Чтение онлайн

– Спросите у мистера Томаса.

– У брата Беатрис?

– Он должен знать, где отыскать Майкла. Я так понимаю, это его лучший друг.

Вооруженные такой информацией, с идущими кругом от обилия новостей головами, подруги недолго задержались в доме. Они вышли в сад, добрели для домика для гостей. Но внутрь заходить не стали, лишь издали взглянули на место, где произошло убийство.

Что им было там делать? В комнате, которая служила спальней Бет, и без них побывало много народу. Там так основательно поработали полицейские, что найти там что-то такое, что бы скрылось от их глаз, было нечего и думать.

Так что разработку улик подруги решили оставить на долю экспертов. А сами они займутся куда более перспективным делом. Найдут и поговорят по душам с неким Майклом – любовником Беатрис.

Крису и остальным подруги не стали рассказывать о том, что узнали от Сесилии. Они понимали, что девушка доверилась им исключительно потому, что хотела, чтобы убийца ее любимой молодой госпожи был найден и наказан. А марать доброе имя Беатрис явно в намерения ее личной горничной не входило. Поэтому она так тихо и шептала, одновременно поглядывая по сторонам, чтобы не подслушали.

– Так что мы ничего особенно важного от прислуги в доме не узнали, – не моргнув глазом солгала Кира нетерпеливо ожидающему результата Крису. – А сейчас ты поезжай к Верунчику, успокой ее, как можешь. А мы поедем к брату Беатрис, к Томасу.

– Зачем вам этот недотепа? – презрительно скривился Крис.

– Как родной брат, он должен был знать о радостях и проблемах своей сестры больше, чем кто-либо другой.

Родители Беатрис давно умерли. Сначала ушла из жизни мать Беатрис. И последняя воспитывала младшего брата сама. Отец пил, так что в воспитании подростка особого участия не принимал. Когда-то была еще бабушка, осуществлявшая официальное опекунством над сиротами. Но она тоже давно умерла. И последние десять лет брат и сестра, пусть и взрослые, были предоставлены исключительно друг другу. Никого другого их судьба не интересовала. И если бы с одним из них что-то случилось, то горевать пришлось бы только второму.

– Замужество Беатрис с господином Якобом было первым в ее жизни. Прежде замужем она не была.

– Отец и не взял бы себе в жены разведенную женщину или вдову.

– Да. Он считал, что для одной женщины предназначен один муж. Если женщина вдовеет или разводится, то больше она уже не должна выходить замуж.

Очень интересная позиция. Сам-то господин Якоб женился четырежды! Значит, для мужчин действуют другие законы, нежели для женщин?

Но подруги решили не зацикливаться на этом вопросе. В конце концов, господин Якоб уже мертв. И от его жизненной позиции никому ни жарко, ни холодно.

А сами подруги отправились в гости к Томасу. Созвонившись с юношей, который был уже в курсе трагедии, произошедшей с его сестрой, они сказали:

– Мы хотим поговорить с тобой. Где удобнее это сделать?

– Приезжайте ко мне, – совсем слабым голосом прошелестел в трубку молодой человек. – Сам я не могу выйти на улицу. Такой удар! О, если бы вы знали, как мне плохо!

Подруги знали, что брат очень любил свою сестру. Беатрис и Томас были близки и дороги друг другу. Но то зрелище, какое застали подруги, когда приехали домой к Томасу, повергло их в шок. Томас – небритый, в одних длинных штанах – шатался по дому, заламывая свои тонкие бледные руки и рыдая. Лицо у него было помято. Глаза сильно опухли. Вид был ужасный. Сразу же становилось понятно: человек невыносимо страдает.

– Томас, возьми себя в руки. Мы знаем, как ты любил Беатрис, но…

– Это я виноват в ее смерти! Я и еще Майкл!

Подруги услышали имя человека, который предположительно был любовником Беатрис, и немедленно насторожились:

– Кто это – Майкл?

– Мой друг.

– И почему ты обвиняешь себя и друга в случившемся?

– Мы с Майклом вдвоем настаивали, чтобы Беатрис вышла замуж за этого старого деспота! Твердили, что у него уйма денег. Что он хоть и тиран, но справедливости все же не чужд. И если Беатрис родит ему ребенка, то он обеспечит и ее, и маленького до конца их дней.

– Но детей у супругов не появилось.

– Все могло быть, – прошептал Томас. – Но теперь-то уж, конечно, слишком поздно!

– Ты не должен себя укорять. Беатрис сделала свой выбор. Вряд ли ты мог заставить ее насильно выйти замуж за господина Якоба.

– Не насильно, нет. Но Беатрис видела, в каком печальном состоянии находятся наши с Майклом финансовые дела. Знала, что мы в долгах по самые уши. Она тоже понимала, что нету другого выхода, кроме как принять предложение господина Якоба.

– А что у вас были за долги?

– Всякие там налоги, – отмахнулся Томас. – Пени, штрафы… Не понимаю, откуда могло так много накопиться? Вроде бы мы с Майклом старались платить вовремя. Впрочем, бухгалтерией ведал Майкл. А он тоже не очень-то любит копаться в бумажках.

– О чем ты говоришь? Какие бумажки? Какая бухгалтерия?

Появление подруг подействовало на Томаса благотворно. Как многие слабые духом люди, он не мог страдать в одиночестве. Ему была необходима публика. После появления у него в доме двух сочувствующих слушательниц ему немедленно полегчало. Он умылся. И даже сделал слабую попытку немного прибраться в своей холостяцкой берлоге.

В отличие от Петреса и Криса, молодой архитектор жил в совсем крошечной квартирке – студии. Одна комната, разделенная на три совсем уж крошечные жилые зоны – кухня, гостиная и спальня. Жилье в ЮАР было дорогое. И только самые обеспеченные молодые люди могли позволить себе иметь собственный отдельный дом.

Квартирка Томаса была маленькая и страшно захламленная. Несколько попыток засунуть грязные носки под кровать и прикрыть посуду на кухонном столе полотенцем ситуацию не особо исправили. Но Томас все равно был доволен своими усилиями. Он плюхнулся в кресло перед подругами и жалобно застонал:

– Как я буду теперь жить? Кто позаботится обо мне? Беатрис не стало, кому я нужен?

Жалобы и стенания лились из Томаса рекой. И очень скоро подруги разобрались, что вовсе не смерть сестры стала причиной жуткой скорби ее брата. Томас в первую очередь переживал за свою судьбу.

– Беатрис подбрасывала мне заказы. Думаю, что часть их она оплачивала из своего кармана или из кармана своего мужа. А кто теперь станет поставлять мне заказчиков и оплачивать мои счета?

Вот как. Значит, хотя Беатрис и настаивала на том, чтобы ее муж снял с себя финансовую опеку своих взрослых детей, но в то же время сама она на средства мужа содержала своего непутевого братца. Такое поведение должно было вызвать раздражение и даже злость со стороны Пэм, Криса и Петреса, которые теперь могли лишь наблюдать, как деньги, предназначенные для них, перекочевывают в карман братца их мачехи.

Томас был на содержании сестры, которая удачно вышла замуж за богатого и не жадного мужчину. Какими бы недостатками ни обладал покойный господин Якоб, жадным он никогда не был. И те крохи, которые Беатрис выцарапывала для своего брата, вызывали у ее мужа лишь снисходительную улыбку.

И еще подруги подумали, что, кто бы ни убил Беатрис, это точно сделал не Томас. Брат так искренне переживал о том, что же теперь с ним будет, что подруги поверили в его непричастность к последнему преступлению.