Чтение онлайн

* «Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь» (Екклесиаст. 1:18).

Владимир. Кафе «Золотое кольцо».

Чем хорош ресторанный комплекс — в зависимости от необходимости есть возможность выбрать одно из помещений, наиболее подходящее под формат посиделок. Сегодня прощальный ужин у Васи Перлова — через два дня ему уезжать в Москву на «нулевой курс» МосВОКУ, остаток лета он проведёт на загородной базе училища — как и все, кто не получал достаточной военной подготовки. Впрочем, присутствующие на ужине уверены — Вася к армии готов и порвёт изнеженных москвичей, как Тузик грелку! Об этом свидетельствуют его участие и награды в составе лицейской команды, ежедневные тренировки и победы в поединках. Плюс сборы на Байкале.

Как и всегда в последнее время, я использую любую возможность, чтобы обсудить деловые вопросы, тем более что с гостями я мало знаком: значительная часть собравшихся — Васины одноклассники, с которыми у меня знакомство шапочное и общаться с ними особенно не о чем. Мы стоим с моими друзьями небольшим отдельным кружком и обговариваем с Савелием и Прохором, как им открыть цветочный магазин: слишком много они отдают за реализацию цветов. Противная толстая жаба душит их по ночам, упрекая в расточительности и им хочется производство дополнить собственными продажами. Площади есть — как раз в этом комплексе закрылась парикмахерская, помещение достаточное для магазина.

О своих успехах рассказывает и Борис Кошечкин: — Как только я расплатился с пацанами за первые шкурки, тут же желающих охотиться на кротов стало в разы больше. Ну, ветеранов борьбы с вредителями назначил командирами отделений, а новых солдат — рядовыми. И теперь их у меня не взвод — почти рота «молхантеров» *. А как бабушки моих рядовых кротоборцев возлюбили — для огородов и садов реально серьёзная проблема была. А тут появляется какой-то пацан с проволочками и через две недели кроты исчезают. От бабушек ему — почёт и уважение, чай с ватрушками, яблоки и помидорки. Плохо одно — самые лучшие шкурки у кротов поздней осенью — а почти вся моя рота с первого сентября в школу должна пойти. Отцу сказал — он посмеялся, типа: не только у тебя проблема — с началом сентября из социальных сетей исчезают десятки тысяч экспертов — их мамки заставляют русский язык и природоведение делать.

* «Молхантер» — охотник на кротов; от «крота» (по-английски mole) и «хантер» («охотник»).

Владимир. Дворец графской семьи Самойловых.

Почитав очередную сводку, Денис Александрович Самойлов нажал на кнопку переговорного устройства: — Да, да, я, приветствую. У нас в прошлом году один баронский род ушёл в минуса, и мы прибыль недополучили. Да-да, Протасовы. Сейчас смотрю данные за первое полугодие текущего года — ещё по одному роду, по Саворнянам, пошли убытки. Да, понятно. Справку подробную подготовь. Со всеми выкладками.

Граф Самойлов поднялся, подошёл к окну. Ряды деревьев в парке торчали голыми стволами в серое небо.

— Быстро как лето прошло, — подумал он. — А я даже ни разу не искупался. Надо, надо отдыхать. А этими, Протасовыми и Саворнянами, пусть-ка служба собственной безопасности займётся. Или сразу сына озадачить? Нет, нет, его рановато, пусть вначале данные соберут — что там за бардак начался? Может — временное явление и дальше оно само вернётся к развитию в нужном направлении. А вот если не вернётся — надо будет помочь.

Ещё раз оглядев пустой парк, Самойлов неохотно уселся в кресло и взял другую папку.

Владимир. Лицей.

В первый день осени с двумя большими букетами я подошёл к дому Латышевых, Алёна тут же выпорхнула из-за ограды, как будто ждала меня. Беру её рюкзак и движемся к лицею. Впечатление такое, что Алёна, вроде как меньше стала… похудела, наверное, за летние месяцы. Но это не точно. Тем не менее говорю ей: — Ты что, всё лето не ела? Нельзя же себя так доводить всякими там диетами! Три котлетки за обедом — это норма должна быть!

Алёна расцветает — есть у девушек пунктик, называется: «Я толстая!», и если этот таракан живёт у девушки в голове, то вытряхнуть его оттуда неимоверно сложно. Хорошо, что Алёна уверена, что она красавица и худышка — я ей об этом каждый день говорю, а я такой: врать не буду.

Мы теперь располагаемся в другом крыле лицея — став «старшими классами» поменяли и базирование. В классе несколько новичков, кто-то ушёл, но состав изменился не сильно.

Проучившись неделю, обнаруживаем, что на физкультуру трое из нашего класса не идут — они инициировались и теперь занимаются в спортзале в группе, где проводятся тренировки с магической силой. Мы проводили их аплодисментами. Хотя я давно с классом физкультурой не занимаюсь — у участников лицейской команды отдельные тренировки. Но инициация — это другое. Это уже взрослая жизнь.

Подойдя к калитке дома Латышевых, я остановился в ожидании: обычно Алёна выходила в течение двух минут после моего подхода.

Однако в этот раз в открывшуюся калитку выглянул её старший брат Евгений: — Андрей, привет. Лена приболела, дня на три — точно, а то и четыре. Так что до начала следующей недели в лицей ходить не будет. Мама уже позвонила классной даме, сообщила…

— Жаль, привет ей от меня, пусть выздоравливает.

Спустя три дня Алёна сообщила, что на следующий день в лицей пойдёт. Утром я встретил её у калитки, и она сразу сообщила: — У меня инициация прошла. Оказалось, начало второго уровня, самое начало, чуть больше десятка единиц. Для нашего рода — это вообще запредельный показатель, у нас и у парней никогда при инициации второго уровня не было, а уж у девушек — тем более. Так что как только провели измерения и удостоверились, что он такой высокий, моей семье тут же посыпались предложения о моём замужестве.

— О замужестве? — я был и удивлён, и растерян… Ты же ещё … маленькая. Тебе же ещё и шестнадцати нет.

— Да, но это не важно. Обручаться можно и в детстве. А в шестнадцать вступить в брак.

— Ну, пока твои варианты переберут, пока сговорятся и по приданому придут к согласию — куча времени пройдёт.

— Уже сговорились. Дедушка приехал из Санкт-Петербурга, взял это дело в свои опытные руки. Сговорились с баронами Касаткиными, это тоже род, в котором дипломаты и прочие МИДовские работники. Братья Касаткины — у них там два близнеца, в этом году из лицея выпускаются, точнее, в выпускной класс пошли. Решили, что они по выпуску из лицея поступят в МГИМО, а я на подготовительные курсы какого-нибудь московского института, готовящего безработных с изящным образованием. Для жены посла — самое то.

— Ты Касаткиных представлять должен. Такие, невысокие, светленькие, лица почти квадратные, скуластые. Улыбчивые. Я их слабо различаю, так что выбрала того, что был на фотографии справа…

Она рассмеялась: — Но, если они подсунут другого, я не замечу. Они же в дворянском классе учатся, у нас с ними знакомство на уровне «привет — привет». Касаткины сейчас, кстати, озаботились поиском невесты для второго из братьев. Постараются найти ему пару до нашей помолвки, чтобы, как говорится, два раза в церковь не ходить… Ой, извини! Но если не найдут сейчас, для двойного обручения, то к свадьбе всё равно подберут, по любому, парную сыграют.

— И как ты себя в качестве будущей супруги чувствуешь? Уже привыкла?

— Неа. Но я ведь знала, что будет что-то подобное и всегда к этому готовилась. Хорошо, что дед и моё мнение учёл, а не выбрал самый выгодный вариант — но там такой урод был, питерский, переутончённый, слишком уж сладкий для парня… И, кстати, наши с тобой занятия и совместные походы в лицей и из него прекращаются — теперь у меня другой статус и общение с посторонним … ээээ… — Она, как мне показалось, подозрительно осмотрела меня и продолжила… — мужчиной, меня скомпрометируют.