Чтение онлайн

—Вот и я то же подумал.

Не ожидая ничего дурного, я глянула, как Гленн убирает простыню.

—Твою мать! — воскликнул Дженкс. — Секретарша мисте­ра Рея?

У меня лицо сделалось кислое. С каких это пор секретарс­кая профессия перешла в разряд опасных? Ванесса наверняка самоубийства не совершала Она была не альфой, но очень близ­ко к тому.

Удивление Гленна сменилось пониманием.

—Ага, — загудел его низкий голос. — Это ведь вы украли ту рыбку из офиса мистера Рея.

Во мне искрой вспыхнуло раздражение.

—Я думала, что ее возвращаю. И это была не его рыбка, Дэвид говорит, что мистер Рей сам ее украл.

Нахмурив брови, Гленн явно давал понять, что это без разницы.

—Она поступила в виде волчицы, — заговорил он профес­сиональным голосом, а его глаза смотрели только на избитые и разорванные участки голого тела. Сверху на груди у нее плыл черно-оранжевый вытатуированный карп кои — символ посто­янного членства в стае Рея. — Стандартная процедура — обрат­ное превращение после первого осмотра. Причину смерти лег­че найти на человеке, чем на волке.

Меня стал доставать запах мертвечины в сосновом лесу. И то, что я приехала натощак, тоже делу не способствовало, кофе никак не хотел успокоиться внутри. И я знала, что это стандар­тная процедура — очень недолго встречалась с одним парнем, который составлял чары для форсирования обратного превра­щения в человека. Совсем был чокнутый, но у него водились крупные денежки — потому что работа эта нелегкая, а делать ее никто другой не хотел.

Дженкс ощущался на шее прохладным пятнышком, и я, не видя ничего необычного — ну, кроме того, что она мертвая и рука у нее разодрана до кости, — спросила:

—Ну так что мне искать?

Гленн кивнул, подошел к низкому ящику в конце зала, про­верил табличку и вытащил его.

— Вот вервольфовский суицид, доставленный в прошлом месяце. Различия налицо. Ее бы кремировали уже, но мы не знаем, кто она. Еще две Джейн Вольф[2] были доставлены в ту же ночь, и им решили дать дополнительное время.

—Все доставлены вместе? — спросила я, подходя посмот­реть.

—Нет, — тихо сказал он, глядя на нее с жалостью. — Ника­кой связи, кроме времени доставки и того, что никого из них нет в компьютере. Их никто не опознал, и ни под одно описа­ние без вести пропавших по всем США они не подходят.

С моего плеча раздался голос Дженкса, приглушенный.

—От нее пахнет не вервольфом. От нее пахнет духами.

Я вздрогнула — Гленн расстегнул молнию на мешке, пока­зывая, что у женщины весь бок растерзан.

—Самоповреждения, — сказал он. — Ткани обнаружены у нее между зубов. Бывает не слишком редко, хотя обычно по­вреждения не такие грубые — самоубийцы просто открывают себе вену и истекают кровью. Ее нашел утренний бегун в пере­улке. Он позвонил в ветлечебницу.

Едва заметные морщинки вокруг его глаз стали резче от зло­сти. Что бегун был человеком, можно было не говорить.

Дженкс сидел тихо, и я с холодной отстраненностью стала рассматривать покойную. Высока для оборотня, но не слиш­ком. Большая голова, волосы до плеч, там, где не спутаны, кур­чавятся слегка. Симпатичная. Лет примерно тридцать пять. Занималась собой, если правильно понимать это слово. Инте­ресно, что же с ней стряслось, что она так отреагировала.

Видя, что я закончила осмотр, Гленн открыл третий ящик.

—Вот эта сбита машиной, — сказал он, расстегивая неподатливый мешок. — Полисмен опознал ее как вервольфа, и до больницы она доехала. Ее превратили обратно и пытались ле­чить, но она умерла. — Он смотрел на изломанное тело, и лоб его шел морщинами. — Сердце остановилось. Прямо на столе.

Я заставила себя опустить глаза, мысленно вздрагивая при виде кровоподтеков и рассеченной кожи. Иглы капельниц еще торчали в ней свидетельством усилий, направленных на спасе­ние ее жизни. У Джейн Вольф номер два тоже были каштано­вые волосы, подлиннее, чем у первой, но курчавились точно так же. Была она с виду того же возраста, и имела такой же уз­кий подбородок. Если не считать царапины на скуле, лицо ос­талось нетронутым, и казалась она деловой и собранной.

Бежать перед автомобилем — тоже не особая редкость, вервольфовский вариант человеческого залезания на крышу с угрозой прыгнуть. Как правило, добром не кончается, а кончается тем, что незадачливый самоубийца попадает под опеку вра­чей — где ему с самого начала и место.

Я подошла с Гленном к четвертому ящику и тут выясни­лось, почему Дженкс был так тих; он издал рыгающий звук и бросился к мусорному ведру.

—Поезд, — сказал Гленн просто и с сожалением.

Во мне забродил кофе, усиленный недостатком сна. Но мне приходилось видеть жертву демона, а по сравнению с ней вот это было как тихая смерть во сне. Наверное, я заработала очки у Гленна, когда осмотрела ее тщательно, стараясь не вдыхать за­лах разложения, которое холод помещения остановить не мог. Похоже, что третья Джейн Вольф была также высока, как и пер­вая, и отличалась тем же спортивным сложением. Каштановые волосы до плеч. Хорошенькая или нет — сказать не берусь.

Увидев, что я кивнула, Гленн застегнул мешок и задвинул ящик. Так он поступил со всеми выдвинутыми, возвращаясь к Ванессе. Не совсем понимая, зачем он хотел мне все это пока­зать, я шла за ним.

Дженкс вер нулся бесшумно, без стрекота крыльев, и я улыб­нулась ему сочувственно.

— Ты Айви не говори, что меня вывернуло, — попросил он, и я кивнула. — Все они пахнут одним и тем же, — сказал он, и я почувствовала, как он взялся за мое ухо для равновесия, стоя как можно ближе к моей надушенной шее.

— Бог ты мой, Дженкс, да для меня они и выглядят одина­ково.

Но вряд ли он оценил мою попытку сострить. Гленн замедлил шаги, остановился. Мы смотрели на сек­ретаршу мистера Рея.

—Эти три женщины — самоубийцы, — сказал он. — Пер­вая погибла, сама себе нанеся травмы — как с виду погибла и секретарша мистер Рея. Но я думаю, она была убита, а потом обработана для имитации самоубийства.

Я посмотрела на него, гадая, не мерещатся ли ему призраки в тумане. Он, увидев мое сомнение, пригладил рукой курчавые короткие волосы.

—Посмотрите на вот это, — сказал он, наклоняясь над Ва­нессой и приподнимая безжизненную руку. — Видите? — Его темные пальцы резко выделялись на побледневшей коже мертвой. — Очень похоже на синяки от наручников. Мягких наруч­ников, но все же. Их нет на женщине, которая добралась до больницы живой, а я знаю, что им пришлось ее связать.

О'кей, это уже меня заинтересовало. Может, Ванесса уча­ствовала в какой-то сексуальной игре и слишком далеко заш­ла? Наклонившись вперед, я согласилась, что красная кольце­вая полоска могла остаться от пут, но внимание мое привлекли ее ногти. Маникюр на них был сделан профессионально, но кончики расколоты и зазубрены. Женщина, задумавшись о са­моубийстве, не выбросит кучу баксов на ногти, чтобы перед тем, как покончить счеты с жизнью, их подрать как следует.