Чтение онлайн

– Ладно, мистер Сан, - буркнул он.
– Если вы все сказали?..

Выйдя из кабинета барона, Сан не без удивления ощутил, как в душе его расцветают радость и покой. Оказывается, и покаяние имеет свои прелести.

– Меня очень удручает то обстоятельство, что ко мне обратились только по поводу алмаза и не поговорили обо всем остальном. Я согласен добавить еще квиллер.

– Благодарю вас, мой господин, но я вынужден отклонить ваше любезное предложение.
– Фу Джордж ослепительно улыбнулся голографическому изображению барона.
– Видите ли, мы с Майджстралем достигли определенного соглашения по этому вопросу. И мне не хотелось бы его нарушать.

– А мне бы очень хотелось, чтобы вы передумали, Фу Джордж.
– Барон Сильверсайд мысленно выругался.
– Деньги-то хорошие.

– Вы очень любезны, ваше превосходительство, но, боюсь, ничего не выйдет.

– Это ваше последнее слово?
– рассердился барон.

– Боюсь, что так. Ваш покорный слуга.

– Взаимно.

Фу Джордж отошел от телефона и отправился к себе в комнату, где Ванесса наблюдала за упаковкой перешедшей ему по закону добычи. Беглянка бросила на Джеффа взгляд. Взгляд получился странный, но Фу Джордж не мог понять, в чем его странность - то ли Ванесса действительно вложила во взгляд какой-то смысл, то ли виной тому был ее вид, говоря откровенно, самый что ни на есть странный. Все лицо в кровоподтеках, нос перебит... последние несколько дней Ванесса торчала в номере, облепленная горой биопластыря.

– Лучше бы ты принял предложение барона, - гнусаво проговорила Беглянка, скованно повернувшись к Фу Джорджу: ее ребра, правда, быстро срастались за счет вливания гормонов, но передвигалась она не без труда. Как бы мне хотелось, чтобы Майджстраль лишился коллекции баронессы.

Джефф добавил немного пенистого упаковочного материала к тому, в котором покоилось старинное ожерелье.

– Я бы предпочел больше не покушаться на добычу Майджстраля. Наше соперничество и так уже оказалось чересчур опасным. Киоко употребила его в свою пользу. Мне не хотелось бы снова попадать в передряги.

Ванесса закурила.

– И все равно, - упрямо проговорила она, - нанести последний удар - это так заманчиво. Что, если, заполучив коллекцию и "Крылышко" и располагая записями о краже алмаза, Майджстраль приобретет уйму очков, поднимется в чартах... да он может и на первое место выйти.

Фу Джордж закрыл шкатулку.

– Рано или поздно это должно произойти, Ванесса.

– Мне противна мысль о том, что мы - не первые.

"Мы"?
– раздраженно подумал Джефф, вздохнул и повернулся к Ванессе.

– Мы получили всю славу и деньги, каких только можно желать, - сказал он.
– Это было замечательно. Но рано или поздно кто-то другой должен стать первым, или мне просто жутко не повезет, и я, совершив промах, закончу дни свои за решеткой. Кроме того, очень скоро Комитет Созвездия по Традициям может принять указ о повсеместном запрещении Воровства в Законе на территории Созвездия, и тогда представителям нашей профессии станет совсем невесело.
– Он развел руками.
– Пожалуй, настало время красиво уйти.

Ванесса выпустила из ноздрей облако дыма.

– И чем заниматься, Фу Джордж? Ты хочешь, чтобы я на склоне лет посиживала на задней террасе нашего дома и смотрела, как роботы подстригают газоны, а ты тем временем будешь писать мемуары?

– Ну, это вряд ли.

– Я люблю, чтобы в жизни была острота, Джефф. Острота, волнения. Ты же знаешь, я еще молода.

Намек на свой возраст Фу Джордж проигнорировал.

– Я думал о том, что, вероятно, мне снова предложат вступить в Диадему. Тогда мы обретем славу и возможность путешествовать.

– Гм.

– Во всяком случае, покуда я на первом месте и уходить не собираюсь.

– Вот поэтому-то я хотела, чтобы ты отобрал у Майджстраля коллекцию баронессы.

– Эта тема, - спокойно проговорил Фу Джордж, вернувшись к упаковке драгоценностей, - как я уже сказал, меня не интересует.

– Гм, - снова буркнула Ванесса и глубоко затянулась сигаретой. Ей предстояло подумать о многом.

– Пожалуй, нет, мой господин, - ответил Майджстраль. Барон Сильверсайд сверлил его взглядом.

– Я предлагаю вам хорошую сумму, - сказал барон.

– Я предпочитаю отклонить ваше предложение. Мы с Фу Джорджем профессионалы, и дурацкое соперничество нам совершенно ни к чему.

– Это ваше последнее слово?

– Да. Но спасибо, что вы ко мне обратились.

Барон прервал связь. Дрейк оставил свое голографическое изображение в ванной комнате и вышел в гостиную. Маркиз и маркиза Котани поставили опустевшие бокалы на вынесенный Романом поднос.

– Выпьете еще, моя госпожа? И вы, мой господин?

– Нет, Роман, - ответил за себя и жену Котани.
– Спасибо.

– Прошу прощения, что оставил вас, - извинился Майджстраль.
– Сугубо личный звонок.

– Надеюсь, вам не предложили очередного пари?

– Барон не знает, что коллекция у меня. Может быть, догадывается, но не уверен. Он пытается уговорить меня выкрасть ее у Фу Джорджа.

– Боюсь, что последняя неделя барону дорого обошлась.

– Но не с точки зрения рекламы, я бы так сказал. После всего, что тут произошло за неделю, станция Сильверсайд, вне всякого сомнения, станет одним из самых престижных курортов в Созвездии. На месте барона я бы счел все затраты оправданными.

– Вполне, вполне, - согласился Котани и тонко улыбнулся.
– Как удачно, что я успел подписать контракт с бароном, до того, как все прояснилось.

Майджстраль поклонился маркизу:

– Друг мой, поздравляю тебя с этой пунктуальностью.

– Это означает, что мы с Котани снова приедем на Сильверсайд для постановки пьесы, - вмешалась маркиза и посмотрела на Дрейка из-под полуприкрытых век.
– Это место для меня связано с такими приятными воспоминаниями, с такими... милыми сердцу отзвуками...

– Я рад, - усевшись в кресло, отметил Майджстраль, - что вам тут понравилось.

– Эти воспоминания уедут отсюда со мной, - добавила маркиза, - в виде коллекции баронессы. Какая будет прелесть, когда эти шедевры украсят Замок Котани!

Котани погладил руку жены:

– Тебе пришла в голову поистине восхитительная идея, милочка. Мне даже не пришлось почти ничего менять после того, как ты договорилась с Дрейком.

– Да, пожалуй, - промолвила графиня, не осмеливаясь больше задерживать взгляд на Майджстрале, - переговоры мне больше всего пришлись по душе.