ловко с них можно воровать сумки у зазевавшихся прохожих. В тёмных переулках виднелись давно не вывозившиеся мусорные баки или бочки от топлива, в которых тощие грязные оборванцы разводили огонь. Стоило дорогой машине полковника хотя бы притормозить в гетто, её бы ободрали, как липку, за считанные секунды. Джейс молился, чтоб у блондинки хватило ума не останавливаться тут и даже не открывать окна.

Однако машина проследовала через трущобы в более приличный сектор. Все же у предприятий и складов были менеджеры среднего и высшего звена, которые привыкли к относительному комфорту и располагали какими-никакими средствами, да и сотрудникам того же Центра надо было где-то отдыхать и тратить зарплаты. Деловой сектор был отделен от трущоб большим парком, куда не следовало соваться с наступлением сумерек, если не хотелось продать почку или купить дешевую проститутку и дозу наркоты. Впрочем, днем сюда тоже не следовало заходить.

Над всей этой нищетой плыл, как мираж, осколок совсем иной жизни. Блестящие зеркальными стеклами небоскребы взвивались к небу сказочными башнями, вознося "приличных людей" над грязью повседневности. Здесь "белые воротнички" могли спокойно жить, работать и развлекаться, не спускаясь на грешную землю и не соприкасаясь с нищебродами, бандитами и рабочими.

Въезд в деловой сектор был только по пропускам, но, естественно, гравикар начальника НРЦ пропустили без заминки. Джессика заметно расслабилась, стоило им оказаться на безопасной территории. Первым делом она отправилась в ведомственную поликлинику, которой формально подчинялась ее медчасть в Центре, но пробыла там недолго. Выпорхнув на волю, она явно вздохнула с облегчением и принялась вызванивать своих подруг для совместного похода по магазинам или обеда.

Джейс следовал за ней, как приклеенный, постоянно открывая все двери, подавая руку, нося пакеты с покупками и вообще проявляя максимум галантности. Сначала он был в перманентном напряжении из-за того, что выбранный им стиль поведения мог не понравиться Джессике. Джейс вел себя максимально обходительно, но при этом не падал на колени, когда это было бы необходимо для личного раба. Кое-как ему удалось найти баланс между ролью телохранителя и персонального раба, и Джессика отнеслась к такой манере благосклонно.

Самым неприятным стал обед, когда Джессика явно хвалилась подружкам и самим своим охраняемым статусом, и красивым аксессуаром в лице Джейса. Хорошо еще, что она не разрешила никому его пощупать и не заставила демонстрировать послушание. Все же положение сторожевого пса имело свои плюсы. Девицы, бросавшие на него завистливые взгляды, вовсе не привлекали его. Он прекрасно понимал, что для них представляет и что интересует их точно так же, как заинтересовала бы любая новая побрякушка, купленная не им, а их подружке. Джейс был рад, когда, наконец, усадил "принцессу" обратно в машину и пристроился напротив. Радость продлилась недолго.

Стоило аэромобилю начать плавное движение, как Джессика подняла перегородку между водителем и салоном и, прежде чем Джейс успел хоть как-то отреагировать, оказалась у него на коленях. Старые рефлексы взяли верх и он даже не воспротивился, когда в рот ворвался чужой настойчивый язык. Чисто автоматически ответил, потому что слишком долго вынужден был подделывать энтузиазм в таких ситуациях. Тело, чтоб ему пусто было, точно так же автоматически среагировало на перспективу сиюминутного удовлетворения. А когда с небольшим опозданием включился мозг, и Джейс попытался взять происходившее под контроль, девушка уже успела распалиться.

— Ты что? Не хочешь меня?!
– взвилась она, стоило Джейсу чуть отстранить ее, прерывая настойчивые, торопливые и неаккуратные поцелуи.

Провоцировать заведенную и явно взвинченную женщину было чертовски опасно. Джейс провел ладонями по гладкой коже бедер, задирая край платья, крепко схватил ее за ягодицы и прижал к себе, подаваясь навстречу мягкому, доступному теплу и позволяя Джессике прочувствовать степень его собственной готовности. По ее телу пробежала дрожь, из груди вырвался тихий стон.

— Ну, чувствуешь?
– рыкнул он, надеясь, что злость будет принята за страсть.

— Да, - тихо протянула девица, тая у него в руках.

— Ну, что, хочу я тебя?

— М-ммм, - только и смогла выдавить из себя Джессика, закрывая глаза, прижимаясь к мужчине и двигаясь, чтобы лучше почувствовать то, что скрывала от нее грубая ткань казенных штанов.

— Я могу отыметь тебя прямо здесь и сейчас, - грубо бросил Джейс, ухватывая ее покрепче и мешая дразнящим движениям.
– Но там за загородкой сидят два человека, которые тут же донесут все твоему отцу, и он потом меня заживо на лоскуты порежет. Или ты можешь придумать, как нам встречаться тайком. И мы с тобой сможем делать что угодно, сколько угодно.

Он провел губами по ее гладкой тонкой шее, возбуждая, но не позволяя взять верх. Запах ее кожи был хоть и приятным, но неправильным, не тем...

— Мы же не подростки, чтобы на скорую руку перепихиваться на заднем сидении папиной машины, - уговаривал он, гладя и сжимая податливую плоть, дразня поцелуями через тонкую ткань платья.

Будь Джессика чуть менее увлечена его манипуляциями, она бы заметила, что зеленые глаза горят вовсе не любовной страстью. Да и Джейс следил за ее реакцией на свои действия не потому, что хотел угодить, а потому что сейчас от этого зависело его выживание.

— Ну же, решай!
– потребовал он резко и отстранил ее от себя, запуская пальцы в шелковые волосы Джессики, будто держал котенка за шкирку.
– Один раз или много?

Джессика с трудом сфокусировала на нем помутневший взгляд. Джейс буквально видел, как в ней борется жажда сиюсекундного исполнения своих порочных желаний и перспектива многократного удовлетворения. Ему не нравилось нападение озабоченной и явно нестабильной бабы, не нравилась реакция его собственного тела, не нравилась вся эта ситуация. Он так хотел уйти от преисполненной фальши, лжи, притворства и насилия жизни секс-игрушки, уже успел поверить, что это почти удалось, и вот его снова окунали по уши в это дерьмо! Он злился, ненавидел всех и вся, включая себя, и все-таки выкручивался.