Чтение онлайн

Первые дни к нему присматривались. Надсмотрщики отняли у него всю одежду, выдав взамен стандартный для рабов имения набор серой добротной рабочей одежки из грубой ткани. Все его вещи упаковали и убрали - это была собственность дочери хозяина. Ошейник подключили к общей системе управления - к этому доступ у "хозяев второго порядка" был, теперь молчавшее год кольцо на горле работало в полную силу. Выделили место в бараке и в столовой - самим места выбирать не разрешалось. В пять утра поднимали, давали умыться, позавтракать и отводили в мастерскую, в полдень быстро давали перекусить, в восемь загоняли на ужин и в барак. Всегда под контролем, всегда должен ходить по струнке. Ходить, да оглядываться.

Первой стычки он ждал даже с каким-то предвкушением, и она произошла так, как и должна была. Сценарий был хорошо знаком. Раз в неделю рабов отправляли на основательную помывку. Нет, если работа была грязная, то разрешалось отмыть грязь либо под шлангом в гараже, либо в бочке с дождевой водой, но вот именно профилактическая основная помывка с противопаразитным мылом и шампунем была один раз в неделю. Надзиратели тут над душой не стояли, не желая попадать под брызги воды, а рабы пользовались этим для более свободного общения.

Джейс не собирался заводить новые знакомства, он был полностью поглощен болезненным ощущением воды, молотящей по плечам. В последнее время ему казалось, что кожа болит, будто все нервы оголены. Джейс опустил глаза, посмотрел на руки и дернулся - буквально на мгновение почудилось, что на них кровь. Он моргнул, и жуткое видение пропало. Вот только глюков ему для полного счастья не хватало. Парень устало упёрся ладонью в стену. Внезапно между лопаток будто бы защекотало, интуиция забила тревогу.

Любопытные взгляды Джейс чувствовал своей исполосованной кожей, даже отвернувшись к стене. Стыда он не испытывал, с этой нелепицей давно пришлось распрощаться. Стыдливый раб - нонсенс. Сквозь шум падающей сверху воды он уловил тихие разговоры поблизости, явно о своей скромной персоне. Джейс понял, что вот он, тот самый момент. Внутренне подобрался, как зверь, готовящийся к прыжку.

— Я тебе говорю, постельный это.

— Да ладно, постельный с такой шкурой?

— Мало ли как господа развлекаться любят? А с такой смазливой мордой - точно постельный. Я слышал, охрана говорила, хозяйской дочки игрушка это.

— Теперь - ничейная.

— Эй, новенький!

Джейс не отреагировал. Пусть, пусть сунутся к нему сами.

— Эй, я с тобой разговариваю! Ты нос-то не задирай, теперь под хозяйской юбкой не спрячешься, - мерзкие смешки с нескольких сторон.
– А будешь посговорчивей, глядишь, и не обидим.

Красная пелена уже начала застилать мозг, но Джейс еще держался. Пока кто-то не схватил его раздраженно за плечо, пытаясь развернуть. Непрошенное прикосновение стало катализатором для взрывной реакции. Джейс не хотел, чтоб к нему вообще прикасались, а уж в таком контексте и подавно. Он даже не успел толком разглядеть своего противника, настолько быстро развернулся и, вывернув лежавшую на плече руку, со всей яростью врезал мужчине под дых. Тот согнулся, и Джейс тут же схватил его за волосы на затылке, рванул еще ниже и со всей силы впечатал колено в лицо. Следующего он ловким броском впечатал в стену - хорошо хоть пол в душевой был шершавым, позволяя драться в полную силу. Зачем биться головой об стену от тоски, если можно бить головой об стену кого-то еще?! И пусть кровь на его руках будет, но только вражеская.

Желавших продолжать знакомство среди рабов не было, а крови все еще хотелось. Видел бы его сейчас Карнз, смеялся бы от радости - ничего человеческого в осатаневшем кровожадном рабе не было. Первый подоспевший надсмотрщик получил такой сокрушительный хук слева, что не устоял на ногах. И тут веселью пришел конец, сработал ошейник. Рыча и скалясь, как настоящий зверь, Джейс попытался бороться с парализующим эффектом, скручивающим мышцы немыслимой болью, но эту битву ему было не выиграть. Всех участников драки быстро согнули в бараний рог и вывели на улицу, к месту казни.

Пришел управляющий поместьем, осмотрел повреждения рабов, посмотрел на злобно сверкавшего глазами Джейса, на получившего по морде надсмотрщика.

— Кто ударил первым?
– спросил он, поджав тонкие губы.

— Этот, - Джейса с силой ткнули дубинкой под ребра.

— За порчу хозяйского имущества и нападение на персонал - пятьдесят плетей и сутки в колодках, - без промедлений вынесли ему приговор.
– А этим по двадцать и тоже в колодки, чтоб неповадно было драки зачинать.

— Господин управляющий, это хозяйской дочки раб, - тихо заметил один из надзирателей.
– Вроде, не положено ему шкуру рвать.

— Там рвать-то нечего уже, - с сомнением проговорил управляющий.
– Но бог с ним. Петлю на шею и пятьдесят без крови. И в колодки.

Дальше с тремя рабами расправились быстро, те даже дернуться не успели. Джейса подвели к ближайшему дереву, перебросили веревку через явно уже не раз использованный в этих целях сук. На шею легла затягивающаяся петля, веревку натянули, заставляя встать на цыпочки. Дернись - удушишь себя сам. А поди не дернись, когда тебе полосуют спину! Опытный палач и без крови может достучаться до упрямых и непокорных рабов.

Джейс слышал свист кнутов и крики других рабов, но сам молчал, стиснув зубы от ненависти. А потом даже если бы и захотел, не смог бы заорать - петля сжала горло. Как он ни старался не дергаться и не затягивать ее, а избежать этого не смог - инерцию ударов, толкавшую его каждый раз, в таком неустойчивом положении погасить было сложно. Удушения он боялся до паники, и сейчас этот страх его выручил, позволил не потерять сознание и не повеситься добровольно.

Когда петлю сняли и дали отдышаться, он уже соображал плохо, да и на ногах стоял с трудом. Приходить в себя пришлось уже в колодках. Все трое участников драки были выставлены на всеобщее обозрение - выпоротые, в чем мать родила, закованные в средневековое орудие пыток. Чего Джейс действительно опасался, так это того, что кто-то воспользуется таким удобным случаем,- опыт имелся. Но нет, рабы лишь издалека смотрели на отбывающих наказание, подходить опасались, будто чужая беда прилипнет и к ним самим. А охрана, видимо, была приучена вести себя более прилично в доме высшей аристократии. Или хотя бы не так публично зверствовать.

Очень скоро неестественно скрюченная поза вызвала сильнейший мышечный спазм в избитой спине, потом судороги охватили ноги, шею, но возможности облегчить положение не было. От безумия удерживала только злость, простая и безвекторная. Порка и сутки в колодках вселили страх в двух других рабов, но в голове у Джейса явно что-то перемкнуло. Он устал бояться, испытывать больший ужас, чем прежде, он уже не мог. А все, что было по интенсивности ниже испытанного, уже казалось незначительным. Школа Алана Карнза давала о себе знать. Единственное, чего он боялся по-настоящему, это потерять Кору безвозвратно, даже не увидевшись.

И все же пока что у него хватало ума лишний раз не нарываться. Когда их пришли выпускать, он и слова не сказал насмешливым надзирателям. И только двум зачинщикам драки, пожелавшим воспользоваться его несчастьем, Джейс, когда никто из охраны не видел, показал, что ничего для него наказание не изменило - сверля их злым убийственным взглядом провел большим пальцем по своему горлу. Барак все понял и сделал правильные выводы. Джейса стали опасаться.

Шли дни, вестей о Коре не было. Единственным утешением стала работа. К дорогим коллекционным машинам, от одного взгляда на которые у Джейса перехватывало дыхание, его подпускали только, чтоб он их помыл да отполировал, но во внутренностях более дешевой техники он копался беспрепятственно. Вредить технике для Джейса было кощунством, так что работал он на совесть, что не осталось незамеченным. Скучать не давали.