На краю
Шрифт:
Блейн и раньше готовил для нас ужин, но не часто. Обычно, он возвращался с работы поздно, и если Моны не было, мы ужинали где-нибудь в городе.
– Что ты делаешь? – спросила я, наблюдая, как он ловко работает острым ножом.
– Спагетти с овощным соусом, – ответил Блейн. – Думаю, тебе нужна здоровая пища.
Его внимательность тронула до глубины души, и я заулыбалась. Блейн бросил на меня взгляд.
– Что? Я выгляжу смешно, нарезая цуккини?
Я рассмеялась.
– Нет! Просто я подумала, что ты совсем не такой, каким я представляла тебя, когда устроилась работать в фирму.
– О нет, началось, – тихо рассмеялся Блейн. – А можно подробнее?
Пожав плечами, я поддразнила:
– Тебе известно, что все сотрудницы офиса влюблены в тебя, верно? Они наблюдают за каждым твоим шагом.
– Наблюдают? – переспросил он, нахмурившись.
Я кивнула.
– Да-а, например, им нравится каждое утро смотреть, как ты идёшь по коридору к лифту. Это своего рода ритуал. И, конечно, все обсуждают, в чём ты пришёл. Некоторым костюмам даже имя присвоили в лучших традициях Элвиса Пресли!
Блейн перестал резать овощи.
– И ты тоже в этом участвовала?
Закусив губу, я сказала:
– Ну, это своего рода… коллективная работа.
Блейн нахмурился.
– Знаешь… у меня десятки костюмов.
– Знаю, – кивнула я с притворной серьёзностью. – Это был нелёгкий труд, особенно когда ты спешил, и мы не успевали хорошо рассмотреть.
Блейн снова взялся за нож.
– Теперь мне стало любопытно. Скажи хотя бы пару мм… названий.
– Хорошо. Но обещай, что не выдашь меня.
Блейн только посмотрел в мою сторону.
– Серьёзно, – настаивала я с напускной строгостью. – Рассказывая об этом, я нарушаю женскую солидарность.
Блейн вздохнул.
– Обещаю.
Я усмехнулась.
– Ну что ж, ты сам захотел узнать. Помнишь серый костюм в чёрную полоску? Так вот, мы назвали его «Адвокат дьявола». Синий двубортный от "Дольче энд Габбана" получил драматичное название… «Битва желаний».
Блейн покачал головой, словно не мог поверить. А я уже не могла остановиться.
– Один из чёрных костюмов с атласными лацканами называется «Богемное настроение». А другой с накладными карманами «Силовая игра».
– Ладно. Звучит лучше, чем я ожидал, – заметил Блейн с лёгким удивлением.
Я проглотила улыбку. То ли ещё будет…
– А помнишь бежевый костюм-тройку?
Блейн кивнул.
– Это «ХВТП».
– Хватит трепаться? – сухо предположил Блейн.
– Нет. «Хочу В Твою Постель».
Его брови взлетели вверх, а губы насмешливо дрогнули.
– Понятно.
Я прерывисто вздохнула.
– Ну а теперь наступил черёд моего любимого. Ручной пошив, чёрный кашемир, смокинг «Том Форд»… Его мы назвали «Иду за тобой!». – Я легкомысленно рассмеялась. Было до нелепого смешно рассказывать ему о подобных вещах.
Блейн снова покачал головой, но на этот раз уже с улыбкой. Высыпав овощи на противень, он установил таймер, а потом вернулся ко мне. Потянувшись за бутылкой вина, стоявшей на столе, Блейн наполнил свой бокал, а я, вдыхая терпкий запах его одеколона, старалась не замечать его близость.
– А ты лично придумала какое-нибудь название? – спросил он, взглянув на меня.
Мои щёки предательски загорелись прежде, чем я успела возразить.
Блейн хмыкнул.
– Признавайся. Для которого из костюмов?
Я знала, что не должна отвечать, но не устояла.
– Светло-серый «Том Форд»…
Блейн медленно кивнул.
– Я был в нём в тот вечер, когда впервые поцеловал тебя.
Как будто я нуждалась в напоминании.
– Да, я назвала этот костюм.
Он вскинул бровь.
– И как?
Я помедлила, но всё же ответила:
– «Притяжение». – Так и было. В тот момент я чувствовала к нему невероятное притяжение.
Блейн медленно отпил вино, не отрывая от меня глаз.
– Скажи мне кое-что, – наконец произнёс он.
Мои брови взлетели вверх в молчаливом вопросе.
– В ту ночь, когда Шейла была убита. Я остался с тобой, потому что тебе снились кошмары, помнишь?
Я кивнула. Об этом невозможно было забыть. Не только из-за убийства, но и из-за неожиданного появления Блейна.
Он прислонился бедром к стойке.
– На следующее утро, когда мы проснулись…
Мой пульс ускорился, потому что события тех дней были словно выжжены в памяти. Глаза Блейна подёрнулись тревожным штормовым оттенком, и я не смогла отвести взгляда.
– Я обнимал тебя, – продолжил он, понизив голос, – касался тебя… И хотя ты не поощряла меня, но и не сказала «нет». Я часто думал потом, почему? Потому что ты боялась меня? Считала, что должна как своему боссу? Или всё же потому, что не хотела… чтобы я останавливался?
От нахлынувших воспоминаний моё сердце болезненно сжалось.
– Мне всегда было интересно, – улыбнулся Блейн, слегка пожав плечами. – Может быть, сейчас ты утолишь моё любопытство?
Сглотнув, я призналась:
– Да, я боялась тебя немного, это правда. Но в основном… я не хотела, чтобы ты останавливался.
Повисла осязаемая тишина, и мы замерли, глядя друг другу в глаза. Приблизившись, Блейн опустил взгляд к моим внезапно пересохшим губам, но зазвеневший таймер разбил окутавшее нас наваждение. Резко отпрянув назад, я отвела глаза в сторону.
Да, Блейн до сих пор опасен для моего душевного покоя. Слишком легко поддаться привычному влечению. Легко сдаться в плен его обаянию. Притяжение между нами не исчезло и достаточно чиркнуть спичкой, чтобы пламя вновь разгорелось.
Но я не могла.
Кейд сделал всё, чтобы я не хотела быть с другим. Мысли о нём лишали меня воли, отравляя, но я не хотела принимать противоядие.
Во время ужина я почти не говорила. Блейн хорошо готовил, и я не заметила, как съела две порции спагетти с овощным соусом. Убрав со стола тарелки, я собиралась вымыть посуду, но Блейн настоял на том, чтобы сделать всё самому.