На милость победителя
Шрифт:
Камилла смотрела на него во все глаза и не решалась поверить. Вот этот красивый и успешный мужчина любит именно ее? И готов жениться? Не заваливает на диван, шепча ничего не значащие слова любви, не умоляет заняться сексом прямо у себя в кабинете под предлогом, что все ушли домой?
– Степа, – пролепетала она, не понимая, как вести в подобной ситуации. Мозг подсказывал вариант – броситься на шею и заорать дурниной: «Спаситель наш!», а сердце… Сердце молчало и изо всех сил рвалось к Роману Демьяновскому. Безответственному и глупому человеку.
– Я прошу тебя подумать о себе и ребенке, – продолжал Степан, и Камилла заметила у него на лбу мелкие бисеринки пота.
«Нелегко ему дается этот разговор», – мысленно усмехнулась она и решила быть честной. Степа не заслужил лжи и предательства.
– Так ли нужна тебе эта работа? – улыбаясь осведомился Бекетов. – Я обеспечу тебя и ребенка. Не спеши с ответом, девочка, – остановил он ее. – Просто подумай…
– Я не могу ответить вам взаимностью, – тихо, но храбро призналась Камилла и расплакалась. Степан тут же оказался рядом. Прижал к себе, языком осторожно открыл упрямый рот и накрыл губы Камиллы поцелуем. Немного слюнявым и безыскусным, ни в какое сравнение не идущим с жаркими поцелуями Романа Демьяновского. Самого редкостного придурка в городе!
– Мой брат – идиот, – проворчала себе под нос Татьяна, в полупрозрачном пеньюаре разгуливая по спальне. – Я попросила этого придурка помочь мне с отчетами. Я ничего не понимаю в этих циферках! Мое дело – шоколад лить! Я говорила ему… А он обещал все взять на себя. Кто у нас окончил физмат с отличием! Там, Таня, полная фигня! Я все за два часа посчитаю… – передразнила она брата и, наткнувшись на насмешливый взгляд любовника, замерла на месте.
– Иди сюда, Танья, – улыбнулся он. – Не стоит терять время…
– Да как ты не понимаешь, Марсель, – печально хмыкнула она. – У меня завтра разбор полетов, а Ромка не берет трубку.
– Ты же говорила, что он болен, – скривился мужчина. – Ему небось вкололи что-то. Не думаю, что человек с сотрясением мозга может тебе чем-то помочь, – пробурчал он. Татьяна посмотрела на любовника, полулежавшего на ее кровати в ее спальне. Голый накачанный торс Марселя впечатлял.
«Какой же он красивый, – замирая от восторга, подумала Татьяна. – Так и влюбиться недолго», – мысленно вздохнула она, откровенно любуясь мужчиной.
– Неси сюда свои отчеты, – лениво бросил он. – И в коридоре портфель захвати. Там ноутбук.
– Да? – охнула она, немного растерявшись. – А ты разберешься? У меня и то с трудом получается…
– У меня степень МБА, Танья, – хмыкнул он. – У тебя тоже?
– Не-е-ет, – проблеяла она, специально умолчав о собственном образовании. Да и кто станет кичиться дипломом инженера-геодезиста?
Исподволь она наблюдала, как Марсель деловито открыл ноутбук, воткнул в него флешку и, пробормотав что-то типа «мамадорогая!», принялся проверять расчеты. Таня сначала напряженно сидела напротив. Любовалась собственным героем и думала, как же ей повезло. Вот так совершенно случайно в небольшом кафе франкфуртского аэропорта она встретила мужчину мечты. Умен, красив и подтянут. Какой-то бизнес в США, Италии и Израиле. Да и сюда в Россию он прибыл тоже по делам. За те две недели, что они были вместе, Таня Фокина искренне верила, что ухватила у судьбы самый главный приз. Марсель оказался прекрасным любовником и таким же чудесным собеседником. Совершенно случайно выяснилось, что им нравились одни и те же вещи, стихи и фильмы.
«А ведь ничего не предвещало», – вздохнула Татьяна, укладываясь рядом с любовником. В забитом до отказа кафе я всего лишь села на единственное свободное место.
– Бизи? – спросила она у лощеного брюнета, лениво жующего отбивную.
– Конечно, – ответил по-русски он и, улыбнувшись, встал, чтобы отодвинуть доя нее стул.. Ничего не значащий жест вежливости! Легкий разговор за обедом о погоде и перелетах совершенно неожиданно перетек в личную беседу, а затем в номере транзит-отеля закончился бурной ночью любви.
«Как по волшебству, и рейс на Москву на двенадцать часов отменили из-за погодных условий», – подумалось Татьяне. Она вспомнила, как Марсель, взяв ее руку в свою, коротко скомандовал:
– Пойдем быстрее.
Торопливо спустился по лестницам и замысловатым переходам и привел ее к небольшой двери под вывеской «Транзит-отель».
– Только один номер, – предупредил портье.
– Нам повезло, – улыбнулся Марсель и, расплатившись картой, вручил десять евро на чай. Потом завел обалдевшую Фокину в номер и, прижав к стене, пробормотал:
– Ты же не возражаешь, Танья…
Возражала ли она? Ну уж нет! Только бога молила ниспослать ей такого мужчину. Лишь представляла его в своих снах и просыпалась по утрам мокрая от желания.
Через двенадцать часов они никуда не улетели. И даже не смогли выйти из номера. Заказали еду. Кажется, пиццу и суши. Ели прямо руками. Целовались и дурачились.
– Москва – это конечная остановка? Или ты летишь дальше?
Татьяна смущаясь назвала родной город и добавила с легкой усмешкой:
– Это такая провинция…
– Вся Россия кроме Москвы и Питера – это провинция, – хмыкнул он шутливо: – Ты не поверишь, но я держу путь именно туда.
– Врешь! Чем докажешь? – вскрикнула она как девчонка.
– Смотри, – довольно пробурчал Марсель и голым проследовал к своему набитому всякой всячиной кожаному портфелю от Луи Виттона. Достал узкие, словно язычки, картонки билетов и важно предъявил: – Читай, что написано, – велел шутливо.
– Марсель Шпильнер, – прочла она и, улыбнувшись, добавила: – Татьяна Фокина… – и посмотрев в ореховые глаза любовника, расхохоталась. Он сгреб ее в охапку и, упав вместе с ней на кровать, принялся целовать.
– А зачем ты едешь в такую глушь? – поинтересовалась она, отдышавшись, и внимательно глянула на него.
– У меня там полно друзей и родственников, – усмехнулся он. – Еду отдыхать, да и повидаться кое с кем придется…
– Вот. Смотри, – слегка толкнул локтем Марсель, возвращая Татьяну из радостных воспоминаний. Он уже почти неделю жил у нее. Они все так же не покидали квартиру, лишь изредка спускаясь в магазин за продуктами.
«Будь она неладна, эта экономистка со своими отчетами, – мысленно ругнулась Татьяна. – Я уже привыкла врать маме и Ромке, что еще в отъезде. Самолет – ай-ай-ай – дважды задерживался. Потом я не успела на регистрацию. И уж точно лучше с классным мужиком по постели кататься, чем слушать причитания матери и стоны брата. Попал под лошадь, блин. О. Бендер», – фыркнула про себя Татьяна.
– Смотри, – пробурчал Марсель и строго указал на расчет. – Вот здесь все правильно. Явно считал профи. Все нюансы учел. Брак, сырье, полуфабрикаты… А вот здесь – лажа. Даже расчетно-кассового обслуживания в затраты не внесли. Это так на поверхности. Отсюда и разница.
– Мне бы точно знать, какой правильный, – проскулила Татьяна и, серьезно глянув на любовника, попросила: – Марсик, солнышко, давай завтра ко мне на работу заедем. Быстренько разберемся, а? Что-то я совсем запуталась. Зоя со мной работает давно, а эту девчонку только взяли. Зоя все производство отлично знает… Я думаю, у девчонки в отчете ошибки. Наплела всякой ерунды, захотела пыль в глаза пустить.