Чтение онлайн

Если вы стали шаманом, значит теперь, способны на многое: вести беседы с душами умерших, лечить людей, производить благотворные плачи, заговоры на процветание и удачу, самые различные заклинания… Вам верят, значит, и вы будьте любезны не просто кем-то числиться, а быть… реально.

Но прежде, чем взвалить на свои плечи такую ношу и ответственность, тысячу раз подумайте. Не уподобляйтесь , к примеру, версификатору, который и несёт в своих виршах безграмотный бред, пользуясь «шубой с чужого плеча», и при этом корчит из себя мэтра. Такие явления не только смешны, но и страшны.

Они разрушают то, что уже есть, что наработано веками. Будьте же и вы благоразумны и милосердны. Созидайте, если на то способны, но, в противном случае, не разрушайте. Довольно с нас несуразных «чёрных квадратов» во всех сферах жизни.

Над водами летели два орлана Сунгсу. Мощные птицы с чёрно-белым оперением. Телами их завладели Тумали и Верганов, подчинили своей воле. Такую птицу не обидит никто. Да и дробь до орланов не долетит, слишком высоко парят, и не будет нормальный охотник в них стрелять. Какой смысл?

Свои человеческие оболочки Тарас и Богдан оставили в закрытом изнутри доме. Никто им не помешает, не постучится. Знают люди, если хозяин не выходит на голос собак, своих лаек, имя которым Туман и Ветер, значит, он не хочет никого видеть или его просто нет дома. По-разному ведь бывает.

Они пролетели над вершинами гор и опустились в глубоком распадке, напоминающем одновременно и каньон, и ущелье. Тут Верганов и Тумали отпустили орланов на волю, которые так и не поняли, зачем проделали такой путь. Ведь здесь им почти не на кого было охотиться. Над Амуром и на побережье – совсем другое дело, в воде – рыба, на берегу множество самых разных птиц.

Путешественники во времени и пространстве могли бы сразу вселиться в двух ящериц Исэлэн. Но в этом не было необходимости. Ведь Тарас и Богдан могли оставаться и в своих основных прозрачных и разряжённых оболочках.

У небольшого горного ручья они увидели серебристые кусты-загадки Чиочокта-намбокан. Такое чудо Богдан Петрович видел впервые, он чувствовал, как от серебристых веток и листьев идёт мощная энергия и проникает в их основные тела, а значит, и в души, духовные субстанции.

– К листьям или ветвям Чиочокта-намбокан можно прикоснуться только на короткий миг, – предупредил своего старшего товарища Тарас. – По-другому нельзя, по-другому не должно быть.

– Почему?

– Если промедлим, то просто сольёмся с этими кустами, станем их частью. Это тоже хорошо, но ведь у нас, Богдан, совсем другие задачи.

С этими словами никак не поспоришь. Не стоит уподобляться мухе, которая гибнет в чаше с мёдом. Любое излишество, чаще всего, в непомерных желаниях могут стать трагедией для любого, даже самого мудрого и доброго человека. То, что понятно, не и не оспорило. Да ведь и в спорах чаще всего никто не приходит к истине. Зачастую она, вообще, находится в стороне. Тарас и Богдан на мгновение прикоснулись своими незримыми руками к стволам Чиочакта-намбокан и сразу же отлетели в сторону, подальше от загадочных кустов.

Они ощутили мощный прилив энергии, которая проникла в их духовные субстанции и «тонкие» тела. Путешественники во времени и пространстве почувствовали на расстояние, что и земные их оболочки, оставленные в доме, наполнились силой и бодростью.

– Что ж, теперь можно на короткое время посмотреть на то, как живут сэвэны, – сказал Тарас. – Просто ты должен знать, что там все эти духи имеют образы не зверей, птиц, рыб, растений, разных предметов и явлений, а людей.

– Я понял, Тарас, что из своего мира они оберегают людей через самые разные скульптуры и фигурки. Но только ли добро творят они?

– У тех сэвэнов, кто имеет недобрые намерения, нанайцы и другие люди, как правило, ничего не просят. За редким исключением. Ведь у всех разные помыслы и намерения, да и в жизни по-разному бывает.

– Я понимаю. Но, в основном, вы стараетесь от тёмных сил держаться подальше. Впрочем, что я говорю? Ты же русский!

– Русский, но воспитанный нанайцами-гольдами. Мудрый и добрый народ. А теперь протяни руки к стволу вот этого дерева. Оно особенное – бархат амурский Коктон. Его толстая кора подобна пробке.

– Знаю, читал. Это пробковое дерево. Я готов следовать в мир сэвэнов!

Через мгновение они оказались в мире, очень похожем на земной. Создавалось даже впечатление, что не произошло никаких перемен. Они просто перелетели из горной тайги поближе к человеческому жилью и при этом остались невидимыми.

– Это совсем не так, – пояснил Тумали. – Они нас видят, но позволяют нам считать, что не мы не замеченные. Если мы будем молчать и только наблюдать некоторое время, то сэвэны не причинят нам зла.

– Но это же самые настоящие люди, нанайцы! – сказал Верганов. – Но… Правда, хоть они и телесны, кажутся они мне, как бы, тенями.

– Да, структура их внешних тел плотна, но она более разряжёна, чем у людей из нашего, земного мира.

Кроме всего прочего, Тумали предупредил своего старшего товарища, что, пусть это и не мир условных мёртвых, но и здесь ничего нельзя принимать в пищу и брать с собой. Если это правило будет нарушено, то есть риск остаться здесь на долгие времена, став сэвэном. Но только зачем? Ведь у каждого свои отрезки Вечной Жизни.

Каждый познаёт всё, но не сразу, а только тогда, когда придёт положенное условное время. Даже, оставленные в разных местах Мироздания оболочки живых существ, предметов и явлений постоянно продолжают своё существование. «Всякая вещь живёт, всё родит» («Хеуру бальдзи»).

Это селение (стойбище) сэвэнов, пожалуй, ничем не отличалось от традиционного, нанайского. Его жители круглый год занимались рыболовством и охотой. По осени собирали ягоду, грибы, орехи… Если писать о жизни и быте сэвэнов (и нанайцев), то это получится очень объёмная книга и, скорей всего, не одна. Всё достойно внимания: от собаководства до выделки шкур животных. Религия, культура, народная медицина, даже особая, ни с чем не сравнимая кулинария… Об этом, но очень коротко, рассказывал Тарас Богдану. Особый мир, который требует изучения и внимания.

Облетев и обойдя селение сэвэнов, Тумали и Верганов собрались в обратный путь. Но тут перед ними появился высокорослый и крепкий сэвэн в образе мужчины средних лет.

– Я понимаю, что нарушаю правило и обращаю своё внимание на вас, пришельцы., – сказал он. – Но я должен говорить!

– Мне стало понятно, – ответил Тумали, – кто ты.

– Да, Тарас, я хранитель твоего дома, Джулин и одновременно сэвэн, дух тигра Пуэр Амбани, – подтвердил здешний мужчина. – Вас обоих ждут впереди важные и нелёгкие дела. Но сейчас я хотел сказать не об этом.