На грани
Шрифт:
Я бросил ключи на столик.
– Пожалуйста, не позволяй мне остановить тебя, - я махнул рукой в сторону коридора, который вел к двери.
– Мы здесь, чтобы помочь тебе, - пальцы Итана дернулись на его коленях. Он боялся, что я ударю его? Господи, мой брат боялся меня. Кем, черт возьми, я стал?
Я снял кожаную куртку, отметив аромат чего-то сладкого, как мед. Это был запах Анны. О чем я думал, целуя ее снова? Мой язык коснулся моих губ, когда я вспомнил ее вкус.
Я бросил куртку рядом, присаживаясь на диван напротив Итана и Холли. Эта комната была огромной, но теперь казалась слишком маленькой, чтобы вместить всех нас.
– Откуда вы узнали, что я буду здесь? – спросил я их.
Глаза Шона встретились с моими.
– Мы отследили твою машину.
– Черт возьми, Шон!
Он поднял руки перед собой.
– Шучу. Господи, - он встал передо мной, а я боролся с желанием встать и стукнуть его как следует.
– Мы приехали в твою городскую квартиру, но охранник сказал, что тебя там давно не было. И Шон решил, что ты будешь здесь из-за спортзала, - Холли провела пальцами по волосам и закусила губу.
– Зачем вы здесь?
– но я уже знал ответ. Это был второй раунд, и они хотели застать меня одного, чтобы атаковать с двух сторон и нокаутировать.
Ну, я так легко не сдамся. Даже когда трое против одного.
– Папа вернется на следующей неделе из Китая. Ты знаешь, мама скажет ему, что ты делаешь. И он сойдет с ума. После всего, через что ты заставил пройти семью… Пожалуйста, не делай этого снова. Еще есть время отказаться от всего этого, - нижняя губа Холли задрожала, и она обняла себя руками, словно ей было холодно.
Почему все считают, что должны напомнить мне, что произошло пять лет назад? Я знал, что случилось. Я это пережил.
Холли откашлялась и встала. Она медленно подошла к Шону.
– Либо ты за последние пять лет никогда не менялся, и обманул нас всех, заставив поверить, - ее глаза вцепились в мои, и холодок медленно пополз по моей спине, - либо Донован угрожает тебе. Или кому-то…
Холли не знала Донована - никто из моих родных не знал. Они слышали только городские сплетни и лишь отрывки того, что я рассказал им о человеке, который научил меня драться, когда мне было восемнадцать.
– Он мне не угрожает, - выпалил я и вскочил на ноги. Я не мог сидеть, когда они обступили меня со всех сторон.
– Что тогда он делает, чтобы заставить тебя драться? Что стоит того, чтобы выбросить все, ради чего ты так усердно работал?
– глаза Холли сузились, когда она сложила руки на груди.
– Может быть, я всегда оставался бойцом. Может, мне никогда не нравилось носить костюм и галстук.
– Не будь мудаком - тебе нравится то, что ты делаешь. Я не вижу, чтобы ты жаловался, когда уезжаешь в Рим управлять командой, не так ли?
– Итан впервые заговорил.
– Ты же знаешь, что у мамы будет сердечный приступ из-за тебя.
Итан знал, как кольнуть меня побольнее, порезать и заставить истекать кровью. Я откинул голову назад и закрыл лицо руками, пыталась думать.
– Все не так просто.
Я сморгнул темные пятна и крошечные звездочки, которые появились, когда я снял давление с моих глаз.
– Значит, у Донована есть на тебя что-то, не так ли?
– Холли пошла в наступление, и я не был уверен, что смогу солгать сестренке. Конечно, сейчас ей было почти двадцать четыре - уже не ребенок. Но не так давно она училась в школе и нуждалась в моей защите. Ее леденящий кровь крик все еще преследовал меня.
Ее парень пытался зайти с ней слишком далеко. Он прижимал ее к стене в своей комнате, ощупывая ее, пока все это время ее руки бились о его грудь, пытаясь оттолкнуть. Этому ублюдку повезло, что Шон был тогда со мной, когда мы вошли и услышали шум. В противном случае, я мог бы убить его. Я мог попасть в тюрьму еще до окончания колледжа.
– Адам?
– Холли щелкнула пальцами передо мной, возвращая в реальность.
– Скажи мне. Что сделал Донован?
– ее руки прижались к груди, и она медленно вздохнула, прежде чем выпустить воздух сквозь зубы. Она тоже вспомнила прошлое? Вспомнила, как на нее напал ее парень? Или время, когда я чуть не оказался в тюрьме?
– Ты что не знаешь, я делаю это из-за Лэса?
– я посмотрел на нее. Она потерла затылок и плюхнулась на диван, где раньше сидел я.
– Конечно, но я не думаю, что этого достаточно, чтобы вернуть тебя на ринг. Ты мог бы найти и другой способ помочь ему, - ответила Холли.
– Ты все еще можешь.
Да, и я также могу отправить Анну домой, в Кентукки…
– Донован угрожает кому-то еще, кроме Лэса. Счастлива, что оказалась права? Но после боя в ноябре все это так или иначе закончится, и она, вероятно, все равно уедет из Ирландии. Донован получит свое, а я смогу двигаться дальше.
Конечно, если Джон предложит Анне работу, а она согласится, что будет тогда? Донован продолжит ее использовать? Или он найдет другой способ удержать меня на ринге?
– Она?
– Холли с подозрением посмотрела на меня.
Я махнул рукой.
– Дерьмо. Не волнуйся. Вы можете уйти, пожалуйста?
– Почему? Чтобы ты мог пойти и драться дальше?
– Холли покачала головой и отвращение скользнуло по ее хорошенькому личику.
– Оставьте меня. Пожалуйста. Я безнадежен...
– я отвернулся, готовый сделать то, что она предположила, но ее голос заставил меня задуматься.
– Я всегда буду прикрывать твою спину, - сказала она, ее голос сорвался от эмоций. Я опустил голову, сжимая руки в кулаки. Я хотел ударить себя за то, что делал со своей семьей.
– Я никогда не откажусь от тебя, - прошептала она, пока я выходил из комнаты.
* * *
– Адам МакГрегор. Единственный и неповторимый.
Я вышел из офиса, чтобы подышать свежим воздухом и прогнать мигрень, которая начала сверлить мой череп.
Или, может быть, это моя совесть кричала на меня. Неприятные воспоминания о моем последнем бое с Оуэном пять лет назад, бились о стену моего сознания.
Так что встреча с Фрэнки была не тем, что мне было нужно сегодня.
– Я не думал, что ты выходишь на улицу днем, - я откусил сосиску, купленную у уличного торговца, и пошел дальше. Мудак последовал за мной, его голос доносился из-за спины, усугубляя мою головную боль.
– Поздравляю с победой в прошлые выходные. Я не думал, что ты все еще в форме, но приятно знать, что я не буду драться с киской.
И это была его версия комплимента?
– Какого черта ты от меня хочешь?
– я остановился перед ним, но старался сохранить хладнокровие. Я засунул в рот побольше еды, чтобы не прибить его прямо сейчас.