Чтение онлайн

Саймон не отрывал от нее взгляда:

– Хотя бы не покрывай его. Дэвид-волк в овечьей шкуре. А я-не поисковый каратель, за которого он пытается меня выдать. Это я тебе говорю на тот случай, если ты на него запала, купившись на милую мордашку.

Лицо девушки вспыхнуло:

– Да кто я для вас обоих?! Редкий попугайчик, которого каждый хочет запихнуть в свою клетку?!-и она метнула в него самый страшный из своих испепеляющих взглядов.

Ответ Саймона был холодным и даже где-то снисходительным:

– Я из тех, кого хорошо иметь рядом в трудную минуту. Мои полномочия, в рамках этой операции, обширны. После того, как тебя посмертно спасли, ты вступила в теневую организацию, которой дарованы особые привилегии. Это знает очень узкий круг людей. Мы не подотчетны никому. И существуем недосягаемо для всех правительств. Джованни Скиапарелли, уж ты мне поверь, самая крупная фигура из всех, с кем мне в жизни приходилось сталкиваться,-на этих словах Саймон глубоко вздохнул и стряхнув с себя прежнюю суровость, добавил:-Я пообещал твоему отцу, что довезу тебя к нему. Это для тебя аргумент?

– Спасибо что нашли время. Я и без вас, сама собиралась к нему ехать,-поспешила предупредить Джулдьетта, ощутив в его словах долю спекуляции. Папа в Университете. У него лекции до пяти вечера у заочников.

– Так поехали. У нас есть куда двигаться,-уж очень легко согласился с ее маршрутом Саймон, приглядываясь к прохожим.-Только поменяемся местами,-марсианин открыл дверь, поставив ногу на асфальт.

Интуиция Джульетты заработала на полную мощность. Она постаралась очистить разум от всех второстепенных мыслей: "Оба агента хотели выгодно разыграть свои карты. Каждый на что-то рассчитывал, то запугивая ее, то осыпая обещаниями. Люди хранят тайны, это им свойственно. Но дело явно в ней самой. Если представить, что марсиане-Монтекки, а земляне-Капулетти, то родовая вражда фамилий, по каким-то неведомым ей пока причинам, борется за юную Джульетту.

Ого! Значит у нее есть власть над теми и другими. Возможно, она стоит запредельно. И может диктовать свои условия."

Страх внезапно прошел сам собой. Такие нюансы теперь Джульетта схватывала налету.

– Меня не обязательно водить за ручку,-заявила она, инстинктивно копируя позу и мимику уверенной в себе женщины и выжидательно посмотрела на Саймона:-Я никому не разрешаю садиться за руль своего автомобиля и управляю им только сама. Это мое условие,-и уперлась в агента взглядом.-Неужели вы не уступите мне в такой ерунде?-спросила она, демонстрируя, что ее доверие не так-то легко заслужить.

С ее стороны это выглядело безгранично самоуверенно.

Саймон разглядывал двор как бы с легкой скукой, оценивая максимально возможный вред.

Несколько секунд Джульетта смотрела на него, изо всех сил излучая искренность. Ее тонко вырезанные ноздри вздрагивали.

Черты лица Саймона одеревенели. Он шевельнул тяжелым подбородком, размышляя, стоит ли спорить с профессорской дочкой в ее нынешнем настроении?

Два спецагента прошлись, огибая детский городок по линии припаркованных автомобилей. Постепенно они удалялись от той фантасмагории, которая творилась в глубине двора и остановились на тротуаре. Один показал ребром ладони в сторону дороги, как ключевого направления отхода, а второй покачал головой, видимо соглашаясь.

Эта жестикуляция очень не понравилась Саймону.

– Хорошо. Какая разница ... Сама-так сама. Веди, давай,-великодушно, и как бы вдруг, согласился Саймон, сунув ногу обратно в автомобиль и захлопнув дверь.-Чем быстрее мы уедим, тем скорее ты встретишься со своим отцом.

Джульетта перевела дух и вполне спокойно сказала:

– Дверцу можно было и поаккуратней закрыть, чай не трактор. И давайте пристегивайтесь, ведь проблемы с ГИБДД нам не нужны?

Саймон бросил на нее острый взгляд, поискал вытяжной ремень и поймав его на большой палец, перекинул через себя. После нескольких неудачных попыток марсианин защелкнул ремень безопасности и откинулся в кресле.

Запах свежескошенной травы невозможно спутать ни с чем. Как и сухой шорох палой листвы под ногами. Порыв ветра подхватил опавшие листья и шуршащей поземкой погнал кувыркающихся цветных акробатов, отгулявших на празднике лета, в их последнее турне. Пройдя несколько шагов, Дэвид увидел как спецагент разговаривает с водителем мигающего аварийкой КамАза.

Это была игра с огнем!

Пока его не заметили, Дэвид решил воспользоваться проездом, расположенным несколько правее, во дворах. Для этого нужно было миновать высотку в четыре подъезда и пройти совсем рядом с местом аномального залпа Джульетты.

Он спешил, совсем не озираясь и состроив скучающее лицо случайного прохожего.

С лавочки, ему на встречу, поднялась женщина. Дэвид узнал противную мелкозубую бабу, которая рассказывала страшилки и сеяла тревожные настроения. Издерганная кликуша вцепилась в Дэвида с такой силой, что у того разошлась молния на олимпийке.

– Держите его! Я слышала ... точно вам говорю! Он учил какую-то девчонку нажимать кнопки, чтобы всех заморозить! Это он! Это они ...!

Ее крик прошелся по нервам, как наждак по свежей ссадине.

Дэвид вырвался и пустился бежать.

Мужик с Че Геварой на майке выхватил из рук дворничихи метлу. Наступил на нее, выдергивая черенок и размахивая заостренной палкой с кровожадным воплем бросился за Дэвидом следом.

Бывший воздушный маршал перемахнул через низкий заборчик палисадника. Во взрыхленную клумбу, рядом с ногой Дэвида, вонзилось брошенное копье.

– Приказываю остановиться!- и следом за окриком прозвучал выстрел. Дэвид увидел бегущего наперерез участкового, который угрожал ему пистолетом.

"Первый выстрел-предупредительный,"-промелькнуло в голове Дэвида.

Он попытался спрятаться, но все подъезды, как назло, были на кодовых замках. Но тут, к огромной радости Дэвида, дверь подъезда прямо у него по курсу, начала приоткрываться ...

Агент времени метнулся туда. Огромный лохматый пес, с пастью саблезубого тигра, был без намордника. Он гавкнул коротко и сухо, заслоняя собой ведущую его на поводке хозяйку.

Это было предупреждение похлеще пули из "Макарова"!

Хозяйка четвероногого убийцы оторвала взгляд от своих наручных часиков и приветливо улыбнулась, подбирая поводок:

– Заходите. Он с виду такой грозный. А так ...

Часики тикали, а предложение выглядело как издевка.