На крутом вираже
Шрифт:
– Есть такое мнение, что эта авария случилась не сама по себе, она была подстроена. Что кого-то, кто должен был ехать на этой машине, хотели убить. Да только он не поехал, и погиб один Павел.
Он распрямился и значительно поглядел на Гурова. Мол, я сказал достаточно, умный человек должен понять. И Гуров изобразил умного человека.
– Вон оно что! – медленно протянул он. – Выходит, это не простое ДТП, а с криминальной подкладкой. Мне и Георгий Юрьевич, пока из Краснодара ехали, на что-то такое намекал…
– Вот! – кивнул Николай. – А Георгий Юрьевич зря говорить не будет. Это сын у него балбес и пустомеля, а старший Селезнев – человек очень основательный.
– Что ж, буду иметь это в виду, – пообещал Гуров. – Настя, а нельзя ли мне немного люля?
– А я вам не положила? – воскликнула она. – Ах, сорока рассеянная! Разговоры слушаю, а дела не делаю. Вот, пожалуйста, кушайте.
– Да, Лев, ты ешь, а нам пора делами заниматься, – сказал повар, поднимаясь из-за стола. – И так мы сегодня засиделись. Надо в кладовую сходить, продукты для ужина отобрать.
– Да, пора за работу, – поддержал его садовник.
И все четверо, один за другим, покинули кухню. Гуров остался один. Он налил себе еще бокал вина, сидел, не спеша ел и размышлял. Итак, он познакомился со всеми обитателями поместья – и с хозяевами, и с людьми из обслуги. Кто-то из этих людей подстроил аварию, в которой погиб водитель Горшенин. Конечно, оставалась возможность, что авария была вызвана техническими причинами, но он не верил в совпадения, в порчу руля, а затем тормозов. Нет, таких совпадений не бывает.
Имелась и другая возможность – что Селезнева задумал уничтожить кто-то, находящийся за пределами поместья, и этот человек испортил тормоза. Но сделать это ему было бы крайне трудно. Правда, Гуров выяснил, что здешний гараж не запирался. Но он находился рядом с домом, в котором обитали десять человек. Проникнуть в гараж, испортить тормоза (причем так, что они откажут не сразу, а лишь на горной дороге), а затем незаметно улизнуть – для этого надо обладать исключительной ловкостью. «Нет, этот вариант можно пока отложить, – решил Лев. – Сосредоточимся на тех, кто живет в поместье. У кого были причины для убийства хозяина? Кто выигрывал от смерти Селезнева?»
Он стал перебирать обитателей поместья. И первый, кто пришел ему на ум, был сын Селезнева, Виктор. «Ни к какому делу этот юный балбес не приспособлен, от участия в бизнесе отец его отстранил. Между тем амбиции у сына имеются. Он уже привык жить в роскоши, ничего не делать, обращать на себя внимание девушек. Отец требует от него завершить учебу, а когда он закончит вуз, заставит заниматься каким-то делом. Думаю, власть отца все сильнее тяготит Виктора. Да и денег ему, скорее всего, не хватает. Все это вместе создает в его душе гремучую смесь, из которой может родиться желание избавиться от отца и поскорее получить доступ к деньгам. Возможности подстроить аварию у него есть. Он водит машину, разбирается в ее устройстве, часто бывает в гараже. Ему проще, чем кому-то еще, испортить рулевое устройство или тормоза. Да, у Виктора может быть желание убить отца, и возможности тоже есть. Надо обязательно узнать содержание завещания Георгия Селезнева. Что в нем говорится? Может быть, Георгий Юрьевич завещал все свое имущество жене? Это было бы логично…»
Таким образом мысли Гурова перешли на супругу Селезнева. «Об Инессе Максимовне я, конечно, знаю меньше, чем о сыне, но первое впечатление скорее отрицательное. Она женщина высокомерная, а ее голос, когда она встречала мужа, выдавал фальшь. Все вместе говорит о небольшом уме. Между тем, согласно рассказу Селезнева, его жена считает себя человеком образованным, даже утонченным. Опять же, это дает картину человека фальшивого, двуличного. А где двуличие, там и обман, там и преступление. Но есть ли у нее возможности подстроить аварию? Вряд ли такая женщина, как Инесса, разбирается в рулевых тягах и патрубках. Значит, если она решится на убийство, ей потребуется союзник. Не может ли таким союзником стать Виктор? Между матерью и сыном существует полное взаимопонимание, и это решало бы вопрос с наследством. Если даже имущество Селезнева после его смерти должно отойти жене, она может поделиться этими деньгами с сыном. Да, но есть еще дочь. Интересно, какова ее роль в этой истории?»
И мысли его плавно потекли на Ксению Селезневу. Вспомнился момент, когда она появилась в гараже, разыскивая Аркадия Ширейко. Как дочь Селезнева смотрела на энергичного секретаря своего отца, какими словами они обменивались. «Нет ли между ними более близких отношений, чем дружеские? – задал себе вопрос Лев. – Вполне возможно. Да, из того, что я видел и слышал, можно заключить, что такое вполне возможно. А это делает Ксению, любимицу отца, таким же кандидатом в подозреваемые, как Виктор. Ксения – девушка очень милая, но кто знает, что у нее в душе творится? Я бы, например, не стал ручаться, что она неспособна на убийство. Да, кроссворд… А ведь есть еще обслуга…»
И он начал перебирать в уме людей из обслуги. Отметил, что охранник Борис очень высокого мнения о себе и вообще, человек неприятный. Вспомнил, что садовник Николай, кажется, человек скрытный. Повар Вахтанг – что называется, рубаха-парень, вся душа нараспашку. Но, может, это только камуфляж, а что за человек повар на самом деле – еще неизвестно. То же самое можно сказать о горничной Насте. На первый взгляд очень милая девушка, немного болтушка. Такая ни за что не сможет плести интригу, задумывать убийство. Даже в помощники ее брать опасно – проговорится. Но что, если это тоже одна видимость? Получается, что пока никого из них нельзя сбрасывать со счетов. Каждый может оказаться причастен к организации аварии, в которой погиб водитель, а должен был погибнуть хозяин поместья…
Настала пора поговорить с этим самым хозяином, к которому уже накопились вопросы. И Гуров отправился искать Селезнева.
Глава 5
Как удалось выяснить, хозяина поместья следовало искать в кабинете на втором этаже дома. Об этом Гурову сообщила Настя, которая вытирала пыль в гостиной. Объяснив, где находится Селезнев и как найти дорогу в кабинет, она сочла нужным добавить:
– Только у Георгия Юрьевича не принято, чтобы кто-то из обслуги к нему в кабинет ходил. Он даже своих родных туда не всегда пускает.
– А как же прежний водитель, Павел, находил хозяина, если нужно было его срочно о чем-то спросить? – поинтересовался Лев.
– Он ему звонил, – объяснила горничная. – А так из всей обслуги на второй этаж одна я поднимаюсь. Ну, мне по работе это нужно – белье постельное сменить, убраться, в ванную гель принести, все такое.
– А что там находится, на втором этаже? Кабинет и спальни?
– Да. А еще гостевая комната. Там обычно Анатолий Олегович останавливается. А если другие гости приезжают, их размещают в других гостевых, на первом этаже. Здесь же, на первом этаже, и мы все живем, обслуга то есть. И ваша комната здесь будет. Хотите, я вам ее сейчас покажу?
– Спасибо, лучше чуть позже, – сказал Гуров. – А кто такой Анатолий Олегович? Я это имя впервые слышу.
– Так это главный друг Георгия Юрьевича. Друг, партнер и компаньон. В общем, он почти как член семьи.
– Вот как? Интересно… И часто этот друг и компаньон приезжает?
– Каждый месяц, а то и чаще. Иногда приедет, живет недели две. А иногда быстро уезжает, уже через два дня. Но, в общем, он здесь свой человек. И комната на втором этаже, можно сказать, за ним закреплена. Мне так обычно и говорят: «Иди, мол, Настя, приготовь комнату Анатолия Олеговича». А Павла посылают в Краснодар или в Минводы – встречать.