Чтение онлайн

Перед тем как окончательно лечь в лечебную капсулу, я ещё раз тщательно связался с надёжным Дарсом, подробно сообщил ему о своих ближайших планах, настоятельно попросил держать меня в постоянном курсе общей обстановки. Затем дал последние важные указания Кианне по вопросам безопасности корабля и непрерывному наблюдению за планетой.

— Папа, ты тоже будешь долго спать в этой странной штуке? — с беспокойством спросила маленькая Айли, когда я основательно готовился к погружению в медицинскую капсулу.

— Да, малышка, придётся поспать. Нужно как следует залечить все мои раны.

— А мы обязательно будем тебя терпеливо ждать!

— Конечно, будете. Дедушка и мама хорошо позаботятся о вас.

— А добрая Кианна тоже останется с нами?

— Кианна всегда остаётся с нами, — ласково улыбнулся я, медленно ложась в прохладную капсулу. — Она никогда не спит и никогда не устаёт.

Последнее, что я отчётливо помню — как тяжёлая крышка капсулы медленно и бесшумно закрывается, и сознание постепенно растворяется в приятной, тёплой, целебной дремоте.

Пробудился и вернулся к активной жизни я только через три полных дня, чувствуя себя совершенно другим, обновлённым человеком. Мучительная боль ушла полностью и бесследно, тело снова безукоризненно слушалось, а жизненная энергия буквально бурлила в венах. Медицинская капсула не только тщательно залечила все имевшиеся раны, но и полностью восстановила физическую форму до оптимального состояния.

— Папа! — радостная Айли стремительно бросилась ко мне, как только я окончательно вышел из спасительной капсулы. — Ты снова стал таким же сильным, как раньше!

— Даже значительно лучше, чем раньше, — искренне рассмеялся я, легко подхватывая её на руки.

За время моего вынужденного отсутствия на просторном корабле действительно многое заметно изменилось. Умудрённый опытом Малах полностью освоился с продвинутыми технологиями — терпеливая Кианна методично объясняла ему сложные принципы работы различных корабельных систем. Дети же окончательно превратились в настоящих неутомимых исследователей корабля, досконально изучив каждый закоулок и постоянно задавая бесконечные вопросы любознательной Кианне о том, как именно всё работает.

— Ну что, думаю, вы уже основательно всё обсудили между собой. Рассказывайте, к какому решению пришли, — сказал я, усаживаясь в удобное кресло.

Малах первым нарушил затянувшуюся многозначительную паузу, нервно откашлявшись и бросив быстрый, но красноречивый взгляд на своих дочерей.

— Рик, — начал он осторожно и взвешенно, — мы все искренне и бесконечно благодарны тебе за всё. За то, что спас нас от верной смерти, полностью вылечил меня, показал невероятные чудеса, о которых мы даже мечтать не осмеливались. Но мы твёрдо решили, что хотим вернуться на родную планету.

Дая и Ноза решительно кивнули, полностью поддерживая мудрого отца. В их серьёзных глазах я отчётливо читал непоколебимую решимость, странно смешанную с виноватым извинением.

— Там находится наш настоящий дом, — добавила Дая тихо, но убеждённо. — Наш родной мир. Мы всей душой принадлежим именно ему.

— Понимаю ваши чувства, — искренне кивнул я, хотя внутри что-то болезненно сжалось от разочарования. — А что скажете насчёт небольшого познавательного путешествия? Слетать в мой далёкий мир, своими глазами посмотреть, как там живут обычные люди? Потом всегда можно спокойно вернуться обратно.

Реакция семьи была мгновенной и категорично отрицательной. Малах решительно покачал седой головой, а Дая даже инстинктивно отступила на целый шаг назад.

— Нет, определённо нет, — твёрдо сказала она без малейших колебаний. — Мы категорически не хотим покидать нашу родную планету.

— Это слишком далеко от всего, что мы знаем и понимаем, — горячо поддержала её младшая Ноза. — Мы самые обычные люди, Рик. Нам совершенно не место среди далёких звёзд.

Малах участливо положил тяжёлую руку мне на плечо:

— Твой загадочный мир наверняка действительно прекрасен, но он определённо не наш. Мы окончательно решили, что процветающий Калтанг — самый лучший и разумный вариант для всех нас. Тем более что их любимые матери уже благополучно находятся именно там.

— Матери? — переспросил я, не сразу сообразив, о ком именно он говорит.

— Наши родные матери, — терпеливо пояснила заботливая Дая. — Ты же сам их туда благополучно отвёз. Они теперь постоянно там живут и обустраиваются.

Я внезапно вспомнил тех немолодых женщин, которых мы тогда высадили в относительно безопасном Калтанге. Тогда это казалось исключительно временным решением, удобным способом избавиться от лишних проблем и забот. Теперь же ясно понимал, что для этой сплочённой семьи данное обстоятельство стало определяющим фактором в принятии решения.

— Мы искренне хотим быть рядом с ними, — продолжила Ноза с заметным волнением. — И наши дети уже соскучились по любящим бабушкам.

Не сказать, что я был глубоко разочарован таким поворотом, но воспринял это решение определённо без особого энтузиазма. Где-то в глубине души я всё же надеялся, что они согласятся попробовать. Что мы сможем начать совершенно новую, интересную жизнь где-нибудь на задворках империи. Но их осознанный выбор был мне вполне понятен — они, естественно, предпочитали привычное неизвестному, твёрдую землю под ногами бескрайнему космическому простору.

— Хорошо, уважаю ваше решение, — сказал я наконец после паузы. — Когда именно хотите вернуться домой?

— Как только ты будешь полностью готов нас отвезти, — ответил практичный Малах.

Маленькая Айли, которая до этого момента молчала и внимательно слушала взрослых, внезапно подбежала ко мне и крепко обняла за ноги.

— А ты обязательно останешься с нами навсегда, папа? — спросила она, доверчиво глядя на меня снизу вверх широко распахнутыми глазами.

Вот этого болезненного вопроса я и боялся больше всего на свете. Я медленно посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на серьёзную Дайю, на мудрого Малаха. В их выжидающих глазах читался тот же мучительный вопрос, хотя взрослые не решались задать его вслух из деликатности. Честно говоря, я прекрасно видел, что осторожная Ноза воспринимает меня весьма неоднозначно и с большой осторожностью. Это настороженное отношение неизбежно передаётся впечатлительному Керну, он воспринимает меня с явной опаской, даже папой не назвал меня ни разу за всё время. Дайя воспринимала меня значительно лучше и теплее младшей Нозы, но она традиционно всегда прислушивалась к авторитетному мнению младшей сестры. Только Айли, исключительно она одна относилась ко мне как к настоящему отцу, и я всегда отвечал ей искренней взаимностью.

— Не знаю точно, малышка, — предельно честно ответил я после размышлений. — У меня есть очень важные дела, которые обязательно нужно закончить.

Обеспокоенная Дая решительно подошла ко мне:

— Рик, этот страшный Тагир… ты всё ещё твёрдо собираешься его разыскивать?

— Да, безусловно, — решительно кивнул я. — Пока он остаётся жив, абсолютно никто из нас не будет в подлинной безопасности.

— Но ведь в спокойном Калтанге его точно нет, — возразила она с надеждой. — Там мы будем очень далеко от проклятого Таргорода.