На грани полуночи
Шрифт:
Лив покраснела.
– После всех рассказанных Шоном историй, я тоже не прочь поглазеть.
– Шон слишком много говорит, – весело сказала Эрин. – Не слушай его.
Тэм развернулась, заставив остановиться всю процессию, и сообщила:
– Эрин, я только что закончила новую вещицу. И хочу назвать ее в твою честь. Можно?
Эрин удивилась:
– Да, наверное. Ух ты. А можно на нее взглянуть?
Тэм улыбнулась, как довольная кошка.
– Конечно. Сюда. – Она повела всех по коридору, наверх к восьмиугольной башне.
Мастерская была обшита панелями из темного дерева, что делало помещение одновременно и строгим, и роскошным. Все стены были покрыты крошечными каталогизированными ящичками. С высокого потолка свисал мощный светильник. Таинственные фрагменты оборудования были привинчены к тяжелым рабочим столам. Странные изогнутые металлические предметы, похожие на измученные скульптуры из самых смелых гоблинских снов, лениво покачивались от ветерка, дующего из окна. Сквозь облака проглядывали деревья, пахло металлом и химикатами, внизу шелестел прибой – все это придавало помещению вид логова древнего алхимика.
– Готовое у меня вот здесь. – Тэм подвела их к столу, покрытому черным бархатом, и зажгла светильник. На столе лежало несколько полированных деревянных коробочек. Одну из них Тэм открыла и протянула Эрин.
У Лив перехватило дыхание – настолько поразительной была вещица, хотя, если присмотреться, дизайн был простым. Это было крученое ожерелье из белого золота с вплетенными более тонкими золотыми нитями других оттенков. Концы представляли собой сложный клубок золотых узелков с ярко-красными камнями.
– Похоже на ожерелье Новака, – сказала Эрин. – Только… другое. Тэм, оно великолепно.
Тэм выглядела довольной. Движением большого пальца она расстегнула ожерелье и надела на шею Эрин.
– Будь внимательной. Если когда-нибудь попадешь в беду, нажми на гранат, толкни вот этот рычажок, и вуаля.
Конец отсоединился, продемонстрировав украшенную рукоять небольшого, кривого кинжала.
– Ого, – Эрин уставилась на зловещего вида нож. – Для меня это большая честь.
– Так и должно быть, – сказала Тэм. – Запрашиваемая цена – двести тысяч.
У Лив отвисла челюсть.
– И люди платят такие деньги?
– Еще бы. – Тэм порылась в кармане и раздала визитки.
«Смертоносная красота: Ювелирное оружие. Тамара Стил».
– Большинство людей, которые в состоянии заплатить столько денег за необычные драгоценности, не уверены в своей безопасности. Возьмем, к примеру, подружку стандартного мафиози. Ее любовничка со дня на день может замочить конкурент. Подобная вещица даст ей чувство защищенности, пусть и липовой.
– И много тут подружек мафиози? – поинтересовалась Лив.
– Очень. И жен мафиози тоже. Преступный мир пухнет от денег и страха. Идеальный рынок для «Смертоносной красоты». Эту серию я назову «Марго». С твоего разрешения, конечно же.
Они, ахнули увидев ассортимент украшений для волос. Те, казалось, вибрировали в ловушке света. Дизайн был очень чувственным: женственные изгибы, острые углы. Простота сочеталась с томительной сложностью.
– Где ты научилась делать такие вещи? – спросила Рейн.
– Мой отец был ювелиром. До пятнадцати лет я была его подмастерьем.
Воцарилась изумленная тишина. Лив заметила, как женщины обменялись взглядами, и поняла, что Тэм впервые добровольно раскрыла им всем подробности своего таинственного прошлого.
– Что произошло, когда тебе исполнилось пятнадцать? – спросила Эрин.
Тэм махнула рукой, отгоняя свое прошлое, будто неприятный запах.
– Он умер, – сказала она кратко. – Я стала учиться у кого-то еще. Взгляните на это. – Она показала еще одну заколку. – Основано на модели распылителя, который мы все знаем и любим, но если нажать на этот топаз… – Она продемонстрировала. Блеснула игла, настолько тонкая, что ее было едва видно. – Можно заполнить ее ядом или седативным, в зависимости от потребностей. А вот и старая классика, – она взяла зажим в виде рожка, повернула ручку и вытащила кинжал. – Можно использовать кинжал с ядом, если вы не уверены, что сможете поразить жизненно важный орган или артерию с первого удара.
– И нужна вам эта жуткая выставка? – Шон бросил на Лив тревожный взгляд. – Ты меня пугаешь.
– Выйди из комнаты, если у тебя слабый желудок, – сказала Тэм.
– Этот кинжал длиннее четырех дюймов? – раздался голос Коннора, стоящего у открытой двери. – Если длиннее, то нужно прятать.
– Само собой, длиннее. Что за глупый вопрос, Кон? Четыре дюйма и один миллиметр. – Голос Тэм звучал самодовольно. – Это дело принципа.
Мужчины оттолкнули Кона в сторону и заполнили студию, оглядываясь вокруг с настороженным восхищением.
– Вы, девушки, должны были оставаться на острове, – пожаловался Сет.
Рейн виновато пожала плечами.
– Вообще-то я приехала за тобой, – сказала Эрин Коннору. – Звонила Синди и пригласила нас на свой концерт в «Парамаунте». Я хочу присмотреть за ней, когда она на сцене, пока этот псих бегает на свободе. Потом она останется у нас. Не хочу, чтобы она в полном одиночестве ночевала у мамы, пока та в отпуске.
Коннор застонал:
– А ты не могла просто сказать ей, чтобы пропустила концерт?
– Я пыталась, – ответила Эрин. – Она сказала, что я спятила, раз предлагаю такое.
– Но я уже предложил Майлсу остаться сегодня у нас, – сказал Коннор. – Он на меня взбесится, если увидит Синди.
Эрин закатила глаза:
– Майлс переживет.
Тэм прочистила горло:
– Вы закончили навевать на нас скуку своими личными, никому не интересными делами? Вот и хорошо. Очень рада. А вот это «Рейн».
Тэм открыла коробку. Женщины вздохнули в унисон. Кулон был поразительным и большим, как сплющенное яйцо.
Опал вспыхнул глубоким сине-зеленым огнем в сплетении ажурного золота.
В комплекте шли серьги, маленькие бусины свисали с тонкой плетеной золотой нити из завитков цветного золота в мочке уха.
– Как «Ловец снов», – сказала Рейн. – За исключением…
– За исключением… – повторила Тэм, повернув ручку, к которой была прикреплена цепочка. Вещица в ее руках с щелчком открылась, демонстрируя плотный клубок проводов и цепочек, и шарик, похожий на сероватую глину.
Шон резко вздохнул.