Чтение онлайн

– Оберегал? От кого?

– От его отца. Господин Якоб убил свою жену – госпожу Веронику, мать Криса. Наверное, такая же участь могла постигнуть и Криса. В тот день его спасло лишь чудо. Он спрятался в шкафу, и убийцы его не заметили. Не всем так повезло.

И на лице Замбии появилось мрачное и даже мстительное выражение. Кого она имела в виду, делая свое странное замечание? Однако на тот момент подруг куда больше заинтриговала другая вещь. И Кира спросила у Замбии:

– Но почему ты обвиняешь в случившемся именно господина Якоба?

– Почему? Сейчас я вам это объясню!

И под четвертую бутылку, которую подругам пить уже и не хотелось, разговор снова потек о тех давних событиях, правда о которых всплыла лишь совсем недавно.

Замбия совсем подружилась с девушками и пьяно шептала им:

– Не ищите вы убийц господина Якоба. Не будите чертей! Правда, так будет лучше для всех!

– Но что, если господин Якоб не преступник? Что, если ты ошибаешься?

– Нет, – помотала головой Замбия. – Я не ошибаюсь. И слушайте меня, почему!

Дальнейший рассказ девушки многое прояснил в ситуации. Один из кузенов Замбии, вместе с которыми она выросла и, конечно, была очень близка, решил пойти работать в полицию.

– В последнее время многие из наших ребят пошли работать в полицию.

Однако, несмотря на изменившийся общественный строй, поступить на должность в полицейское управление было не так-то просто. Тут требовались знакомства, требовались связи. Но, к счастью, связи у кузена Замбии нашлись.

– Жена одного из моих троюродных братьев уже работала в полицейском архиве. Она и замолвила словечко за моего кузена. Пришлось дать на лапу начальнику отделения, чтобы он из многих претендентов выбрал именно моего брата. Но в конечном счете дело того стоило.

Переговоры велись не один месяц. Потом по всей родне собиралась сумма взятки. Лимпо тоже внес существенную лепту в общий котел. Ну а потом наконец желаемое свершилось, и кузен Замбии получил место в полиции. Теперь он был при исполнении своих обязанностей и очень заважничал. Но про тех, кто помог ему в достижении заветной цели, не забывал. А уж про маленькую Замбию, с которой вместе вырос и которую очень любил, и подавно.

– Хочешь, я узнаю, что там было по тому делу, которое не дает тебе покоя?

Замбия охотно согласилась узнать про убийство матери Криса, которого столь ревностно теперь опекает ее отец.

– Ведь до смешного доходило. Мой собственный отец буквально не отходил от чужого ему мальчика. Особенно первое время после того, как погибла мать Криса. Он пекся о нем так, словно Крис был ему родной. А ведь родной ему была я – его дочь. Я тоже осиротела. Но меня отец просто отправил к бабушке и счел свой долг в отношении меня выполненным.

Конечно, уязвленное самолюбие требовало от девушки разобраться до конца в этом деле. Она попросила своего кузена поднять дело из архива. И прочитав его, просто оторопела.

– Я сразу же поняла, что произошло! Даже юридического образования мне для этого не потребовалось. Дело об убийстве матери Криса и нападении на их загородный дом завершилось, даже толком не начавшись. Был произведен осмотр места преступления. И на этом все! Никаких розыскных мероприятий не было проведено. Нет, вру, были два рейда по округе, но вот только кого искали полицейские? В деле не было даже намека на то, как выглядели преступники!

– Но при чем тут господин Якоб? Это вина ленивых полицейских, которым не хотелось работать.

– Нет! Они бы работали, ведь была убита белая женщина, жена известного человека. Но их работу искусственно притормозили! И знаете, кто притормозил?

– Понятия не имеем.

– Расследование обстоятельств этого преступления было закрыто по указанию самого господина Якоба!

И Замбия замолчала, торжествующе глядя на подруг. Что и говорить, новость была потрясающая. И на то, чтобы ее обдумать, жалких остатков вина в почти что пустой бутылке было, конечно, мало. Подруги кликнули официанта, который смотрел на них теперь с благоговейным восторгом, и продолжили с Замбией разговор, который оказался таким продуктивным.

А поговорить подругам с молоденькой негритяночкой надо было еще об очень многом.

– Скажи, и ты вот так сразу поверила в то, что господин Якоб и есть убийца своей жены? Только на основании того, что он не дал ходу расследованию этого преступления?

– Да! А иначе зачем ему было тормозить следствие? Возможно, он сам и не убивал свою жену. Но он нанял людей, которые это сделали. А потом всячески покрывал их. И даже заплатил полицейским, чтобы они замяли это дело.

– Ему это должно было стоить много денег.

– В итоге он получил куда больше.

– Почему?

– Госпожа Вероника происходила из очень богатой семьи. И часть приданого, которое господин Якоб получил за своей женой, так и осталось при нем.

– Крис не получил денег и владений своей матери?

– Только то, что было подарено ему ее родными – бабушкой, дядьями. Это все равно довольно много, на мой или ваш взгляд, но по сравнению с теми богатствами, которые остались в ведении господина Якоба, сущие пустяки!

– Неужели господин Якоб мог пасть так низко? Убить собственную жену ради присвоения ее денег?

– Господин Якоб… – пьяно фыркнула Замбия. – А вы лично знали этого человека?

– Виделись с ним пару раз.

– Вот именно! Пару раз – это все равно что совсем его не знать. Господин Якоб был очень властным, я бы даже сказала, деспотичным. Это к старости он немного размяк и позволил этой своей молодой жене Беатрис вить из него веревки. Но мне отец рассказывал, что в молодости господин Якоб был как камень! Его слово было законом для всех домочадцев. Слуги его боялись до обморока. Дети прятались, если чувствовали, что за ними есть грех. А грехом в глазах господина Якоба было буквально все, начиная от излишней приверженности к сладкому и заканчивая плотскими утехами. Он был глубоко верующим человеком. Но вера его, как у всех белых, заключалась главным образом в следовании запретам, а не предписаниям.

Господин Якоб строго соблюдал постные дни, и вся семья должна была поститься вместе с ним. Он ненавидел всякий грех, но не спешил делать благие дела.

– Иной человек и выругается, и в драку полезет, но зато если у соседа беда, то он первым кошелек откроет и все оттуда до копеечки выгребет. А у господина Якоба даже благотворительность была строго регламентирована. В такой-то день и ровно столько. Неважно, пожар случился или кормилец семьи смертельно болен. Сколько господин Якоб определил для милостыни, столько и получат бедняки.