На краю моей жизни
Шрифт:
Я умылась холодной водой, быстро почистила зубы и намочив расческу, пробежалась ей по волосам, «кукушкино гнездо» развалилось. До идеала далеко, но в этих обстоятельствах и так сойдет.
Макс покорно дожидался меня на диване.
– Макс, пожалуйста, скажи мне, что сдобными булочками пахнет не из твоего пакета.
– Сказала я сквозь руку, которой прикрывала свой рот и нос, блокируя все запахи.
– Я заехал в магазин по пути сюда, подумал вдруг ты голодная.
Все так же стоя возле двери в коридор, и закрывая нос ладонью, я ответила:
– Нет, сегодня мне поесть не светит, но вот ромашковый чай я попробую в себя влить.
– У тебя прямо токсикоз.
– Ляпнул Макс, а затем побелел от собственных слов, уставившись на меня так, словно выпрашивая опровержения для ерунды, которую он только что ляпнул.
– Ага, посиди и еще подумай, может, придумаешь что-то поинтереснее.
Я во второй раз за сегодня включила чайник и достала из шкафчика две кружки и чайничек для заварки.
– Ты будешь чай?
– Да, я бы не отказался.
– Макс встал с дивана, подхватил пакет и прошел в кухню.
– Куда мне выложить продукты?
– В свой холодильник.
– Не думая ответила я, наполняя запарник кипятком, затем бросила пакетик с ромашкой в свою уже полную воды кружку.
– Да конечно, я что зря проторчал целый час в магазине, ломая голову над тем, что тебе купить?
– Рассмеялся Макс, разворачивая пакет.
– Ну, так куда?
– Раз не хочешь в свой, тогда убирай в мой.
– Я прошла в конец комнаты и распахнула стеклянные двери, ведущие на террасу, впуская в помещение свежий воздух.
– Ты голоден? В холодильнике есть курица в винном соусе, Грейс приготовила сегодня утром. Убивала время перед работой.
Бедная Грейс из-за меня она проснулась в пять утра, а теперь еще и целые сутки будет дежурить. Надеюсь, ночь будет тихой и ей удастся поспать.
– Нет, спасибо. Мне не хочется проверять твой желудок на крепость.
Макс стоял спиной ко мне, выгружая содержимое пакета в холодильник. Он купил сок, яблоки, апельсины, гроздь винограда, целый пакет сдобных булочек с клубникой (я часто покупаю их себе на обед), галетное печенье и четыре упаковки фруктового желе, точно такого же, какое было на пикнике. Я тогда умяла две баночки, настолько вкусным оно было.
Я застонала, двинулась в сторону холодильника, одновременно отпихивая Макса со своего пути. Что же я за хозяйка такая, если мой гость уйдет от меня голодным, тем более, если он заявился сюда с полным пакетом продуктов для меня.
Макс помог мне накрыть на стол, отнес свою тарелку, столовые приборы, корзинку с хлебом и наш чай на террасу, пока я доставала и откупоривала бутылку белого, охлажденного вина. Прихватив один бокал, я присоединилась к гостю.
– Решила заменить ромашковый чай, на белое вино?
– Подшутил Макс, присаживаясь за стол.
– Очень умно.
– Ха-ха, очень смешно.
– Язвительно ответила я, ставя перед ним бокал и наполняя его примерно наполовину. Затем взяв свой ромашковый чай, я села на мягкий, серо-синий диванчик, стоящий возле стены, прямо напротив стола, за которым ужинал Макс.
– Сидни просилась со мной, хотела навестить тебя. У нее завтра экзамен и я запретил ей приезжать, сказал, что если у нее будет желание, она сможет заехать к тебе завтра.
Макс допивал остатки вина в своем бокале, пустая тарелка с лежащими по вверх нее столовыми приборами, была слегка отодвинута в сторону. Я сходила в кухню и принесла небольшой железный чайничек на подставке со свечкой, которая нагревает дно и помогает поддерживать воду достаточно горячей. Налив немного заварки в кружку Макса я разбавила ее кипятком.
– Мне даже пришлось пообещать ей, дать свою машину.
– Он слегка покачал головой, словно сам не верил, что пообещал ей это. Легкая улыбка играла на его губах, а карие глаза казались черными, как деготь.
– Каждый раз, когда она садится за руль моей машины, я морально готовлюсь к тому, что сестра вернет мне ее в совершенно убитом состоянии.
– Да ладно тебе, не так уж и плохо она водит.
– Это она при тебе так старалась, на самом же деле Сидни ели входит в повороты.
Даже я это заметила, но Максу это знать не обязательно, иначе он никогда в жизни не даст сестре ключи.
На улице уже окончательно стемнело, и мы зашли в дом. Макс выгнал меня с кухни, а сам разместился около раковины и принялся мыть посуду. Гостиная, кухня и столовая представляют собой одну большую комнату, отделенную небольшими колоннами. Поэтому сидя на диване мне открывается прекрасный вид на все действия Макса.
– Знаешь, я думал ты сказала, что больна, потому что не захотела выходить на работу, после вчерашнего.
– Я выше этого.
– Мой голос не выражал никаких эмоций, в то время я смотрела прямо в его глаза.
Лишь только сейчас я вспомнила то, что произошло вчера и веселое выражение спало с моего лица. Я совершенно забыла о том, свидетелем какой сцены стала, со всей этой болезнью, его внезапным визитом и смешными историями.
Я сидела и смотрела на то, как аккуратно Макс вытирает посуду полотенцем, а затем возвращает ее на свое законное место. И я осознала, что мне совершенно не понятен этот мужчина. Сначала он говорит, что не хочет, чтобы у меня появились к нему хоть какие-нибудь чувства, затем услышав о том, что никаких чувств нет и быть не может, он выглядит так, словно его мир рухнул. Вечером того же дня, он проводит жаркий вечер с потрясающей красоткой, а затем полуголый и босой бросается за мной вдогонку. А сегодня заявляется ко мне домой, как ни в чем не бывало. Где логика у этого мужчины?
– Ну, вот и все. Видишь, я могу с этим справиться самостоятельно.
– Он посмотрел на меня и слегка прищурился, явно замечая перемены в моем настроении.
– Знаешь, не подумай, что я спрашиваю, потому что мне интересно. Просто я слишком брезглива.
– На самом деле я мало заботилась о брезгливости, мне больше хотелось узнать, чем закончился вчерашний вечер, но так, чтобы Макс не понял этого.
– Мне стоит во вторник притащить с собой на работу кучу чистящих и дезинфицирующих средств, чтобы обработать ими свое рабочее место? Еще раз повторюсь, что спрашиваю не из любопытства...
Макс сначала побелел, затем позеленел, а после вообще залился красной краской, но его взгляд был тверд и суров.
– Нет, можешь не беспокоится по этому поводу. Маргарет ушла сразу после тебя, мы не...
– Боже!
– Я встала с дивана, перебивая его.
– Пожалуйста, избавь меня от подробностей. Меня вполне устроит: «Ари, ты можешь без опаски сидеть за своим рабочим столом». Остальное совершенно меня не касается, думаю это лишнее разговаривать со своим боссом о его интимной жизни.