На крыльях любви. Лебедь
Шрифт:
– Буду вас ждать, – ответная вымученная улыбка стоила мне невероятных душевных сил.
С одной стороны, я была рада закончить на сегодня обсуждение очередного банкета, на этот раз по случаю развода. Да, как это ни странно, обаятельная женщина средних лет решила с размахом отметить, как она выразилась, «исход из своей жизни „нечистоплотного кобеля“». Ну что ж… Ее право.
Однако теперь я оказалась полностью у Него на обозрении, отчего вдоль поясницы моментально забегали крохотные прожорливые мураши.
Не смотреть. Не смотреть. Не смотреть.
– Алина, Кирилл Александрович попросил тебя подойти! – прочирикала незаметно приблизившаяся ко мне Инга.
– Что? – Я резко подняла голову и напоролась на его цепкий взгляд.
Откинувшись на спинку стула, Воронов продолжал меня «давить».
– Дорогая, ты где витаешь? – миролюбиво поинтересовалась коллега. – Говорю же, Кирилл… – нежно понизив голос… – Александрович… сказал, у него есть какое-то предложение по улучшению работы ресторана!
Вот даже как… Предложение у него…
– Хорошо. Возьму блокнот. Такие ценные мысли ведь необходимо записывать… – старалась не обращать внимания на разбушевавшийся пульс в висках. – А ты не заставляй ждать мужчин за дальним столом!
– Уже бегу! – сдув с лица выбившуюся из аккуратного пучка прядку, Инга тотчас ускакала принимать новый заказ.
На негнущихся ногах я все-таки подошла к Его столу.
– Алина? – так тихо и хрипло, что я не сразу расслышала.
– Что ты хотел? – избегая встречаться с ним взглядом, я перебирала дрожащими пальчиками подол платья.
– Поговорить.
– Ну, говори.
– Может, я заеду за тобой после работы? Пообщаемся в более располагающей обстановке?
Я судорожно рассмеялась.
– Это невозможно. И как у тебя вообще хватает совести… после вчерашнего… – Слова разочарования и обиды, закипая глубоко внутри, булькали в горле. Дышать получалось через раз. – Воронов, у меня много работы. Есть что-то по существу?
– Алина. Посмотри на меня!
Но я не могла…
Боялась, что просто не смогу сдержать эмоций. Не хватало только разрыдаться на рабочем месте средь бела дня… у Него на глазах!
– Меня волнует только один вопрос: мы же с тобой не… – К концу фразы охрипший голос Кирилла окончательно сел.
И тут меня осенило – он ничегошеньки НЕ ПОМНИТ!
– А если да? То что? Сумеешь отмотать пленку назад? – прохрипела, задыхаясь от набиравшего обороты в груди торнадо. – Если ты беспокоишься, что я расскажу Лизе – не волнуйся, я этого не сделаю. – Все-таки подняла голову и посмотрела ему в глаза.
И от этого взгляда все внутренности воспламенились дикой болью.
– Алина…
– После четвертого курса я проходила практику в психиатрическом диспансере. Так вот, там было много твоих «друзей»! Вышло солнце из-за тучи – пациенты собрались в кучу! – не сдержала истеричный смешок.
Хорошо, что в это время в заведении по обыкновению мало народа – обед уже закончился, а до ужина еще было далеко.
– Может, ты выслушаешь меня, наконец?
– Дай угадаю: сейчас ты как любой уважающий себя алкаш и нарколыга начнешь заливать, что это в первый и последний раз? И больше никогда не повторится? Да? – По его хмурому выражению лица поняла, что попала в яблочко. – Как ты мог так опуститься, Кирилл? Я знала, что между нами все в прошлом, но ты умудрился довести ситуацию до абсурда! Увы, вечером я начну подыскивать себе новую работу.
– Не надо увольняться! – резко возразил. – Брат тобой доволен. А меня ты больше здесь не увидишь.
– Не у-увижу? – дрожащим шепотом. – Ты работаешь в этом же здании! Так или иначе мы все равно будем пересекаться! Это неизбежно!
– Неизбежно…
Кирилл вздохнул. Он неотрывно смотрел на меня. Заметила, как подрагивает кадык на его мощной шее. Против воли мои щеки залил густой румянец.
– Приношу свои извинения, – наконец, вытолкнул сдержанно. – Не хотел тебя пугать. Но ты права – уже ничего не исправить. Могу я для тебя что-то сделать?
Прозвучало это так, будто он собрался и откупиться… Ну, дурдом!
– Можешь, – кивнула отстранённо. – Держись от меня как можно дальше! – И я гордо удалилась, разорвав тягостный зрительный контакт.
В этот миг в зале появилась управляющая, и я поспешила к ней, на ходу придумывая острую тему для немедленного обсуждения…
Остаток дня я чувствовала себя нервозно. Хорошо, что сегодня Наталья Леонидовна разрешила мне уйти пораньше.
Я направлялась в комнату для персонала, внезапно услышав тихий властный голос, заставивший меня обернуться.
– Алина?
Воронов стоял около двери в то самое многострадальное подсобное помещение. Его глаза прожигали во мне дыру.
– Мы же вроде все выяснили? – хмуро свела брови, неосознанно отступая.
– Подумал, я все-таки имею право знать, за что извинялся. Не так ли? – усмехнулся, склонив голову набок.
– Давай закроем тему? – я нервно провела руками по волосам.
– Ну как же? – похлопал себя по бедрам, обтянутым эластичной джинсой. – У меня не было с собой «резинок», – он кашлянул в кулак. – Так что если мы все-таки были близки, есть вероятность… – распарывал мое мнимое спокойствие своими горящими дурным огнем глазами.
– Зачем ты мне всё это говоришь? – сглотнула, – Думаешь, я… – окончательно растерялась.
На что он намекал? Что за бред?
– Вдруг ты забеременела, и мне, как порядочному мужику, придется на тебе жениться?
– Воронов… – скривила губы, – прекрати нести эту чушь…
– Я вполне серьезно, – сделал шаг навстречу. – Ответственно подхожу к данному вопросу.
– У нас ничего не было… Можешь расслабиться! Тебе не придется на мне жениться…
Кривоватая улыбка коснулась его чувственного рта.
– Жаль.
Жаль…
Я смочила пересохшие губы кончиком языка, сглатывая ком в горле. Так… странно.
Головой я ненавидела его и презирала, однако это никак не мешало воздуху между нами клубиться и потрескивать от напряжения.