Чтение онлайн

Спасибо. – Михаил принюхался к жидкости, плескавшейся в тарелке… Чтобы долго не мучиться, он выпил ее залпом. Сразу вспомнился Прот с его милой, родной кашей.

Хетч, конечно, но, по крайней мере, брюхо набивает.

Женщина понимающе кивнула в ответ на болезненную

гримасу Корноухого.

Справившись с яростными протестами желудка, Михаил огляделся…

В полутемный трюм свет проникал исключительно через щели в палубе. Трюм был полон сидящих, лежащих, стоящих пленников: лепурцев, ваарцев, дгоров, алькарцев. Негромкий говор, скрип досок, удары волн о борта корабля и грохот сапог по верхней палубе создавали своеобразную звуковую картину. А еще их окружала жуткая вонь немытых тел, страха и неуверенности в своем будущем, наконец, просто из отхожего места, что находился в углу, за куском прикрепленного к бортам холста.

Саада, – прервал осмотр голос женщины.

Мик, – представился в ответ Михаил. Судорожно вздохнув, он попытался устроиться поудобнее. Сделать это, сидя на голых досках в разорванной одежде, было крайне затруднительно. Наконец, приняв устойчивую позу, показавшуюся наименее болезненной, Михаил вновь взглянул на ваарку, которая к тому времени устроилась рядом с ним. Похоже, она была не прочь поболтать… Еще бы, в этом вонючем трюме просто нечем больше заняться!

Как ты попал в плен? – задала Саада очередной вопрос.

По глупости. Мы осматривали подходы к Орху и… вляпались. Короче, я оказался крайним.

Давно ты на этой войне?

Э-э-э… Не очень. А ты?

Да года четыре уже. – Саада задумчиво кивнула. – С тех пор как яроттцы высадились в Хбоо, я завязала со своим ремеслом, потратила все свои сбережения на амуницию и вступила в пятый Спуурский отряд.

Говорить о войне не хотелось. Поэтому Михаил поспешил уцепиться за нейтральную, как ему показалось, тему:

А чем ты занималась?

Спала с мужиками за деньги, – спокойно ответила ваарка. Увидев, как удивленно приподнялись брови ее собеседника, она пожала плечами. – А что? Занятие при-быльное. Правда, и рискованное тоже… Видишь шрам? Один урод ножом полоснул: у него, видишь ли, не стоял, и он обвинил в этом меня.

Нехорошо, конечно, – осторожно поддакнул женщине Михаил. – А что же ты завязала?

Яроттцы сожгли мой дом в Хбоо. Мать и сестра были в нем: не успели выскочить… – Саада напряглась… Потом, тряхнув головой, попыталась улыбнуться. – А ты чем занимался?

Был расклейщиком объявлений… – Как ни странно, вспоминалось это с трудом.

В совете работал или храмовник?

Э-э-э… Инженер… Ну, в общем, строить, там, конструировать… – замялся Михаил.

Что-что? Дгор-переросток, что ли? – раздался новый голос. К парочке подсел гном. Больше всего он походил на заросший бородой бочонок.

Сомневаюсь. – Михаил усмехнулся.

Эти большие люди никогда ничего путного придумать не могли, – одобрительно кивнул дгор. – Ежели вот подгадить маленькому народу, это – пожалуйста. Войну вот придумали…

Ты, Трут, не умничай, – перебила жалующегося гнома Саада. – Большие люди тоже разными бывают.

Это верно, – покладисто сказал Трут. – Был у меня один приятель, из больших… Погиб в Дгор-Рьине…

Воцарилась тишина: каждый потерял кого-то близкого на этой войне. Пришло время воспоминаний…

У Михаила, несмотря на краткий срок его пребывания на Груэлле, тоже было кого помянуть… Турн, рыжеволосый здоровяк, для которого все в этом мире было просто и ясно. И где он сейчас? Трээда… Хотя нет, она жива. Жгоро ее дотащил. Уж в этом-то можно не сомневаться…

"Взяли наши Орх или нет? – мелькнула у Михаила мысль. Он усмехнулся. – Наши… Кто они, эти наши?*

Час проходил за часом, а ответа на этот вопрос все не было. Минул обед, заключавшийся в принятии внутрь зеленой мерзости. Подошло время ужина… Свет в трюме, и без того тусклый, грозил вскоре совсем исчезнуть. На корабль опускалась ночь.

Лаврового листа не хватает, – задумчиво протянул Михаил, расправляясь с ужином.

А по-моему, зелени как раз достаточно. – Дгор брезгливо поморщился.

Ничего, тебе полезно поголодать, – с усмешкой сказала ему Саада. – Глядишь* и в люк без посторонней помощи пролезешь.

Ты ничего не понимаешь в мужской красоте, глупая ваарка! – яростно прошипел Трут.

Напротив!

Разговор как-то незаметно перешел на довольно скользкую тему.

Расскажи мне о своем городе, Саада. – Михаил решил спасти положение.

Зачем? – удивленно взглянула на него ваарка. – Город как город…

У тебя что, есть предложения получше – как нам провести время?

Ладно.

Женщина задумалась. Через мгновение она начала свой рассказ:

Хбоо – это древний портовый город. Настолько древний, что в городском храме Ло последние сто лет постоянно что-нибудь чинили – красили, замазывали, пе-рестраивали. Самое примечательное, совет никогда не успевал закончить починку до следующей беды… Впрочем, меня тогда мало волновал вопрос о возрасте нашего города. Моя семья жила в Водном Переходе – узкой улочке, ведущей от Торгового ряда, где располагались многочисленные лавки, до порта. Это была самая обычная улочка, на которой убийства, грабежи и пьяные драки случались каждые два дня, что роднило Водный Переход с тысячами других подобных мест… Помню порт. Мне нравилось смотреть на большие торговые корабли, с какой-то тор-жественностью покачивающиеся у причалов. Нравились и матросы, которые приплывали к нам, веселые, лихие парни. Мне они казались героями. Не удивительно, что первым мужиком, с которым я переспала, был простой матрос… Но это не важно… Как ни странно, в порту я отдыхала, хоть там всегда царил дикий шум. Я думала: вот она, настоящая жизнь, буйная, веселая, закручивающая тебя в вихре дел!

И я носилась среди грузов, складов, подъемников, как маленький слуга Эфга, постоянно путаясь у кого-нибудь под ногами и лишь хохоча в ответ на проклятия, сыпав-шиеся на мою голову… Когда мне надоедал порт, я бежала на базар… Вот это был базар!..

Чушь! – встрял в разговор гном. – Что может знать ваарец о базаре?! Вот у нас, в Дгор-Рьине, когда все мастера…

Заткнись, Труг. – Ваарка нахмурилась. – Базар в Хбоо ничем не уступит вашему… Тысячи вещей из разных стран привозили к нам по суше и по воде: ткани, чудную одежду, фрукты, которых никогда не видели твои глаза, данные тебе Эфгом, невиданных зверей, украшения, тонкие, как морозный узор…

Украшения! – Дгор фыркнул. – Посмотрела бы ты на наши украшения, небось сразу прикусила бы себе язычок. Хорошую драгоценность можем сделать только мы!..

Уж больно ты щедр на похвалы себе, бочонок. – Саада усмехнулась.

Что?.. Что ты сказала?.. Бочонок?! Я?! – взревел Туг, вскакивая.

Она шутит. Бочонки выглядят иначе, – примирительно сказал ему Михаил.

То-то же. – Дгор сел. Немного помолчав, он добавил: – Дылда!

Базар – это было нечто, – проигнорировав последние слова Трута, продолжила Саада. – Постоять и поглазеть на все эти диковинки, вдохнуть неизвестные запахи, витавшие в воздухе, поторговаться с купцами за какую-нибудь безделушку… Впрочем, мне редко что удавалось купить. Семья-то у нас не очень по части денег. Так – что мать нашьет, сам понимаешь…

Михаил неуверенно кивнул… Нехватка денег в свое время сильно портила ему настроение. Но, как говорится, нет ничего абсолютного, все относительно. По сравнению с этой женщиной он жил весьма неплохо!

Конечно, не всегда было шумно и весело. – Саада грустно улыбнулась. – Случались и тихие, мирные моменты.

Помню, в детстве я убегала на Решающую площадь, где находился храм городского Совета. Этот храм – большой, белый, с куполами, увенчанными сверкающими шпиля-ми, с разноцветными окнами – своим видом всегда завораживал меня.