Чтение онлайн

Словно встревоженная птица, девчонка штормовым ветром промелькнула между деревьями и, выскочив на дорогу, мгновенно взобралась на своего коня и крикнула.

— Папа, я устала бродить, мы опоздаем в гости. Поехали быстрее!

Граф удивлённо посмотрел на неё, но его бессодержательная беседа с Аерин уже давно подошла к концу, и он молча натянул поводья, трогая с места своего вороного коня. Через минуту глухой стук копыт затих за очередным поворотом, и Аерин начала звать меня.

— Эрнандо, выходи, они уехали!

— Эрнандо?! Эрнандо! Ты что, сбежал, негодный идальго. Где ты? Отзовись!

Приблизившись, она меня и обнаружила в злополучной рытвине, где я лежал, скрючившись, в позе эмбриона. Мне опять повезло, подаренный амулет вторично спас мне жизнь. Но выстрел в упор железным болтом всё равно успел сделать своё чёрное дело, вышибив из меня дух и нанеся внутренние повреждения.

Аерин, склонившись надо мной, начала водить руками, вливая в меня жизненную энергию и устраняя последствия травмы. Через несколько минут я очнулся и глухо закашлялся, морщась от тупой боли в груди. Рядом лежал пресловутый болт, который я взял в качестве талисмана.

— Что у вас случилось?

— Ничего, девчонка случайно наткнулась на меня и потребовала, чтобы я шёл за ней. Я отказался, а она настаивала. В конце концов, я показал ей свои пистоли, а она испугалась и выстрелила в меня. Вот, собственно, и всё.

— А как ты выжил?

— Амулет, — пояснил я.

Как все странно, — с ухмылкой сказала она, — ну, это даже и к лучшему. Девчонка уверена, что убила тебя, и будет молчать, боясь наказания или чего похуже, надеясь, что ты исчезнешь из её жизни.

— А кто это?

— Элис Гамильтон, пятнадцатилетняя дочь графа Гамильтона, владельца замка и всей окружающей земли. Так что, это и к лучшему. Я тебя подлечила, а нам ещё нужно собрать лесных трав. Завтра я буду готова сделать то, о чём вы договаривались с Вилли. И ты будешь свободен, как ветер в поле, щеголяя своей новой внешностью.

И мы направились дальше в лес, на заветную одинокую поляну. Это оказалась небольшая прогалина, сплошь заросшая четырёхлепестковым клевером, покрытая мелкими белыми цветочками, в виде миниатюрных звёздочек, с острым и едким запахом, который можно было уловить, если только поднести их к самому лицу.

Побродив по траве и собрав все необходимое, мы направились к высокому холму.

— Здесь можно встреть лепреконов, — ни с того ни с сего сказала Аерин.

— А они существуют?

— Более, чем! Эти мелкие негодяи, одетые во всё зелёное, вечно прячут свои мифические горшки с золотом там, где растут мои самые ценные травы.

— Так золото же ценнее, чем травы — удивился я.

— Какое золото? Это же нищета! У кого оно было, те давно не попадаются на глаза людям, а те, кто ничего не имеет, постоянно тут вертятся на глазах, пытаясь обмануть наивных людишек. И такие, действительно, находятся. Мало ли на свете дураков, например, как ты. Но много с вас не взять, так, пару серебряных шиллингов или гость медных пенсов, или фартингов. Невелика добыча!

— Но если ты хочешь от них что-нибудь получить, то проси зачарованные вещи. Некоторые из них знают, где это спрятано.

— Но как я узнаю, что они не обманывают меня?

— Дай им золотую монету и пообещай вторую, и они сделают всё, как ты хочешь, и даже, может, не обманут тебя. Лепрекон с золотом — это состоявшийся лепрекон, которого будет уважать вся их братия, а им ничего больше и не надо. Так что, имей это в виду, а сейчас нам нужно идти обратно. Мы уже собрали всё, что хотели. Пора возвращаться, пока не стемнело.

Операцию по моему превращению в писаного испанского красавца пришлось отложить на пару дней. Не все отвары были подготовлены своевременно, и не для всех зелий быстро нашлись необходимые ингредиенты. Да и сама уважаемая мать Вилли несколько переоценила свои силы. Проблема оказалась серьёзнее, чем она изначально думала. И теперь она усиленно готовилась к этой сложной операции, настраиваясь и физически, и магически.

Наконец наступил долгожданный день, которого я ждал и боялся одновременно. Встреча с рыжеволосой Элис не давала мне покоя, я даже стал переживать, что предстал перед ней таким уродом. Это чувство оказалось для меня новым. В своей прошлой жизни я особенно не беспокоился по поводу своей рядовой внешности. Меня всё устраивало и так, а сейчас сломанный нос, больше подходящий мрачному разбойнику, чем молодому парню, стал ощутимо меня напрягать. Всё же, против природы не попрёшь, и внимание противоположного пола к моей персоне стало уже необходимым.

Операция началась ближе к обеду. Уложив на широкое деревянное ложе, целительница стала колдовать надо мной, готовя к операции.

— Выпей это, — и она протянула мне глубокую плошку, наполненную коричневым отваром.

Выпив горьковатую жидкость, с непонятным привкусом, я стал с опаской прислушиваться к своим ощущениям. Пока всё было хорошо, и только лёгкое онемение рук и ног давало знать, что я выпил не простую воду.

— Мало, надо ещё! — оценила колдунья моё состояние и, плеснув из небольшого глиняного кувшина в плошку ещё отвар, подала его мне. Выпив дополнительную порцию зелья, я стал медленно обмякать. Перед глазами закружились белые зайчики, вперемешку с зелёными рыжебородыми лепреконами, они все вместе скалились на меня и дёргали друг друга за длинные уши.

— Готов! — донесся до меня довольный голос Аерин, — так-с, приступим, что тут у нас? Ага, сложный перелом. Хрящик уже начал расти криво, это на всю жизнь! Правим, правим, правим, вытягиваем, укрепляем. Укрепляем.

— Вилли, где ты… мой непутёвый сын. Принеси мне того зелья, что стоит возле очага. Ага, молодец, иди, сбрей свою противную бороду и не мешай мне. Это зелье должно быть всегда теплым, когда его используешь.

Все её слова я слышал, но только беспомощно таращил свои глаза, не в силах пошевелиться.

— Так, вытягиваем нос, как он должен был вырасти, нет, так будет чересчур. Ты ведь хочешь быть симпатичным, а не носатым, поэтому немного уменьшим. Ну вот, сейчас будет даже лучше, чем раньше. Закрепим. Челюсть с трещиной. Выпей костероста.

И мне в горло тонкой струйкой полилось вонючее пойло, из просунутой между зубов мелкой бутылочки, запах которого я ощущал даже в онемении. Судорожно сглатывая, я выпил эту отвратную жидкость и был на время оставлен в покое.

— Так, с носом и челюстью покончено. Тело? Тело, в целом, сформировано, рёбра повреждены, но это мелочи. А хочешь, я изменю его, в любых местах, где только пожелаешь? Ну, ты меня понял? — и она довольно засмеялась. — Ну, мужчины вечно носятся со своим детородным органом, может и ты такой же?

Я только испуганно захлопал ресницами и вращением белков глаз дал понять ей, что я не такой и меня всё устраивает.

— Ага, ну тогда всё отлично! Но нам ведь надо ещё и поменять твою внешность. Здесь особо делать ничего и не нужно. Ты растёшь и изменишься и без вмешательства, а нос я тебе уже сделала. Тебя, кстати, не Филином звали? Ага, ничего нового, люди не отличаются разнообразной фантазией и называют человека первым пришедшим в голову прозвищем. Ну, так я тебя могу обрадовать, ты больше не похож на филина, феллу. Никак не похож, я молодец?! Да, я молодец. Эх, где мои шестнадцать лет? — и она опять довольно рассмеялась, заметив испуганное выражение моих глаз.