Чтение онлайн

Ее губы раскрылись от растерянности, и долбанная дрожь нетерпения, зародившаяся у него в животе, ударила сметающей здравый смысл волной. Не доставая меч, Эрдан поддел ножнами чемоданчик на ее коленях, и с грохотом перевернул его на пол. И в этот момент девушка даже не дернулась, продолжая с ужасом смотреть в его глаза.

– Повтори, – приказал Эрдан жестко.

Землянка выглядела озадаченной и настолько беспомощной, что захотелось схватить ее за шею и приблизить к своему лицу. Так близко, чтобы этот гребаный запах, которым он задыхался, пропитал его легкие.

– Ты назвала меня придурком, – подсказал он. – Повтори это еще раз, глядя на меня.

Ее губы дрогнули, хватая воздух.

Взгляд тейна переместился на ее рот. Именно эта часть ее лица раздражала больше всего – настолько бесстыдной она была.

В дрожащих кофейных радужках ее глаз сменилось так много эмоций, что наблюдать за этим оказалось очень приятно. Девушка шелохнулась, случайно задевая коленом подол его туники, и Эрдан ощутил, как проклятая дрожь проникает жутким опаляющим огнем в каждую его мышцу. Он дернулся так, будто пропустил сокрушительный удар. Деррианский бог не привык к прикосновениям. Он не терпел их.

Кажется, арх Авор выбрал для меня самое мучительное наказание – стать вещью деррианского бога, взгляд которого – искусный инструмент по вскрытию черепной коробки. Его осатаневший вид, заострившееся черты лица, пылающий негодованием взгляд, могли напугать кого угодно.

– Никогда не прикасайся ко мне, – он умел играть голосом так, что все внутренности у меня леденели от ужаса.

Я не нашла в себе смелости возразить, что это прикосновение к его одежде – случайность. И, вообще, какого черта он сам подошел так близко?

Мужчина убрал ногу с сидения, распрямился и посмотрел на меня сверху вниз так, что я захотела проваливаться сквозь кресло и исчезнуть. Просто сбежать из-под его взгляда, потому что он давил, словно бетонная плита. Но я не могла себе позволить малодушно струсить, когда на чаше весов стояло так много.

– Где вы научились языку? – спросила я.

Тейн слегка поджал верхнюю губу, будто тревожить его вопросами – величайшая глупость с моей стороны.

– Подумай головой, человек, – грубо бросил он. – Вокруг твоей планеты крутится моя станция, везде построены мои базы.

«Моя станция… мои базы…» Это и правда принадлежит только ему?

– Значит, вы нас изучали, – сделала я вывод. – И что же? Мы вам настолько не понравились?

Он все еще стоял, сжимая в руке меч, а я сидела, вцепившись скрученными от напряжения пальцами в подлокотники и переживала, кажется, нечеловеческий стресс.

– Алчное жестокое стадо, – раздалось в ответ.

– Ясно, – усмехнулась я. – Говорите так, будто изучали нас по видео из интернета.

Кажется, он не оценил шутку. На его лице появилась жестокая усмешка.

Я впервые пожалела о том, что не изучала основы психологии. Как заставить деррианского бога услышать меня – самого недипломатичного человека Земли?

– Можно узнать полный перечень обвинений? – спросила я, пытаясь настроить тейна на позитивный лад. – У меня будут контраргументы, раз уж мы говорим об оценочных суждениях. «Алчное жестокое стадо» – это субъективизм.

Клянусь, его взгляд вдруг лишился прежней враждебности. Сейчас он пылал, свирепел, но был заинтересован. И этот крошечный шаг к мирному диалогу вселил в меня уверенность.

– Это попытка переубедить меня, человек? Ты понимаешь, кто я?

– Вэйт Варис Эрдан Рейрак, – ответила я, верно назвав все его имена. – Деррианский бог, – и поправилась: – тейн. И судя по всем этим титулам, вы меньше всего хотите тратить время на такую, как я. Но раз уж мы сидим друг напротив друга, я предлагаю цивилизованный диалог. Людям есть, что предложить в обмен на свои жизни.

К слову, тейн все еще стоял, и я кивнула на кресло. Не уверена, что не перегнула палку со своей требовательностью – его брови сошлись к переносице.

– Давай, попробуй предложи, – уничижительно произнес он, и в уголках его темных глаз образовались лукавые морщинки.

– Технологии, – пожала я плечами, и наткнувшись на непрошибаемую стену его взгляда, протянула: – Территории, ресурсы… гм, интеллектуальный потенциал?

– Серьезно?

– Культура, искусство? – и вскинула вверх указательный палец: – Космический туризм?

В ответ я получила молчание и плотно сжатые губы.

Сердится?

Сбавить обороты?

– Искренние партнерские отношения? – невинно ляпнула я.

– Ассимиляция, перенаселение, загрязнение экологии, жестокость, падение нравов, война, смерть и болезни? – его глаза сощурились: – вырождение, психические отклонения, массовая истерия, падение рождаемости, чуждая религия?

– Люди не так плохи.

– Вот как? – он поставил меч вертикально, уперев кончик ножен в пол, а на рукоять положил широкую ладонь. – Твое оценочное суждение, человек?

Вид его руки – мощной, со жгутами вен и костяшками пальцев – вынудил меня опасливо сглотнуть.

– Мое, – согласилась я. – Разве я не имею на это права, если прожила среди людей двадцать лет и неплохо их знаю? Да, там полно всяких засранцев, но основная масса – это неплохие ребята.

– Как, например, те, что отдали тебя? – его вопрос заставил меня смущенно умолкнуть: – Отдали слабую женщину мужчине, не зная, что он будет с ней делать.

Сердце у меня тревожно забилось, и я осознала, что сдаю позиции.

– Они поступили чудовищно, – пробормотала я, понимая, что лгать бессмысленно. – Но вы поставили их перед выбором: одна жизнь против жизней миллиардов людей. Они выбрали меньшее зло. Но и вам не стоит забывать о собственной роли в этом обмене.

– О роли судьи? – он не шутил и не смеялся, и, кажется, все ужимки остались в прошлом: – Или того, кто действует для всеобщего блага? Чем их выбор отличается от моего, если, уничтожая восемь миллиардов человек, я обеспечу жизнь двадцати миллиардам деррианцев?

Я онемела, не зная, что сказать. Он умудрился вогнать меня в замешательство, и мое молчание лучшим образом доказывало то, что я проиграла.

– Но мы не угрожаем вашей расе, – пробормотала я, почти признавая собственную капитуляцию в этом споре.