Чтение онлайн

Майор Телия сразу снарядил на завод группу бойцов. Через несколько часов они вернулись ни с чем. Оказалось, ночью там побывали немцы и весь сыр вывезли.

Буинцев правильно заметил, что штаб армии и местные власти недооценили возможности довольствования отряда за счет таких заводов. Ведь пути на север были отрезаны, а эвакуировать продукты на юг практически невозможно.

Партизан, ночевавших на перевале, мы нашли возле штаба полка. В их отряде, кроме секретаря обкома, были заместитель председателя Совнаркома республики, директор рудника по добыче редких металлов Панаев, главный инженер рудника Дроздов.

Я расспросил партизан о пути в сторону Клухора, поинтересовался, нет ли вблизи продовольствия. Лейпанов и Панаев подвели меня к северному спуску.

— Дорога трудная. Придется пересечь несколько подъемов. А немцы уже на подходе. По-моему, незаметно в Клухор смогут просочиться только одиночки. А вот там, — Панаев показал рукой направление, — километрах в двенадцати отсюда наш рудник. На складах много муки и других продуктов. Пошлите туда людей, я напишу записку кладовщику.

И снова я с горечью подумал о допущенных нами ошибках. Заняли перевал, а разведать окрестности в радиусе, скажем, 15–20 километров не додумались. Только когда уже из боевого охранения прибежал посыльный и сообщил о приближении двух колонн противника, мы совершенно случайно обнаружили вблизи перевала большое стадо овец.

Овцы могут попасть в руки врага. Хорошо бы успеть пригнать их. Лейпанов того же мнения.

Майор Телия снарядил команду, и через два часа у нас было триста овец. Сто семьдесят пять из них мы передали 810-му полку. Телия оставил для своей части сто, двадцать выделили минометному дивизиону, а остальные пять достались штабу.

810-й полк начал готовить на дорогу жареную баранину, а штаб занялся разработкой плана обхода Клухорского перевала.

Решили создать два отряда. Первый — под командованием майора Смирнова, а второй — во главе с заместителем командира полка майором Кириленко.

Отряду Смирнова предстояло двигаться по северным скатам Главного хребта, охватить Клухор с севера и во взаимодействии с 394-й дивизией уничтожить противника на перевале. Отряду Кириленко ставилась задача прикрывать Смирнова от атак немцев слева и затем совместно с ним ударить на Клухор. Одна рота — резерв полка — должна была следовать сзади, чтобы не дать противнику атаковать отряды с тыла.

Проводниками пошли Лейпанов и Панаев.

Когда выступали в путь, Лейпанов подвел своего коня.

— Дарю тебе, товарищ Абрамов. Настоящий кабардинец. Кончится война, приезжай в Теберду. Дашь телеграмму, встречу на границе.

Отряды вытянулись длинными лентами и ушли вправо по хребту, чтобы спуститься подальше от немцев. Хвост их скрылся за возвышенностью, а мы с комиссаром все стояли, смотрели в ту сторону и прислушивались…

* * *

На следующий день снова поднялись к Телия. Заметно похолодало. Люди прижимались к холодным камням, тщетно пытаясь укрыться от ветра и дождя.

— Как сделать, чтобы защитить людей от холода? — спросил комиссар.

— Разжечь костер и кипятить воду для чая, — ответил я. — Так поступали русские солдаты испокон веков.

— Поблизости дров нет, — сообщил Телия.

— Назначьте специальную команду для заготовки и доставки дров.

Казалось бы, простое дело — доставка дров, а каким сложным оно оказалось! Чтобы спуститься с перевала, пройти через морену, собрать в лесу вязанку дров или хвороста и принести на себе, бойцам выделенной команды требовалось 8–10 часов…

Под вечер из боевого охранения прибежал посыльный. Командир роты лейтенант Тарасов сообщал, что немцы начинают окружать высоты, и спрашивал, как ему поступить.

— Стоять до последней возможности, — подтвердил Телия прежний приказ.

Через полчаса со стороны высот донеслись грохот рвущихся мин, треск пулеметных и автоматных очередей. В бинокль было видно, как горные егеря залегли и начали стрелять. Цель их ясна: ошеломить обороняющихся и «под шумок» обойти высоту с флангов, зайти в тыл.

Рота могла бы задержать врага, пока хватит боеприпасов. А потом, пользуясь темнотой ночи, прорваться на перевал. Но в ней, как и во всем полку, много молодых солдат, еще не нюхавших пороха. Не пришлось после училища воевать и лейтенанту Тарасову. Не сумев организовать упорного сопротивления, Тарасов отошел еще до вечера.

А ночью поступило неприятное донесение от майора Смирнова. Оказывается, выступление отрядов к Клухору было замечено противником: они подверглись обстрелу. Смирнов потерял наиболее важного союзника — внезапность.

Потом прислал донесение майор Кириленко. Он сообщил, что группа, выделенная для получения продуктов на руднике, была встречена огнем. Рудник занят фашистами.

С утра 30 августа погода окончательно испортилась. Телия позвонил, сказал, что на перевале выпал снег.

Через полчаса снова звонок. Майор сообщает о наступлении противника. Я посоветовал подпустить немцев поближе, а затем встретить залпами, постараться захватить пленного, а если не удастся, подобрать документы убитых.

Мы с Буинцевым тут же поспешили на перевал. На этот раз поднялись туда с большим трудом, в пути несколько раз отдыхали.

Наступление противника было отбито еще до нашего прихода. Солдаты-горцы применили свою тактику. Они сбросили несколько крупных камней, и те причинили врагу вреда больше, чем пули.

Когда противник откатился, за одним из валунов нашли двух перетрусивших егерей. На допросе они сообщили, что их. корпус переброшен из Германии и имеет задачу к 1 сентября овладеть перевалом, спуститься к морю и захватить Сочи, Сухуми и Батуми.

Нас заинтересовало снаряжение и обмундирование пленных. У каждого за спиной добротный ранец с меховой крышкой. На ногах ботинки с шипами, в руках — ледорубы. Словом, настоящие альпинисты.

Защитники перевала оживленно обсуждали подробности боя. Для большинства это вообще первое горячее дело. Настроение приподнятое, хотя люди обессилели от холода и недоедания.

* * *

Когда же кончатся трудности с продовольствием? Прибывший из Сухуми офицер рассказал о большой работе, которую проводят областной комитет партии и городской комитет обороны, чтобы наладить транспортное сообщение с нами, обеспечить части продовольствием, медикаментами, инструментом, связью. Но, как говорится, пока солнце взойдет, роса глаза выест.