Чтение онлайн

– Лучшего места, чтобы с нами покончить, ВРЕМЯ и выдумать не могло!-прокричала профессорская дочка в самое ухо бывшему воздушному маршалу.

– Ты же знаешь, что я просто так не сдамся?!-громко, но как-то отчаянно горько, произнес Дэвид, не отрывая губ от ее мочки.

"Видимо, все было совсем уж плохо, раз Дэвид так заговорил."

Земля чуть затихла. Агент времени осторожно поднялся и подал руку Джульетте. Та встала на ноги и он прижал ее к себе, делясь теплом собственного тела.

Авианалет переместился к "Мамаеву кургану". "Высоте 102". Он курился углями не угасающего пожара. Будто там бушевало жерло вулкана, извергая потоки искр и волны жара. Теперь там грохотали взрывы, выравнивая холмы. Последнее, что еще могло гореть на кургане-становилось пеплом.

И все это было одним целым-называемым войной.

– Тебя к такому готовили?-жалко пролепетала Джульетта, отважившись посмотреть Дэвиду в глаза.

– И к такому тоже. Как и ко многому другому,-уверенно ответил бывший воздушный маршал:-Мы пройдем через это. Все преодолеем и вернемся к твоему отцу,-пообещал Дэвид девушке, покровительственно поглаживая ее по спине.-Для всего, что тебе будет нужно, я рядом.

Понимая реальное положение вещей, Джульетта задала мучивший ее вопрос:

– А вдруг Саймон уже погиб? Ведь этого нельзя исключать?-робко настаивала она.

– Считаешь-река большая? И Саймон, не зря такой синюшный утопленник, давно подледным плаванием занимается,-принялся размышлять вслух Дэвид, переведя взгляд с кургана на реку.-А мы его искать собрались ...,-но тут же категорически замотал головой.-Чтобы агент времени по ерундовой причине пропал? Да еще твердолобый марсианин такого калибра? И думать нечего: он тут уже кого нибудь покалечил или пришил. И нас ищет. Ты заметила: он всегда где-то неподалеку. Вот увидишь, эта мигрень проявит себя во всей красе. Так что-тема закрыта. И забыта. И больше даже не заикайся мне о марсианине. Сам найдется. Вот помяни мое ...

– Стой, рус, иначе стреляю!-раздался хриплый, лающий голос. Из под нависающих кусков бетона, гнутого железа, между возвышающихся куч осыпавшегося кирпича, появились серые фигуры в шинелях немецкой пехоты. Раздался буцкающий топот множества сапог. Фрицев было шестеро. Каждая деталь страшным клеймом отпечаталась в памяти путешественников во времени. На всех гитлеровцах были каски в белом зимнем окрасе. И декаль, в виде орла с распростертыми крыльями на свастике. По чресплечным лямкам Дэвид распознал пехотные ранцы с кожаной обшивкой ребер и углов. На поясном ремне висели брезентовые подсумки камышово-зеленого цвета с запасными магазинами к "шмайсерам". И по одной, две гранаты на деревянной ручке "М-24", заткнутые, где за пояс, где за голенищем или борт шинели. А чаще сложенные в отдельные сухарные сумки. На гитлеровцах были полевые брюки серого цвета полынного оттенка. Холодный стальной блеск направленных в них стволов заставил путешественников во времени замереть.

Цепкий от прилившего адреналина мозг агента насквозь определял каждую деталь. Дэвид отметил прицельное приспособление мушки с намушником, характерное для пистолета-пулемета "МР 40". Которым был вооружен каждый из них. Потомки тевтонских воинов разбрелись по площадке.

Голос Дэвида осекся. На лицо легла тень.

"Они были перед фрицами как на ладони. Дергаться не имело смысла. Времени убежать уже не было."

– Хенде хох!

Они послушно подняли руки. Но этой фразой знание языка Дэвидом и ограничивалось. В немецком он был профаном.

Ситуация сложилась критическая. Все тело Джульетты содрогнулось от предчувствия смерти. Она глянула на беспомощного Дэвида и первая парализующая растерянность отступила. Застилающий глаза страх потускнел и развеялся. У нее хватило на это духа. Джульетта пригладила волосы и бойко округлила грудь. С дико бьющимся сердцем она выпорхнула из под бока агента времени, с сияющим лицом, полным беззаботного счастья. И направилась к немцам, голося на чистейшем языке Вольфганга Гете и Генриха Гейне:

– Спасители вы наши!-радостно закричала профессорская дочка и дурашливо вскинула руки:-Великая германия не забывает своих союзников,-Джульетта пробежала глазами по немецким солдатам. Ей не понравился презрительный взгляд спокойных, недоброжелательных глаз автоматчика, стоящего у широкой, закопченной стены. Чья прицельная мушка блуждала в районе ее живота.

"У них были запыленные, грязные лица пещерных людей. С запекшейся в уголках губ коростой."

Фриц, засунувший нос в воротник шинели, устало, почти без интереса, оглядел их странную парочку и густо покашлял в кулак. Третий остался стоять в проходе, слегка покачиваясь на широко расставленных ногах, сложив руки поверх "шмайсера".

"Не хилый такой крепыш."

С недавнего времени она так навострилась, что научилась находить выход за считанные секунды. Точно определив главного, она бросилась в ноги к унтер-офицеру, причитая:

– Я безумно боялась вновь натолкнуться на этих грязных, одичавших в своих норах, русских!-обнимая сапоги младшего офицера, не унималась она.-Как же мне сказочно повезло, встретить вас, освободители вы мои!-девушка дышала часто и тяжело, будто ей до этого пришлось долго, без передышки, бежать.

Это был поступок более отчаянный, чем все ее прежние. За бросок на немецкого солдата, Джульетту могли тотчас убить или изувечить. Такая дерзость вызвала у фрицев замешательство, которой она и воспользовалась. По-женски, интуитивно подозревая, как давно он не был с женщиной, Джульетта попыталась смутить унтер-офицера. Заставить пожалеть себя. Чтобы он ощутил нечто родное и близкое. К чему стоит относиться бережно. И ради чего, собственно, он и воевал в этой далекой, северной стране.

"Дойче зольдатен ... !"-дальше Дэвид ни бельмеса не понимал в их разговоре. В его голове срабатывали боеприпасы безумия. Он находился в таком зажиме, что его аж потряхивало. Агент времени испугался за Джульетту до липкого пота, едва не схватив девушку за плече, чтобы остановить. Усилием воли подавив боевые рефлексы, бывший воздушный маршал засветился своей неотразимой улыбкой.

"Порой самообладание оказывается лучше меткого удара. Хотя такое терпение было пыткой."

Дэвид улыбался до ушей настолько широко, что во рту хрустнул сустав.

Оксана Милорадова занималась с Джульеттой лет с четырех. И даже после ее гибели девушка не потеряла интерес к языкам. А продолжила совершенствоваться, ощущая в том свой долг перед матерью.

"Сколько книжек о таких вот "попаданцах" она прочла в своей жизни? Горы! Верила ли когда нибудь в такую возможность? Пожалуй-нет. Был период, когда мысли об этом сполна занимали ее свободное время. С тех пор Джульетта запомнила только главное: нужно уметь терпеть, приспосабливаться и выживать."