Чтение онлайн

скомандовал Фили и Торин одобрительно хмыкнул, нащупывая небольшую ладошку Милашки. Второй рукой взялся за свободную руку Ариена.

– Здесь есть спуск вниз, держитесь над стенкой, – Фили скользнул вниз, нащупывая ногами уступы. Некоторое время они молча спускались следом, вслушиваясь в вой бури и скрип деревьев. Наконец нога Фили уткнулась в мягкую почву, обильно припорошенную мхами и листвой.

– Надо переждать бурю, – послышался голос Милашки. –Ни хрена не видно в этой мгле.

– Сюда!-Фили посветил кристаллом, тускло мерцающим в непроглядном мраке. –Тут есть что-то типа неглубокой норы, я вижу каменные стены. Торин, ты с Марко давай внутрь, остальные поближе к выходу.

Пещерка оказалась тесновата, но это было какое-никакое, а убежище. Ариен втиснулся в стену, крепко прижав к себе дрожащего как осиновый лист орчонка. Шан что-то бормотал на орочьем, жалобно повизгивая, но никто из отряда не сердился на него. Многие так же хотели бы похныкать и повизжать, особенно, когда мимо прошагало на вывороченных корнях то самое дерево с головами, что загнало основной отряд в Тангебельские пещеры.

Ариен погладил подопечного по худой спине, ощущая под пальцами узлы мышц, покрытые иссеченной шрамами кожей. Шрамы! Видно, доставалось бедняге среди сородичей. Шан едва слышно поскуливал, а потом видать, уснул, убаюканный грохотом бури и ласковой рукой на спине. Ариен позавидовал ему. Для него самого сон был сейчас непозволительной роскошью.

– Вашу мать…

радостно ворохнулся Кили. –Марко!

– Я это, я, – ворчливо произнес да Росси, – где это мы? И какого кляпа тут воняет орочьим духом?

– Да, тут Ариен пригрел малыша, – Фили подвинулся, давая компактно сложенному Марко немного распрямить конечности. –Орчонка. И в то же время для орка крупноват паренек и слишком правильно сложен.

– Урук-хай что ли?- удивился да Росси. –Ни фига себе!

Шан сонно заворочался, сворачиваясь клубочком. Ариен грозно засопел, глядя на товарищей в тусклом свете кристалла.

– Обижать не дам, так и знайте! Он и так натерпелся!

– Никто его не обидит, – мирно сказал Кили. –Если бы этот паренек поднял тревогу, не вышло бы у нас бежать. Так что пусть будет… чего уж там.

Марко покачал головой, – зверинец какой-то! Крылатый, дернутый на всю голову, не менее дернутый эльф, гномы, а теперь ещё и урук…

– Его Ариен приручил, -тихонько поведал Кили. –Ариен, слушай, ты говорил, что этот малыш навроде тебя. Но я так и не понял, о чем ты. Ты ведь Эльф, принц крови…

в голосе Ариена прозвучала усталость. –Но родился в орочьем плену. И изначально сердцем чуял их тьму и боль. Я был на грани. Мог бы стать одним из них. Если бы не отец, вовремя вытащивший нас с мамой из плена. Но почти до десяти лет я был на грани. Тьма притягательна… иногда настолько, что хочется позабыть обо всем и нырнуть в её утробу. Она пришла ещё раз, когда Кровавый Меч… захватил меня… Тьма предложила месть и сладость его крови. И было очень трудно, безумно трудно отказаться… но Тьма настойчива… и мне все же пришлось взять на себя ответ за чужую жизнь. Пришлось отравить Кровавого Меча после того, как он сказал, что возьмет Лалти… на глазах у меня и у Кили… сестра бы не вынесла того, что вынес я…

Шан жалко захныкал во сне и Ариен покачал его, убаюкивая. Все молчали, пораженные его рассказом.

чистое дитя. Её сломало бы это насилие, – тихо произнес эльф. –У меня не достало бы сил вызвать его на поединок. Да и не принял бы он вызова. На мне грязь его смерти…

Кили, наклонившись, сжал его плечо.

– Ты все верно сделал, брат, – мягко произнес юный гном. – Ты спас не только Лалти. Ты вызвал цепь событий. Приход сюда Торина Защитника. Наш поход. Тьма просчиталась… она думала погубить твою душу, но вместо того вознесла её.

Ариен опустил голову, стараясь скрыть слезы.

Туомас едва успел загнать всех на нижние палубы и привязаться к кнехтам двумя веревками, когда корабль развернуло и принялось вращать вокруг своей оси. Туо вцепился в рулевое колесо, стараясь просто держать корабль в более-менее устойчивом положении. Ему было страшно, безумно страшно, но перед глазами вставали лица тех, кто сейчас зависел от него, Ран с её так странно обретенным сыном, матросов, девушек-колхас, Мерит… внутри все оборвалось при мысли о её огромных доверчивых глазах. Туомас сам того не ожидая, очень сблизился с юной принцессой амазонок. Она была воином, возможно, лучшим из всех них, но вместе с тем удивительно нежной и трепетной возлюбленной. Туомас не думал, что существуют такие невероятные женщины. Да, он был безумно влюблен в Ран, но любил её как недосягаемое божество, как что-то настолько далекое и недосягаемое, как звезда в небе, а тем временем в пути все больше сближался с Эмерит-Амун. Корабль уносило в черную глотку урагана, но по крайней мере, Туомасу удавалось удерживать его в нормальном положении мачтами кверху. Он лишь молился Эру и богам этого мира чтобы не оторвало тросы, которыми он обвязался, и не отломало рулевое колесо. Черный зев поглотил корабль, который очутился словно в каком-то безвременье, где не было ни ветра, ни молний. Туомас зажмурился, чтобы стряхнуть крупные капли пота, льющиеся со лба. Око Бури! Он читал когда-то о таком явлении, но никогда не думал, что окажется в нем сам.

Он вел корабль, а губы сами выпевали новую песнь, песнь этого мира, не придуманную им, а лишь позволенную быть спетой.

В Черных Землях Черное Солнце

Опаляет сердца и души,

Лишь тот, кто чист и светел,

Может эти чары разрушить.

Лишь тот, кто чист и светел,

Сумеет злые чары нарушить…

Корабль заскрипел, словно застонал, снова подхваченный чудовищным ветром. Туомас вцепился в колесо, удерживая его в том положении, в котором оно было. Губы сами выпевали странные строчки.

Далеко-далеко, где Черное Солнце

Изливает безумие на Черную Землю,

Ты найдешь свой путь, ты познать сумеешь,

Чистоту души, непорочность сердца.

Только в Землях Тьмы ты познать сумеешь,

То, что издревле живет в твоем сердце.

Туомас напрягал все силы, пытаясь поставить корабль, начавший заваливаться набок, ровно. С него лил пот, смешиваясь с дождем, волосы слиплись на лбу, облепили лицо, мешая видеть. Корабль медленно, но верно становился прямо вопреки чудовищным ударам стихии. Молния, черная и разлапистая, ударила в грот-мачту, расщепив её, но хлеставший вокруг ливень погасил пламя. Туомас видел впереди просвет и направил корабль туда.

пробормотал он, чувствуя, как накрывает страшная слабость. Черное Солнце светило с жуткого неба, заливая черным светом пустыню. Туомас из последних сил аккуратно посадил корабль на каменистую землю и тяжело сполз, цепляясь за колесо. Сознание покидало его, последнее, что он успел запомнить, было нежное лицо Мерит, склонившееся над ним. Потом была темнота.

====== 24. Тандем воров. Черная земля. ======

Промокшие, продрогшие до костей путешественники кое-как выползли из убежища, наполовину затопленного водой. Марко пока держался за Фили и Кили, не в состоянии обходиться своими силами, однако, командный тон к нему вернулся.

– Судя по тому, что мы видели в основной пещере, есть пробоина в потолке, через которую проникал дневной свет. Через неё вполне можно спуститься вниз и…

Милашка поежился. –Крылья мокрые. Они и меня-то вряд ли поднимут, а тут нужно ещё этого кабана здорового волочить.

Торин не обиделся на кабана, но на всякий случай стукнул крылатого по затылку. Милашка ответил, и спустя пару секунд эти двое уже катались по мокрому ковру из палой листвы и мха.