На самом краю
Шрифт:
Вскоре они подошли к четырехэтажному зданию, построенному, видимо, еще в прошлом веке. Молча, они поднялись на третий этаж и позвонили в одну из дверей. Она открылась тотчас. На пороге стоял бородатый человек в свитере, темных брюках и комнатных тапочках на босу ногу. Оглядев пришедших с ног до головы, он коротко сказал:
– Входите, – и отошел от двери, давая возможность пройти.
Андрей и серый человек вошли.
– Проходите, – сказал бородатый, указывая в комнаты. – Обувь можно не снимать.
Они прошли и сели за стол, повесив пальто на спинки стульев. Бородатый сел на другом конце стола и тотчас уставился на Андрея. Затем повернулся к серому и спросил:
– Ты думаешь?
– Уверен.
– Хорошо… Впрочем, не важно, пока… Итак, молодой человек, – сказал бородатый, обращаясь к Андрею, – расскажите, будьте добры, откуда вы, как оказались здесь, каковы впечатления, ну, и так далее…
Андрей кашлянул от смущения и стал рассказывать про свой поход за чаем, про то, как все изменилось вокруг, про встречу с Шурой, затем с Удодом, после о Берци…
– А теперь вот, я здесь, – подытожил он свой рассказ.
– Понятно, – ответил бородатый, – понятно… И что вы намерены делать?
– Как что? Удод говорил, что вы мне можете чем-то помочь? Он говорил, что мне уходить отсюда надо, потому как, что-то со мной случиться может…
– И как бы вам виделось наше участие в вашем деле?
– Не знаю, если честно. В идеале, я бы хотел вернуться туда, откуда пришел, но Берци говорил, что это невозможно… Хотя… Может быть, вы и знаете, как это сделать?
– Нет, это точно невозможно. Не потому, что мы мало знаем. Как раз наоборот. Мы знаем достаточно, чтобы утверждать, что это невозможно в принципе.
– Но уходить мне все равно надо? – спросил Андрей.
– Да. Увы, но это так. – кивнул Бородатый.
– Значит, я бы хотел получить от вас совет как мне уйти и, что потом делать?
– Да. Понятно. – Бородатый, заложив руки за голову, и откинувшись на спинку обшарпанного кресла, уставился в потолок. – Понятно…
– Ну а что дальше? – спросил серый человек Андрея.
– Не знаю, – признался тот. – Вы поймите меня правильно, я про такое как со мной случилось, даже не слышал никогда… Откуда мне знать, что и как? Я и так бога благодарю за то, что меня не забрали сразу по прибытии… Сами понимаете, какая на мне одежда была и все такое… А что дальше – это как раз и понять бы. Я думал, что, может быть, вы подскажете… Берци говорил, что вы много знаете об этом.
– Берци болтает, сам не знает, что, – бросил серый человек.
– Как так? – удивился Андрей. – Зачем же я тогда здесь?
– Зачем? – спросил Серый, пристально рассматривая Андрея. – А затем, что с себе подобными общаться как-то веселее, чем с себе различными… Не так ли?
– И это все? – удивился Андрей.
– Ну, в известном смысле… Просто мы пока в слово «общение» вкладываем разный смысл. – ответил серый человек, вздохнув.
– И все-таки, что же мне делать?
– Уходить, – ответил Бородатый. – Но на этот раз вы будете уходить под нашим наблюдением, чтобы максимально снизить вероятность конфликта реальностей. Вы получите все необходимые инструкции, и с богом. На другом конце вас встретят.
– И все-таки, что я должен буду для вас сделать?
– Не сделать, – твердо сказал серый человек, – а делать. Чувствуете разницу?
– Допустим. И что я должен буду делать?
– Жить, наблюдать, помогать другим. Изучать, анализировать, записывать и быть по возможности продуктивным, – ответил за серого бородатый.
– Это все?
– Это гораздо сложнее, чем вы себе можете представить. Это очень трудная, но при этом безумно интересная жизнь. Впрочем, как трудность это воспринимается лишь поначалу, когда идет ломка стереотипов. Не все, знаете ли, способны жить в дороге.
– Почему в дороге? – удивился Андрей.
– Ну, потому что, это будет не последний ваш переход, – ответил Бородатый.
– Мы надеемся, во всяком случае, – добавил Серый.
– Когда я должен буду уйти? – спросил Андрей.
– Завтра, видимо. – Ответил Бородатый. – Но вы пока еще никак не высказались.
– О чем, собственно? – удивленно спросил Андрей и пожал плечами, – Выбора у меня, как я понимаю, нет, все равно. А по остальному поводу я не знаю, что сказать… Может, мне стоит немного в себя прийти, что ли…
– О, это сколько угодно. Но не торопитесь, мы еще встретимся. Вы должны все понять, все взвесить, почувствовать и решить для себя. В конце концов никто не доказал, что жизнь, скажем, Берци хуже моей или вашей прежней. Просто «люди в дороге» – это образ жизни и мышления, если хотите. Подумайте, какая свобода открывается перед вами! Вам не нужно думать о накоплении чего-либо, поскольку следующий переход всегда не за горами, а взять с собой вы все равно ничего не сможете… Вы можете взять с собой только свои мысли и записи – это единственное, что не создает конфликтов реальностей… Даже, беря с собой одежду, вы рискуете… Не сильно, но тем не менее.
Андрей задумался…
– Странно как-то… Это значит всю жизнь прожить без семьи, не оставив после себя никого…
– Ну за все в мире нужно платить. Всякий образ жизни имеет стороны, которые кому-то могут показаться нелепыми, – вздохнул бородатый. – Вас же не удивляет образ жизни монахов, например, или, скажем солдат римской армии, или просто разведчиков… У каждого свой путь. Вы должны на что-то решиться. В прежнюю реальность попасть уже нельзя, да и бессмысленно, скорее всего…
– Что значит «бессмысленно»? – возмутился Андрей.
– Успокойтесь, молодой человек, – вмешался Серый. – Бессмысленно – это значит – «лишено смысла». Дело в том, что, судя по всему, вы – ушелец третьего типа – наиболее редкого. – Он поднял руку, как бы останавливая новый поток вопросов.
– Ушельцы первого типа переходят полностью и в прежней реальности от них ничего не остается. При этом в смежных, относительно близких реальностях почти всегда существуют их двойники. Ушельцы второго типа весьма схожи с первым, но энергия их перехода крайне ограничена. Потому они могут переходить только в самые близкие реальности. Ушельцы третьего типа – самые энергонасыщенные. Это явление еще предстоит постичь, но они оставляют после перехода в базовой реальности свою копию. Таким образом, они создают наименьший конфликт между реальностями. Более того, в смежных и около смежных реальностях они существуют крайне редко. Они как бы вбирают в себя энергию всех своих копий и существуют, таким образом, практически в единственном числе. Понятно?