Чтение онлайн

– Что же пошло не так?

– Ты, - просто сказал он.

– Я?

– Да.

– Почему?

– Ты первоначально в моем плане была просто статистом. Тем, кто меня "подсветит" перед СИБом. На этом твоя роль заканчивалась. Ты продолжала бы жить своей жизнью с воспоминаниями о страшном "Ангеле", всемогущем и всеведающем, который тебя обольстил, который тебя пощадил, который исчез.

– То есть обольстить ты меня все равно собирался?

– Да, - спокойно признался он.
– Я же влюблен в тебя с восьми лет. До того еще, как... изменился. Как научился убивать.

– Твои "бега"...

– Да. Тогда много чего случилось. Но это не важно.

– Пусть так. И что же пошло не так?

– Ты сделала шаг первая. Ты оказалась гораздо умнее, чем я рассчитывал. Пришлось импровизировать, менять, корректировать план...

– А что должно было быть по плану?

– Я должен был уже исчезнуть бесследно. "Погибнуть" на Камбоджи, спася сына Императора и принеся мир на планету.

– Ты все еще здесь... из-за меня?
– осторожно спросила Лена и внезапно осознала, что они сейчас одни вдвоем очень далеко от берега. Ни свидетелей, ни жучков, ни наружки. И если Леонид вернется на берег один... Единственный свидетель замолчит навсегда. А потом и сам Леонид найдет способ исчезнуть.

Но, почему-то не смотря на холодок страха в животе, ее интересовало сейчас только одно: расскажет ли он ради чего все это было, до того, как утопит или нет?

* * *

Молодой человек с потерянным видом сидел на берегу озера Нево и смотрел на воду остановившимся взглядом. На берегу суетились люди, техника. По поверхности воды двигались катера спасателей. Недалеко приземлился черный официального вида флаер с СИБовскими номерами.

Из него вышла женщина в строгом костюме, со строгим лицом и строгой прической. Она подошла к парню и остановилась.

– Зравствуйте, Леонид, - поздоровалась она с сидящим, погруженным в свои тяжелые мысли молодым человеком. Тот замедленно оторвал взгляд от воды и перевел его на подошедшую женщину.

Та с трудом подавила желание поежиться под этим взглядом. От веселых глаз Лёни Жестянкина или "знаменитых" глаз "Ангела" не осталось и следа. Они потухли. Были пустыми, тяжелыми и мертвыми. Жизнь в них больше не искрилась.

– Она... Я хотел... Мы плыли... И тут... А я нырял-нырял, а... а ее нет, - путанно, но исчерпывающе описал ситуацию он, продолжая держать своим потухшим, мертвым взглядом, глаза женщины. То, что из них ушла жизнь, никак не повлияло на их непреодолимо магнетическую силу. Угрюмова и хотела бы разорвать зрительный контакт, а не получалось. И этот взгяд мертвеца, вытягивал жизнь и из нее самой, словно присосавшийся вампир, выпивает кровь из жертвы, быстро, страшно и неостановимо.

Тут крики на берегу отвлекли юношу и тот сам разорвал контакт. Угрюмова покачнулась, вновь обретая себя и стряхивая жуткое наваждение.

А на берегу была суета: пристал катер спасателей. И с него на землю переносили длинный тяжелый сверток.

Юноша медленно встал и деревянными шагами двинулся в ту сторону. Было видно, что одевался он в спешке, не вытершись после купания, да и вообще не думая об этом: одежда на нем промокла и липла к телу. Рубашка была застегнута криво, не на ту пуговицу и наполовину торчала из штанов. Волосы были влажными и растрепанными. К светлым брюкам, в том месте, на котором он сидел, пристали сухие травинки, листья и частички земли, добавляя неряшливости в его вид.

А там, на куске брезента лежало голое тело девушки. Мертвой девушки. Совершенно и бесповоротно мертвой Лены Гонцовой. Героя Империи, капитана СИБ в отставке, Гонцовой Елены Васильевны.

Парень, также замедленно упал на колени перед телом и дрожащей рукой прикоснулся к ее лицу, отводя с него волосы. Кожа под пальцами была холодной и склизкой от воды и донной грязи.

Парень профессионально приложил пальцы к шее, нащупывая пульс на сонной артерии, но даже и без этого было понятно даже на взгляд совершенно неопытного человека, что поздно искать пульс. Дошло это и до парня.

Он не стал устраивать истерик. Просто отошел и привалился спиной к дереву. Закрыл глаза и замер.

– Леонид Васильевич, - обратился через какое-то время подошли к нему двое мужчин в одинаковых официальных костюмах.

– Да?
– открыл он глаза, не меняя позы.

– Вы должны будете проехать с нами, - сказал второй мужчина из этой двойки.

– Зачем?
– без всякого интереса спросил он.

– Для дачи показаний. Девушка умерла - мы обязаны расследовать обстоятельства.

– Что тут расследовать? Было жарко, с дуру полезли купаться. Отплыли от берега метров на двести - двести пятьдесят. Показалось не достаточно весело. Решили поплыть к берегу на перегонки. Я вырвался вперед. Какое-то время плыл. Оборачиваюсь - а ее нет. Я сперва позвал. Потом секунд через десять забеспокоился и начал нырять, выискивая ее под водой. Не нашел... Собственно все. Минут через десять поисков, поплыл к берегу, добрался до коммуникатора и позвонил в службу спасения.

– Вот все вот это, там и запишем в протокол. Поедемте, - настоял на своем первый.

– Вы ведь не отстанете?
– констатировал Леонид.

– Нет, - подтвердил его опасения второй.

– Тогда, поехали... Все равно ведь придется... Вы же думаете, что это я ее утопил... Естественно: он же убийца, мясник хладнокровный, что ему еще и свою любовницу завалить? Он же псих повернутый. Ведь так вы думаете, хоть и молчите сейчас. Поехали.

* * *

– Как он?
– спросила, подходя к односторонне прозрачному бронированному стеклу, строгая женщина в строгом костюме.

– Молчит, - ответил находящийся рядом майор Иванов.
– Боли не боится. Под спец. препаратами несет полную околесицу. Причем большинство на него вообще не действует. Врачи диагностируют необратимые последствия частого применения препаратов групп А, Б и S.

– То есть полный курс специальной подготовки к допросам? Плюс группы А и Б... То есть алкоголь и обычные, гражданские, наркотики на него не действую в принципе?
– уточнила Угрюмова.

– Да. На счет боли - специалисты говорят, что это медитативные техники контроля тела. Его на куски можно резать, а он стихи о солнышке и стрекозках сочинять в это время.