Чтение онлайн

Смело войдя в проход, Ги спустился вниз по аккуратно вырезанным ступенькам, попав после в просторную, метров семи шириной, естественную пещеру. Света пока хватало, но дальше начиналась темнота неизведанного.

Сравнительно недавно, если брать жизненный цикл гор и очень давно, коли мерить жизнью простого гнома, здесь обитали удивительные существа. Исполинские черви ползали во чреве гор, будто земляные в рыхлой земле. Ведомые своими удивительными потребностями, они оставили массу проходов вдоль и поперёк горного массива. Но после горы стали старше, и невообразимые чудища ушли, оставив массу естественных туннелей, которые были с одной стороны манной небесной, а с другой представляли некоторую головную боль. Польза их заключалось в неимоверном упрощении исследования и разработки горных глубин, а вред… с той стороны гор этими проходами также пытались воспользоваться.

Правда из-за тектонических изменений эти округлые полости редко шли дальше нескольких километров и заканчивались обвалами. Но порой они пересекались друг с другом или выходили в естественные пещеры и разломы. Этот туннель был особенно интересен тем, что шёл полого вниз, в глубь массива, и впадал в обширную пещеру с громадным подземным озером.

Ги, как всякий добросовестный сталкер, уже написал об этом отчёт в канцелярию с невыговариваемым названием. Чиновники поблагодарили его и попросили никаких действий далее не предпринимать, дождавшись разведки, которая начнётся не раньше середины лета. Просьбу изобретатель конечно же проигнорировал, а сроки его несказанно обрадовали: ещё два месяца пещера находилась в полном его распоряжении.

Спустившись, мастер остановился у начала естественного прохода и принялся производить хитрые манипуляции. Сняв свой похожий на планетарий шлем и ящик-рюкзак, он достал из последнего большой фонарь и прикрепил его к шлему. После некоторое время ковырялся с трубками и антеннами что-то подкручивая и настраивая. Наконец закончив, гном подключил к механизму хитрый наушник, открыл крышку фонаря и надел конструкцию на голову. Магический свет, усиленный редкими кристаллами, давал освещение сопоставимое с зенитным прожектором. Специальные антенны были настроены на колебания, издаваемые для ориентации и общения опасными обитателями глубин. Их неслышный обычному уху стрекот усилится и вовремя предупредит владельца.

Такой шлем вы не купите в лавке редких товаров и вам не выдадут подобное в гильдии. Ги собрал его сам, позаимствовав, правда, большинство технологий, но качество и миниатюрность творения были эксклюзивны. Закончив со шлемом, он достал из заплечного ящика приспособление похожее на автомат с прикреплённым к нему ящичком - обоймой и разнокалиберными баллонами. Перекинув ремешок самострела через плечо, гном надел свой «рюкзак» на плечи, накачал давление в пневматическом оружии специальным рычагом сбоку, проверил обойму с небольшими разрывными цилиндрами – стрелами и уверенно направился вглубь пещеры.

Гимариор был тем ещё авантюристом, но авантюристом, очень ценящим свою жизнь. Уверенной рысцой сталкер начал продвигаться вдоль текущего по центру пещеры ручья. Через час он должен достигнуть своей цели.

Глава 5: Законы этого мира.

Ди сидел на полу посреди большой роскошно обставленной комнаты. Вчера, закончив с ужином, он попрощался с Раммарангом, поднялся на второй этаж таверны в выделенный ему номер и лёг спать. Прощаясь, сновидец предупредил молодого человека, что ранним утром третьего дня лета они выдвинутся в путь в глубь леса. Итак, не считая ночи, на сборы у них оставались ровно сутки, которые, как выяснилось, были немного длиннее привычных ему.

Маг, поднявшись в самый шикарный из имеющихся в «Волчьей голове» номер, лёг в большую удобную кровать и заснул «мёртвым» сном. И то, что сон этот был глубок и беспробуден, он знал не только по тому, что спал крепко и без сновидений. Ночью, по заранее спланированной договорённости, к нему заходил старший настоятель храма Маргус и настойчиво, как, впрочем, и безрезультатно, пытался разбудить его. Ди спал сном мертвеца и разбудить его не удалось, даже проявив некоторую настырность.

– Мои подозрения оправдались, - сообщил сновидец Маргусу, - однако и в этом есть свой плюс: сила, лишённая слабостей часто слепа и самоуверенна.

Но, как бы в некую компенсацию, маг чувствовал себя замечательно выспавшимся и полным сил. Попросив настоятеля помочь ему со сборами, Ди внезапно обнаружил, что более или менее свободен на весь оставшийся день и как с провести время с пользой он нашёл быстро. А именно, принялся отрабатывать все те виды магии представление о которых имелось в его голове.

Закончив с простыми манипуляциями вроде левитации, воспламенения, замораживания и пуляния молниями от которых опасно дрожали стёкла, сновидец взялся за высший пилотаж. Одним из самых сложных магических действий по словам настоятеля считался процесс наделения предметов магическими свойствами. Маргус, вчера и сегодня с утра, уже успел поведать путешественнику массу информации по этой теме.

И действительно, для придания материальному предмету магических свойств требовалось большое количество маны и не дюжая концентрация внимания. Маны у Ди по меркам этого мира оказалось фантастически много и нож в его руке не только мерцал беловатым морозным сиянием, но и сильно поменял форму по сравнению с первоначальной. Правда требовалось вначале трансформировать объект, а уже после наложить зачарование, иначе свойство исчезало или предмет разрушался, превращаясь в кучу похожего на ржавый песок порошка.

Настоятель объяснил, что зачарование предметов доступно в основном магам высокого уровня и, иногда, среднего, но только при наличии врождённого таланта в этой области. И мощность творений местных мастеров упиралась главным образом в запас маны. Да и в целом зачарование являлось сложным процессом: выбрав предмет и определившись со свойством, маг придавался длительным медитативным упражнениям для накопления ментальной силы. После, обычно, для получения желаемого в смысле силы результата «гуляли на все», стараясь соблюсти при этом формулу «сила – мана – сложность». Заодно сам процесс зачарования имел достаточную продолжительность по времени. Как понял Ди, местные мастера использовали метод произнесения словесных формул с фокусировкой намерения на конечный результат. Ведь слово может быть не только отражением реальности, но и при определённой практике реальность становится отражением слова. Сам он, видимо в силу привычки, легко обходился одной лишь визуализацией и намериванием конечной цели, без всяких произносимых вслух заклинаний.

Также выяснилось, что редкий местный специалист в этой области может накладывать достойное по силе зачарование чаше одного раза в месяц. При попытке поставить это дело на конвейер запросто можно было схватить магическое истощение - что-то вроде синдрома хронической усталости с потерей возможности использовать магию на длительный срок. Можно конечно и не уходить в крайности, так делали мастера производящие магические предметы мирного назначения - светильники, кипятильники, холодильники, всевозможные детекторы, да и много чего ещё. Но относительно оружия и брони сила эффекта была в приоритете.

Ещё сложнее зачарования считалась магия трансформации, но, в отличии от первой, она пользовалась меньшим спросом. В основном трансформацией занимались маги, имеющие талант в этой области. Суть процесса заключалась в том, чтобы посредством удерживания нужного образа в сознании, изменить форму предмета. Необычайно востребованы подобные специалисты были в оружейных мастерских, например, для «сварки» магией кольчужного волокна. Редкостно нудная хотя и высокооплачиваемая работа. Также они ценились при создании деталей сложных механизмов и изменении формы магических материалов. Зачарование и магические свойства очень плохо дружили с разборкой предмета или ингредиента на части, но, порой, удавалось выкрутиться трансформацией.