На молитве. В тишине и в буре
Шрифт:
Но нет, нет, Христос еще более в мире и меж людей, чем прежде, в дни земной Своей жизни… Вот мы с тобой беседуем о Нем, и Он стоит тут, посреди нас, слушает наши слова о Нем и наполняет наши души чувством близости к Нему.
И находясь тут, около нас, Он в то же время обходит другие дома, и, как на нас, смотрит Он на других матерей, которые говорят детям своим о Боге. Он склоняется и благословляет других заброшенных и одиноких детей. У них, может быть, есть родители, и они окружены богатством, но родители их думают только об удовольствиях и оставили детей на произвол равнодушных нанятых людей. И Он смотрит в души этих бедных, одиноких детей и старается в их душе отразить Свой образ и – Сам, без слова, – научит их тому, чему не научили их родители.
Он подойдет и к бедным, одиноким людям, которые сидят в убогих полухолодных комнатах, никому не нужные, заброшенные, оставшиеся одинокими на старости лет. Их грустное существование Он озарит этой минутой единения с Собой и шепчет им: «Потерпите недолго, скоро придет час избавления, и Я утешу вас в Моем Царстве…»
Он склонится над рабочим столом писателя, который говорит во имя Его, стараясь привлечь людей к добру создаваемыми им светлыми образами, растопить равнодушные сердца, пробудить в них братское сочувствие к людям. Он посмотрит на Его работу и станет нашептывать ему на ухо счастливые, прекрасные слова, в которых будет заключаться таинственная неодолимая сила, и под шепот этих слов Христовых почувствует человек, как вдохновение закипит в его душе, и вернее и сильнее побежит перо по бумаге, начертывая те строки, которые потом будут долгие годы приносить отраду и утешение людям.
Он войдет в бедное, но опрятно содержимое жилище семейного рабочего, который, вернувшись с трудового дня, отдыхает в своей семье, слушает веселую болтовню старших детей, играет с младенцем, который еще не умеет говорить и, заботливо поддерживаемый отцом, весело прыгает на его коленях, цепляясь ручонками за густую бороду.
Он войдет и в студенческую келию, где в жажде знаний, борясь с нуждой, усердно занимается талантливый юноша… И коснувшись слуха мечтателя музыканта, Он возбудит в нем чувство той мелодии, которую запомнит это музыкальное ухо и которой потом с наслаждением будут внимать люди.
Так не думай, Боря, что Христос нас оставил. Он в мире более, чем тогда, когда ходил. Только надо ловить эти минуты присутствия Его при нас. Всякий раз, как мы делаем что-нибудь светлое, чистое, человечное, всякий раз тогда близко-близко к нам стоит наш Христос…
....................................................................
Боря никогда не забывал этого разговора со своей матерью. Когда он бывал в церкви и звуки любимых напевов возносили его душу в небо, то, стоя на коленях, с головой, опущенной к земле, он чувствовал, что за ним стоит Тот Христос, Которого некогда держал на руках в храме Иерусалимском старец Симеон.
У него были свои любимые книги, которые производили на него такое сильное впечатление, что он стыдился читать их пред кем бы то ни было, даже пред матерью, так как на глазах у него навертывались слезы, которых он не мог сдержать и в груди клокотали рыдания. И он ясно чувствовал тогда при этих страницах, что близко-близко стоял Христос и держал его за руку.
Иногда в концертах серьезной музыки, которой он был большой любитель, когда волны гармонии опять возносили его над землей, он в этих чудных волнах неземных звуков ясно чувствовал веяние Христово.
И когда он видел пред собой прекрасные местности: следил с мостика парохода за зарей, загорающейся там, где свод небесный окунулся в морскую гладь и нежное золото розоватого оттенка разливалось по горизонту и по морю; или весной ходил в тихом парке, и задумчивые аллеи деревьев, одевающихся нежными распускающимися листьями, уходили, казалось, в какие-то райские дали, – он чувствовал, что вот тут только что прошел Христос, благословляя расцвет этих Им насажденных, чудно теперь одевающихся деревьев.
Даже в большом городе, на бойких улицах, ему порой казалось ощутительным невидимое присутствие Христа.
Вот заполненная толпой, занятая рядами быстро несущихся экипажей, отчаянно катящихся автомобилей широкая улица. Беспомощная старушка топчется на месте, не смея перейти. К ней подходит незнакомая дама, говорит ей несколько слов. Та благодарно кивает головой, и дама, взяв старушку под руку и крепко ее поддерживая, начинает переводить ее через улицу.
«Здесь Христос», – думает тогда Боря.
Да кто из верующих не мечтал о том, чтобы разделить светлую часть Симеона Богоприимца и тех избранников, которые после вознесения Христова на небо видели земными очами своими светозарный облик Христов?
Нам не достичь этого высокого удела, но нам доступно другое счастье – счастье ловить здесь, на земле, как бы отдельные черты лика Христова.
Ведь Он, любимый, чаемый, поклоняемый, ведь Он здесь, во всяком высоком порыве души, во всяком услышанном нами стоне чужого горя, во всяком сиянии непорочной, высокой красоты, во всем чистом, правдивом и светлом!
И чем более высоких впечатлений в жизни мы станем искать, оберегая душу свою от всего низкого, темного, недостойного, тем чаще и чаще в душе нашей будут сиять эти отдельные черты светозарного лика Христова…
Итак, будем мы подготовляться исподволь к той великой радости, которая светом своим зальет все наше будущее райское существование, когда сбудется наша святейшая мечта и мы лицом к лицу увидим Его, Которого мы с таким терпением ждали, о Котором мы так верно думали, к Которому с такой жаждой стремились, отдельные черты Которого мы так усердно ловили в пору земного нашего бытия.
За Пресвятою Девою
Когда мы любим человека, мы стараемся узнавать его жизнь. И чем сильнее наша любовь, тем больше эта жажда.
Мы отыскиваем малейшие черты из его прошлого. Нам дорог всякий клочок бумаги, на котором любимая рука начертала несколько букв. Нам кажется сокровищем всякая выцветшая фотография, изображающая это дорогое лицо в неизвестном прежде для нас возрасте.
Я знал одну женщину выдающейся духовной высоты, прожившей с мужем в неразрывном единении сорок лет.
Принадлежа к тому высшему слою богатых людей, который так часто передвигается с места на место и где поэтому разлуки между членами семейств происходят так часто, она ни разу не разлучилась со своим мужем.
Можно себе представить, каким ударом была для нее внезапная смерть мужа, который казался еще полным сил и обещал, казалось, прожить еще очень долго…
Как христианка, она покорно склонила голову пред Божьим определением и стала ждать новой встречи, которая должна была соединить их уже на века. А верное сердце ее переживало вновь и вновь всю прошлую жизнь… И в первый же год вдовства она отправилась в чужие края, чтобы посетить все те места, где была с мужем, где, свободный от всех занятий, каких требовали от него его высокие служебные звания, он не расставался с ней ни на минуту и где она прожила с ним в особенной душевной близости.
Конец ознакомительного фрагмента.