Чтение онлайн

Чем дальше мы отъезжаем от Бариново, тем хуже становится дорога. Америго психует и матерится. Время играет против нас. Когда мы выехали, было около шести утра, а сейчас уже десять. Хотя ехать до логова Амалика не больше полутора часов. У меня нет сомнений, что все дело в магических кознях, устроенных отцом Айлин. Ну, или в том, что мы страшно невезучие. Других объяснений мне на ум не приходит. Брат в очередной раз сверяется с навигатором. Останавливает машину и, взяв бинокль, выбирается из салона. Выхожу следом за ним, разминаю затекшие ноги.

— А вот и он, — говорит Америго, протягивая мне бинокль. — Смотри, какая красота. Домик в лесу! Никакой цивилизации, никаких любопытных глаз. Тоже такой хочу себе.

— Ты на третий день начнешь гнить от тоски, — рассматривая здание, отвечаю я. Из-за того, что оно обнесено высоким забором, виден только верх второго этажа и крыша. — А на четвертый пойдешь бить морду медведю от отчаянья.

Америго тихо смеется. Мотает головой и идет к машине. Открывает багажник и достает оттуда два узла с кольчугами и по рюкзаку с оружием.

— Дальше — только пешком. Неудобно оставлять здесь машину, но делать нечего, — бодро говорит он. Киваю, взваливаю рюкзак на плечи и иду по узкой тропинке, ведущей в сторону опушки, на которой стоит дом. Земля покрыта тонкой коркой льда, ноги то и дело скользят. Цепляюсь руками за деревья, чтобы не растянуться. Америго, недовольно сопя, идет следом. Хочется развить вампирскую скорость, но мешают деревья и гололедица. Еще один шаг, и я врезаюсь во что-то невидимое, но очень плотное. Похожее на толстое стекло.

— Вот и магическая защита, что б ее… — ворчит Америго. — А нам еще идти и идти…

Кладет на землю узел, развязывает его. Стаскивает с себя пальто, аккуратно сворачивает его и кладет на ткань. Зажмурившись, натягивает на себя кольчугу. Следую его примеру. Тут же накрывает волна адской боли. Даже представить себе не могу, как смогу в таком состоянии идти. Брат натягивает на голову шерстяную шапку, а поверх шлем, так же где-то заботливо раздобытый Дэшэном. Стискивает зубы от боли. Вижу, как раздуваются его ноздри, но не издает ни звука.

— Идем, — командует он мне и двигается вперед. Я ожидаю еще какого-то подвоха, но мы проходим магическую защиту без проблем. И с этого момента козни исчезают с нашего пути. Дорога становится легкой и прямой. Впрочем, меня это тоже напрягает. От боли очень хочется выть. Каждый шаг дается с рудом. Любое движение усиливает муки десятикратно. У меня темнеет в глазах, и я падаю на колени.

— Еще чуть-чуть, и мы почти пришли, — говорит Америго, хватая меня за шкирку и поднимая на ноги. — Не вздумай раскисать сейчас!

Слышу, как он скрипит зубами. Еще пять минут и можно будет снять серебро. Каких-то триста секунд. Ничто по сравнению с вечностью. Но как долго они могут тянуться!

— Чертов лед… — бормочу я.

— Предлагаю войти через центральных вход, — говорит Америго. — К дьяволу осторожность. Ворвемся в эти волшебные чертоги с пафосом.

Когда до ворот остается всего несколько шагов, брат падает, у него начинаются судороги. Он задыхается, из горла идет кровь. Слишком большая доза серебра для вампирского организма. Он пытается стащить с себя кольчугу, но я не даю ему этого сделать. Отвожу его руки в стороны, отвлекаю разговором. Но от смерти его это не спасает. Сердце останавливается. И я не знаю, сколько времени ему потребуется, чтобы прийти в себя. Возможно, мне придется спасать Айлин одному. Когда-то были передряги и покруче этой. Справлюсь. Сажусь на снег, чтобы перевести дух. В глазах темнеет. Вижу, как танцуют бело-золотистые огоньки. Говорят, что, когда видишь их поблизости, рядом с тобой присутствуют ангелы. Я ни во что подобное не верю, но от помощи бы сейчас не отказался. Боль достигает апогея. Кажется, что мое тело сейчас разлетится на сотню мелких осколков. Хотя это какое-то странное сравнение. Я ж не ваза. Ложусь на спину. Белые огоньки все ближе. И вот они уже залетают в самую душу.

— Зотикус, сколько можно прохлаждаться! — орет на меня Америго и яростно трясет за плечи. — Подъем! Помер, отдохнул, поднимайся, лентяй чертов!

С трудом разлепляю слипшиеся от крови веки. На улице сгущаются сумерки. Есть ли у нас еще время? От страха, что мы можем опоздать, мгновенно забываю о своем состоянии и поднимаюсь на ноги.

— Я иду первым, — бросаю я брату. Тот тяжело дыша, кивает. Смерть не принесла ему ни исцеления, ни облегчения. Разбежавшись, в один прыжок перемахиваю через высокий забор. Приземление происходит не очень удачно, но меня это уже не расстраивает. Я вывихнул себе ногу, но через пару минут все пройдет. Снимаю с себя шлем. На нем остаются куски кожи. Славно я, наверное, сейчас выгляжу. Раздается шлепок и рядом со мной оказывается Америго. По привычке матерится на итальянском, с яростью освобождается от кольчуги и складывает наши доспехи возле мусорного бака. Достает из рюкзака оружие.

— Нас уже должны были заметить, — шепчу я.

— Похоже, нас ждут, — улыбается Америго. — И встречать будут как дорогих гостей — на крыльце. Готов?

— Да, — снимая оба пистолета с предохранителей, отвечаю я. — Но ты же помнишь, что без приглашения мы никто?

Короткими перебежками минуем двор. Вокруг все тихо и спокойно. По идее, это должно нас расслабить, внушив, что все идет легко и мы в безопасности. Инстинкты подсказывают, что это иллюзия. Америго вышибает ногой дверь. Из дома тут же выбегают два габаритных мужика с автоматами наперевес и открывают огонь. Пуля обжигает мне плечо. Брат оказывается точнее меня. Он ранит одного их охранников в руку, тот роняет оружие и Америго за ногу выволакивает его на крыльцо.

— А теперь пригласи нас, — приставляя к его виску пистолет, требует он. — Иначе я вышибу тебе мозги. Мяукнуть не успеешь.

— Мечтай! — нервно кривится охранник, но в его глазах страх.

— Приглашение! — орет Америго, пока я пытаюсь прикончить второго типа с автоматом. Черт, к ним еще и подкрепление бежит! — Ну, раз, два, три!

— Проходите в дом, — не выдерживает прессинга заложник.

— Спасибо! — радостно отзывается Америго и, прикрывшись его телом как щитом, врывается в дом. Вхожу следом. В холле просторно и светло. Пахнет дорогим парфюмом и деревом. Руки у меня престают дрожать, и я убиваю двух охранников, которые оказались не слишком расторопными. Не успеваем сообразить, что делать дальше, как на лестнице в сопровождении двух вампиров появляется Амалик. Он одет в белый костюм-тройку. Белокурые волосы гладко зачесаны назад. На холеном лице улыбка демона-обольстителя. Как и в прошлую нашу встречу на меня нападет сонливость. По телу разливается слабость, смешанная с легкой и непонятной эйфорией.

— Мы пришли за Айлин, — наставляя на блондина пистолет, решительно произносит Америго. — И уйдем с ней.

— Рад, что вы не пошли с западной стороны, — довольно произносит он. — Небольшой плюс к вашей карме.

Один за другим раздаются два выстрела. Боль обжигает грудную клетку, и я выключаюсь.

Первое, что слышу, придя в себя — звук капающей воды. Он методичный, звонкий. Раз, два, три… Через пару минут меня это начинает раздражать, а еще через десять превращается в пытку. Наконец силы возвращаются ко мне, и я могу подняться на ноги. Оглядываюсь по сторонам. Америго лежит на полу широко раскинув руки. Выглядит он чуть лучше, чем перед смертью. Наросла новая кожа, раны перестали кровоточить. Но на месте от укуса все еще зияет черная дыра с легкой синевой по краям. Его сердце уже бьется, но он еще не очнулся.

Подхожу к решетке, что отгораживает нас от лестницы, которая ведет на верх. Прижимаюсь лбом к холодным прутьям. Здесь царит полумрак, все кажется каким-то темно-бирюзовым. И чертовски, просто невыносимо холодно.

— Сдохнуть второй раз за день — это перебор, — бормочет Америго садясь на полу. Прижимает руку к груди, облизывает высохшие губы. — У тебя есть часы?

— Нет. Эти сволочи даже носовые платки забрали, — пошарившись по карманам, отвечаю я.

— Без них мы точно не выживем, — отрешенно глядя куда-то вдаль, говорит Америго. Потом, словно что-то вспомнив, начинает тщательно обыскивать себя.