Чтение онлайн

– Не засыпай. Я хочу еще, - прошептала она мне на ухо.

– Я бы не хотел разочаровывать тебя, дорогая.

Глава Двадцать третья

Анна

Я стряхнула крошки с груди. Этот поджаренный бублик, посыпанный ирландским сливочным сыром, был намного вкуснее тех, что я ела в Кентукки.

Адам сидел со своим iPad, печатая письмо кому-то важному насчет сделки со СМИ, над которой он работал. Солнце поднялось высоко над соседними зданиями; свет пробивался сквозь тонкие прозрачные занавески в спальне.

Я съела последний кусочек бублика, глядя на него краем глаза, стараясь быть осторожной. Его обнаженная грудь была выставлена напоказ. Его челюсть нуждалась в бритье - хотя он выглядел чертовски сексуально. И я отчаянно наслаждалась тем, как его щетина царапала меня, когда он был на мне прошлой ночью.

– Я хотел спросить тебя раньше, - начал он, - Но кто-нибудь в офисе обсуждал бой?

– Да… Возможно, кто-то упоминал об этом, - несколько раз… Я делала все возможное, чтобы уклониться от разговора, когда это было возможно.

– И?

– Ребята думают, что ты герой, а Кейт думает, что ты теперь Бог. Очевидно, драка - это сексуально? – пожала я плечами.

Хм. Он положил свой iPad на край стола и повернулся ко мне лицом.

– Но ты был самым сексуальным для меня, когда ехал верхом на лошади- или, может быть, когда жарил с детьми зефир.

Его рука скользнула под простыню и легла на шелк моей ночной рубашки. Он сверкнул мне улыбкой.

– Ты всегда сексуальна для меня.

Я сглотнула, гадая, было ли это ложью. У меня не было причин не доверять ему. Потом мне пришла в голову досадная мысль, и я не могла не спросить.

– Сколько у тебя было девушек?

– Почему ты спрашиваешь?

– Ну, ты знаешь обо мне, и мне стало любопытно, - я сдула волосы с лица и нервно провела пальцами по груди, смахивая последние крошки, упавшие в вырез моей шелковой ночной рубашки.
– Мы не официальная пара, но я…

Он приподнял бровь.

– А разве нет? Я должен был сделать какое-то заявление? Потому что будь я проклята, если не буду против твоих свиданий с другим парнем.

Я улыбнулась.

– Ты постоянно крутишься вокруг меня.

Он показал мне свои ладони.

– Нисколько.

Затем он подмигнул мне.

О Боже, если он не хотел делиться этим, это означало, что все было даже хуже, чем я себе представляла.

– А ты когда-нибудь любил кого-нибудь?
– я хотела ударить себя за то, что поднял слово на букву Л, потому что, очевидно, мы не были в тех отношениях (и как мы могли быть, когда я возвращаюсь домой через два месяца?), но все же… неужели?

Он выпрямился на кровати, прислонившись спиной к спинке кровати.

– Ты любила Джекса?

Тьфу, опять его увиливания!

– Я думала, что да, но нет, не думаю, что любила его.

– Ну, у меня была только одна настоящая любовь, и это была борьба на ринге. Тогда не было времени на отношения. И последние пять лет меня не интересовало ничего серьезного.

При мысли о его случайных интрижках у меня перехватило дыхание.

– Он все еще пишет мне сообщения, - слова слетели с моих губ после нескольких неловких мгновений молчания, и я не была уверена, почему. Думаю, не сказав ему об этом, я почувствовала бы, что лгу. Я взяла с тумбочки телефон и прокрутила сообщения от Джекса.

– Твой бывший?
– он просмотрел сообщения. На этой неделе я получила еще.

– Я сменила номер, но мама дала ему новый.

Адам вернул мне телефон, глядя так, как будто готов был взорваться от гнева.

– Какого черта она это сделала?

– Потому что она не знает, что произошло. Никто не знает.

– Ты никому не сказала?

– Он живет на соседней ферме. Наши родители лучшие друзья.

– Я даже не могу думать о нем, чтобы..., - он посмотрел на свои колени, его руки сжались кулаки.

– Тогда думай обо мне, - пробормотала я.

Я не должна была упоминать Джекса - это было глупо. Хотя я чувствовала себя немного лучше. Было приятно больше не оставаться наедине с воспоминаниями.

– В эти выходные поедешь со мной в Рим, - сказал он мгновение спустя, и наши глаза снова встретились.

– Что?

– Я ходил на футбольные матчи, когда они проходили в Риме, но я не был там с тех пор, как снова начал драться. Мы могли бы устроить выходные.

– Выходные в Риме?

Это звучало потрясающе, но я все еще была его интерном. Конечно, я не собиралась соглашаться на постоянную должность в его компании, даже если бы мне ее предложили. Почему меня до сих пор так беспокоит, что меня заметят с ним?

Я барабанила пальцами по губам, как будто это был тяжелый выбор.

– А как же твоя подготовка к бою? Ты можешь позволить себе взять отпуск?

Он поднял руку, напрягая свой восхитительный бицепс.

– Ты чувствовала эти руки? Я хорош, - рассмеялся он.

– Хорошо… При одном условии.

– Все, что угодно, дорогая.

– Скажи мне, какого черта твоя семья владеет итальянской футбольной командой.

– Это чертовски неловкая причина, - покачал он головой и опустил глаза на колени. Он шутил или что-то действительно было не так? Иногда я не могла сказать точно.

Он приложил кулак ко рту и откашлялся.

– Ну, когда я перестал драться, мне было чертовски трудно. Я попробовал много других вещей, чтобы отвлечься. Гоночный автомобиль. Ныряние со скал. И другие глупости, - он снова посмотрел на меня.
– Я всегда любил футбол, поэтому папа подумал, что это будет хорошая инвестиция купить команду. Он был единственным на рынке в то время, и поэтому он взял его по хорошей цене и передал мне. Он думал, что управление командой отвлечет меня от мыслей о борьбе, - он покачал головой и потер челюсть.
– Я знаю, какой я придурок - бедный маленький богатый мальчик, чей папа покупает ему футбольную команду, чтобы помочь ему чувствовать себя лучше. Как я уже сказал, это неловко.

– Не знаю, использовала ли бы я эти слова, - мягко сказал я, - Но это, конечно, немного более экстремально, чем, когда мой отец покупал мне мороженое, - я улыбнулась и была благодарна ему за то, что он сделал то же самое.

– Значит, мы можем уехать сегодня после работы? Мы можем полетать на вертолете, пока будем там, - сказал он с ухмылкой.

Прежде чем я успела ответить, мой телефон завибрировал у меня на животе.

– Это моя мама. Дерьмо.

– Тебе, наверное, стоит ответить.