На пересдачу, Кэсси Рок! Третья попытка
Шрифт:
Шерил развернулась и побежала прочь, громко хлопнула дверь, а я, присев, обняла Жозефину и поцеловала во влажный нос.
— Ты лучше всех, — сказала я.
— Я знаю, — скромно ответила Жозефина.
— А Шерри просто завистливая дрянь, — заявила Рита, поставив на стол дымящиеся чашки с чаем. — Может, она все же надеялась, что Кайл в тебя влюбится и найдет в себе силы разорвать помолвку?
— Шерри хотела меня унизить, — возразила я. — Ходила бы потом под ручку с Кайлом и поплевывала на меня сверху.
А еще кулон-сердечко не давал мне покоя. Вдруг с ним связано что-то важное? Шерри удивилась, увидев ананас. Как будто Кайл обязан был подарить мне что-то более важное.
— Какие новости? — спросила Рита, выдернув меня из раздумий.
Я рассказала про события на ипподроме и неудавшийся обыск у Кайла, а Рита, дослушав до конца, сообщила:
— У нас тоже кое-что произошло, — она многозначительно подвигала бровями и заговорщицки глянула на Жозефину. — Мы собрали отряд!
— Какой еще отряд?
— Для защиты мастера Гроува, — пояснила Жозефина. — Он мне, конечно, не очень нравится. Но раз уж он тебе нужен, то мы его спасем.
— И кто в этом отряде?
— Мы с Жозефиной, доктор Шменге, — принялась перечислять Рита, — парочка его кладбищенских подружек — ничего такого, вполне себе положительные умертвия, братья Джага и еще несколько парней из боевиков. Будь уверена, кто бы ни попытался грохнуть Гроува, ему не поздоровится.
— Думаю, это лишнее, — заметила я. — Фрэнка и ректора задержали. Опасность миновала.
— Пусть так, — упрямо сказала подруга. — Но следующей ночью наша армия будет наготове.
— Почему? — спросила я, уловив нечто неправильное.
Обычно Рита предпочитала плыть по течению, полностью доверяя судьбе. Я еще никогда не видела ее такой воинственной и целеустремленной.
— Потому, — мрачно буркнула она, садясь за стол и вынимая любимую колоду. — Может, ты ошиблась насчет Фрэнка. Ну, жульничал на скачках, подумаешь. Это еще не значит, что он пойдет мочить Гроува. А ректор вообще душка. Мы составляли его гороскоп на астромагии — очень гармоничная натальная карта. Да, сомнительное соединение Меркурия с Лилит дает тягу к аферам и умение при необходимости ловко наврать, но убийство? Не верю!
Она раскладывала карты на кухонном столе, и ее лицо все мрачнело.
— А что говорят карты, Рита? — спросила я.
— Приближается что-то плохое, — вздохнула она, посмотрев мне в глаза. — Карты предвещают смерть.
— Я ни в чем не виноват, — твердил Альберт Форест.
Обвинения отскакивали от него как мячики от ракетки, но Чес понимал — карьере ректора конец.
— Ну как же ни в чем, — вальяжно возразил следователь. Рыхлый и полнотелый, он растекся по стулу точно кисель. — Вовлечение малолетних в преступную деятельность, — загнул мизинец, — осквернение могил, — второй палец, — родство с высшей нечистью, трудоустройство ее на должность, подразумевающую близкий контакт с широким кругом лиц, — следователь помахал перед носом ректора кулаком. — Это лишь то, что мы накопали за полдня работы.
— Никаких малолеток я никуда не вовлекал, — возразил Альберт. — Фрэнк совершеннолетний. Это во-первых. А во-вторых, вы ведь так и не смогли распознать магическое вмешательство?
На его лице отразилось неподдельное любопытство. Надо же — сидит в наручниках в допросной, а интересуется результатом эксперимента.
— Что не смогли, то скоро сможем, — отрезал следователь.
— И про могилы вы зря, — пожурил его ректор. — Все осуществлялось с полного одобрения министерства образования.
— Серьезно? — фыркнул следак.
— Более чем, молодой человек, — снисходительно ответил он. — Пару лет назад академия жизни и смерти столкнулась с недостатком финансирования. Официальный ответ на мой запрос содержал рекомендацию задействовать возможности академии для самообеспечения. В числе прочих способов изыскания средств было использование земельных ресурсов.
— Кладбище — не земельный ресурс! — воскликнул следователь.
— А это уж как посмотреть, — хмыкнул Альберт Форест.
— А вампир? Это тоже вам министерство рекомендовало?
Ректор помрачнел и словно бы сдулся.
— Доктор Шменге — высококлассный специалист, — буркнул он. — Ни одного смертельного случая за все время его работы в академии.
— А за все его время жизни? — вкрадчиво уточнил следак. — Станете утверждать, что трехсотлетний упырь ни разу не убивал? Вы взяли на работу вампира! Подделали документы! Жертвовали кровью невинных студентов! Вели их на бойню как агнцев!
— Вот ректор и попался, — прокомментировал Олли, бывший коллега из бюро. Стекло, прозрачное лишь с одной стороны, запотело от его дыхания, и Олли протер его рукавом. — Журналисты раздуют из этого дела сенсацию. А кое-кто получил реальную возможность вернуться на службу с повышением.
Чес покачал головой.
— Ты поэтому устроился в академию? — не отставал Олли. — По наводке? Тебе дали зацепку? Не ври, что вдруг почуял в себе призвание учить молодых оболтусов.
— Там не все оболтусы, — ответил Чес. Но большинство.
А версия Кэсси похожа на правду. Ректор мог узнать, что принятый им на работу преподаватель боевки — оборотень, и решил избавиться от него однажды ночью. Прикормленный вампир состряпал бумажки о несчастном случае — и дело в шляпе.
— Сейчас потянем за ниточку, расколем ректора, потом упыря подвезем, — Олли потирал руки от удовольствия.
— А за ним уже отправились? — спросил Чес.
— А то! Целая бригада. Скоро будет здесь. Уже подготовили камеру с серебряными прутьями и без окон — все по высшему разряду!
Вспомнился кабинет с бархатными синими шторами, шкаф, набитый книгами, и удобное кресло. Вряд ли доктор Шменге оценит камеру. Он, конечно, его сдаст. Если б добыть кулон Нарциссы и успеть снять проклятье, то еще можно бы отбрехаться… А иначе камера ждет и его.
— А что с артефактами? — спросил Чес.
— Тут сложнее, — вздохнул Олли. — Если ректор не начнет сотрудничать, то концов мы не найдем. Сам видишь — скользкий тип. Сейчас вывернется, что мол тратил средства от продажи артефактов на любимую академию. Еще в благотворители себя запишет.
Не исключено, что так и было. Чес не особо вникал в финансовые вопросы, но зарплату получал регулярно, на бытовые условия не жаловался, а все необходимые расходники для занятий ему выдавали по первому требованию.
— Можно взглянуть на второго задержанного?
Олли кивнул и провел его по коридору к следующей допросной, где сидел Фрэнк.
— Если станешь сотрудничать, то все закончится самым лучшим для тебя образом, — ласково увещевала красивая женщина в щедро расстегнутой блузке. — Ты молод, у тебя нет приводов. Но ректор валит все на тебя. Говорит, это твоя идея — дать коню зелье. Кстати, как вышло, что оно не улавливается?