Чтение онлайн

— Да, а вы знаете, что ваш Артём… — заорал было мужчина, но Закир Тигранович знаком пожурил его за такой повышенный тон и тот стал говорить тише: — Ваш Артём-это бывший парень Леры! Они встречались, потом она бросила его, отказавшись от его предложения и вышла замуж за меня!

— Ну и? Ты думаешь, он станет мстить? Нет. Он профессионал и я уверен в нём на все сто процентов. А ты не накручивай себя почём зря, ради Бога!

— Закир Тигранович, ради всего святого, прошу вас, посмотрите, как там дела! — взмолился Игорь. — Вы же начальник госпиталя, можете.

— Хорошо. — вздохнул тот в ответ и скрылся за дверями, где располагались операционные.

В это же время, Истомин, взяв себя в руки, сделал несколько звонков: отчиму, которого посвятил в сложившуюся ситуацию и спросил, куда именно лучше организовать транспортировку Калерии. Бизнесмен рассматривал только Питер, но Ростовцев, с минуту подумав сказал:

— Если и перевозить, то только в Златоглавую. Есть там несколько клиник, а в одной из них работает очень хороший врач, хирург, мой знакомый. Сейчас пришлю координаты.

Затем, мужчина выяснил про то, как и где можно нанять вертолёт для транспортировки раненых.

Вскоре, к нему вышли оба: Закир Тигранович и Артём.

— Как прошла операция? — с тревогой кинулся к ним Игорь.

— Прошла. — не особо весело ответил Шатров. — Пулю я вытащил. Из хорошего: она прошла рядом, не задев спинной мозг. Из плохого: я не знаю, задеты ли отростки позвоночника и у Леры, ко всему прочему, ещё и серьёзное ранение живота. С ним тоже справился, но вот позвоночник… Я даже никогда не сталкивался. Нужны специалисты. Состояние очень тяжёлое, близко к критическому. — сообщил он.

— Я уже нашёл клинику, в которую организую транспортировку Леры. — глухо сообщил Истомин, у которого внутри всё переворачивалось от того, что сообщил ему парень.

— К сожалению, вертолёт прилетит лишь через два дня. — с горечью произнёс Закир Тигранович.

— Я найму другой. — отрезал бизнесмен, понимая, что Калерию надо спасать немедленно. — Она скоро придёт в себя?

— Не думаю. Пока без сознания, но это и хорошо. Ту боль, которую она будет чувствовать, когда очнётся, лучше как можно дольше не знать. — ответил Артём, а Игоря ещё сильнее сжалось сердце от жалости за его девочку. Он бы всё отдал в тот миг, чтобы поменяться с ней местами и забрать всё плохое себе и только. Лишь бы с ней всё было в порядке.

Дальше предстояли очень сложные сутки: прилетевший вертолёт, дорога в Москву, в клинику, где их уже ждал профессор Гурьев и вот, Калерию, после обследования, увезли на новую операцию. Увидеться им не дали, отчего Истомину, и так измотанному до предела, было ещё хуже. И снова потянулись долгие, монотонные часы ожидания, прерываемые лишь звонками родных и Анны, которая случайно услышав о том, что муж возвратился из «командировки», — именно так бизнесмен обозначил цель своего отъезда на неопределённый срок, чтобы не давать ей повода для истерик и ненужных выяснений отношений, — интересовалась, почему он не возвращается домой.

И, неожиданно для него самого, как провидение, в клинике появился Ростовцев.

— Вилен Андреевич, вы что тут делаете? — опешил Игорь, поднявшись со стула в коридоре.

— Прилетел тебя поддержать, да и выяснить про состояние Лерочки. Операция ещё идёт? — поинтересовался отчим.

— Идёт. Уже шестой час… Я не знаю кому и как молиться, чтобы с ней всё было хорошо. — признался Истомин, который сильно осунулся и был бледен.

— Игорь, — они присели обратно и Вилен Андреевич положил руку на плечо пасынка. — я думаю, что она чувствует, что ты рядом и что ты с ней. Знаешь, сколько уже случаев в медицине было, доказывающих, что есть сильная, неразрывная и устойчивая связь между любящими друг друга людьми? Она всё слышит, хоть вас и разделяют двери, стены… И там, — он взглядом показал на потолок. — тебя тоже слышат. Молитвы любящих людей невозможно не услышать.

— Спасибо вам. — и бизнесмен, расчувствовавшись окончательно, обнял отчима, вспомнив, как переживал первое время, когда у них с матерью только начинался роман.

Игорь узнал об их отношениях не сразу. Точнее, поначалу, просто не придавал значения тому, что происходит. Ну приходит какой-то врач к его маме в больнице, ну навещает, ну цветы приносит. Подумаешь… Больничный флирт. Екатерина Дмитриевна не была ещё очень уж старой, и несмотря на всё произошедшее в жизни до этого: арест и заключение сына, смерть мужа, — выглядела прекрасно. Бывшая театральная актриса, женщина тщательно следила за собой, что бы не случалось.

Когда маму выписали, Истомин принялся её усиленно опекать, но как выяснилось, ей это было не особо нужно. Мать постоянно сбегала из дома под разными благовидными предлогами, чего раньше за ней не наблюдалось. Игорь понимал, что это неспроста, но учтиво молчал. Молчала и Екатерина Дмитриевна, не торопясь что-либо объяснять взрослому сыну, а ещё усердней скрывая что-то.

И вот, через несколько месяцев, ситуация разрешилась совершенно необыкновенным образом: однажды вечером, раздался звонок в дверь их квартиры, бизнесмен пошёл открывать и увидел на пороге того самого врача, завотделением, больничный роман матери с которым сильно недооценил.

Ростовцев с военной выправкой, которая осталась после службы военврачом, проследовал в гостиную, куда его пригласил Игорь, держа в руках невообразимо красивый букет любимых жёлтых тюльпанов матери, и там сообщил о том, что намерен жениться на ней. Вот так просто: пришёл и сказал, что любит. Мама мягким, выжидающим взглядом смотрела на сына и молчала.

Истомину тогда, в считанные секунды пришлось оценивать ситуацию. Быстро посмотрев на обоих, он понял, что у них всё серьёзно. Екатерина Дмитриевна одаривала избранника такими счастливыми глазами, что это было ответом на все вопросы.

Конечно, Вилену Андреевичу пришлось стоически выдержать не одну проверку, хитро продуманную Игорем, чтобы тот убедился, что мужчина, появившейся рядом с его самым родным человеком, действительно хороший и честный.

Но время всё расставило на свои места и, как-то незаметно, Ростовцев стал удивительно дорог и самому Игорю. Не заменил отца, но стал очень близким. И главное, отогрел сердце мамы, которая расцвела рядом с новым мужем.

Вместе с Виленом Андреевичем ждать оказалось проще. Он, как будто, взял половину тяжести, сжимавшей душу Истомина, на себя. Почти всё время молчал, но слов было не нужно. Хватало просто его присутствия.

В конце концов, Гурьев вышел из операционной. Уставший, вымотанный, он подошёл к ним.

— Ростислав Робертович, — бизнесмен тут же поднялся к нему навстречу. — как операция? Как Лера? — в его голосе по-прежнему отчётливо слышалась тревога, но она же смешивалась с надеждой.

— Операция прошла нормально. А дальше будем смотреть. Позвоночник-это очень непредсказуемо. Непонятно, как себя поведёт. Можно что-то недооценить, но потом за это что-то придётся расплачиваться. Не хочу вас пугать, но именно этот вид боевой патологии, ранения, отличается тяжелым клиническим течением, высокими показателями летальности во все периоды, длительными сроками лечения и стойкой глубокой инвалидизацией большинства выживших раненых. — откровенно произнёс хирург.