На шпильках по джунглям
Шрифт:
Брат Замбии сказал несколько слов, после чего повернулся к подругам:
– Колдун обедает. Нам придется подождать.
Что же, надо так надо. Все трое уселись рядком возле стены и принялись ждать. Брата Замбии звали Ред. И он оказался очень даже интересным собеседником, вдоволь потешившим подруг байками из своих полицейских будней. Прошло четверть часа, полчаса, еще двадцать минут.
– Не пора ли уже господину колдуну закончить трапезничать?
Полицейский шумно вздохнул и шагнул в сторону комнаты колдуна. Но тут же у него на пути возникли несколько негритянок, которые принялись шумно что-то объяснять ему. Парень был вынужден отступить перед их натиском.
– Колдун отдыхает после сытного обеда.
– Ну пусть отдохнет.
Подруги переглянулись: если колдун способен отдыхать в таком гвалте, какой подняли его прислужницы, то его нервной системе можно только позавидовать.
Прошел еще час. И снова попытка полицейского прорваться к колдуну оказалась неудачной.
– Колдун беседует с духами. Он в трансе. Его нельзя беспокоить.
Прошел еще час. Подруги заскучали. И к тому же теперь они частично понимали, почему на улицах Кейптауна творится форменное безобразие и разгул преступности. Если все полицейские так же относятся к своим обязанностям, как это делает брат Замбии, то скоро преступность окончательно захлестнет ЮАР.
Наконец полицейскому тоже надоело бесплодное ожидание. Он снова шагнул к дверям. Но на этот раз не стал слушать возражений, а просто разогнал женщин, оскалив на них зубы и положив руку на кобуру. Визжа, женщины разбежались, сверкая удивительно розовыми пятками. А подруги прошмыгнули в логово колдуна следом за своим провожатым.
Колдун их немного разочаровал. Они ожидали увидеть человека, увешанного бусами из человеческих или звериных костей, в уборе из ярких перьев, морских ракушек и бисера. Вместо этого на возвышении сидел седовласый черный мужчина в легких брючках и с хитрыми прищуренными глазками.
Он явно хорошо знал Реда. Как и полицейский его. Между ними разгорелся жаркий спор, смысл которого подруги могли уловить и без переводчика. Ред требовал, чтобы колдун вернул взятые у Замбии деньги, а колдун отказывался, справедливо указывая на то, что колдовство его сработало отлично, враг Замбии мертв.
Все это было так, но у Реда имелись свои доводы:
– Замбия взяла у меня деньги в пять часов дня. У тебя она не могла быть раньше шести. А несчастный случай на охоте произошел в четыре.
– Ну и что! – запальчиво отвечал ему колдун. – Это ничего не значит. Замбия была у меня и раньше. Девочка поведала мне о своей беде, просила защиты и восстановления справедливости. Я помог ей сразу же, а деньги она могла принести мне и спустя год!
– Ты лжец и мошенник!
– Если ты не уберешься из моего дома, то я прокляну и тебя, и твою семью.
– Не боюсь я твоих проклятий. Не то сейчас время. Верни деньги или я закрою твою лавочку!
– Я нашлю на тебя порчу!
– Пугай этим дряхлых старух!
В таком духе переговоры велись еще около часа. Душный воздух в комнате так и вибрировал от накалившихся страстей. Окна тут не было, и подруги буквально обливались потом, опасаясь, как бы не свалиться в обморок. А оба оппонента были бодры, как молоденькие огурчики.
Суть переговоров подруги узнали уже значительно позднее, когда пришли в себя на свежем воздухе. Лицо Реда сияло. Ему удалось стрясти с колдуна целых триста ренге. А также он обложил колдуна налогом, который в будущем должен был многократно превзойти утраченные сейчас три сотни.
– Но к смерти Якоба этот старый мошенник не причастен. Он бы скорее сдох, чем стал делать работу до того, как получил деньги. Сестра принесла ему деньги в шесть, а Якоба застрелили около четырех. Нет, колдун тут ни при чем. Ищите, девчонки, убийцу в другом месте.
Это был хороший совет. Тем более что и самим подругам не терпелось, унести ноги подальше из этого гнусного района. Пусть негров теперь никто и не обязывает жить в гетто, но они и свои свободно заселяемые районы превращают в клоаки похуже прежних гетто.
Глава 13
Вернувшись из грязного нищего квартала, где на каждом шагу белую женщину или даже мужчину могли убить или сделать с ними чего похуже, подруги вздохнули с облегчением. Теперь все члены семьи Криса казались им милыми и благовоспитанными людьми, достойными всяческого поощрения. Если даже кто-то из них и прикончил своего папашку, то уж лучше пусть это будет кто-то из них, чем грязные и малограмотные черные ребята, верящие в колдовство и прочую дрянь и от которых девушки едва унесли ноги.
– Не знаю, кто там боролся за равные права для черных, – сказала Кира. – Но этот человек явно не был лично знаком ни с одним из этих негров. Это же какая-то банда преступников.
– Им просто не хватает образования и воспитания. Если бы этих ребят усадить за парты, объяснить, что собой представляет мир и как все в нем устроено, они бы забыли про свои замашки. Нельзя обвинять их в том, какие они есть. Это не их вина, это их беда.
– Но ты видела, в какие стаи они сбиваются? Еще чуть-чуть, и они ворвутся в белые районы и начнут тут все крушить и громить!
– Будем надеяться, что до этого все-таки не дойдет.
– Дойдет! Обязательно дойдет. Вот увидишь!
Кира была полна самых мрачных прогнозов. А дома их ждала еще одна неприятная новость.
– Крис уезжает! – кинулась к ним Верунчик. – Прямо сейчас! Помогите!
– Дай нам хоть дух перевести, – взмолилась Кира.
– Ты же видишь, мы еле на ногах стоим, – укорила кузину и Леся.
– А кстати, где вы были? – спохватилась Верунчик. – Куда вы ушли с похорон? Я вас обыскалась.
– Мы беседовали с красоткой Замбией. Помнишь такую?
– Ну да.
– Оказывается, она дико ревнует отца к Крису.
И подруги рассказали Верунчику о том, что им удалось узнать от Замбии. Но Верунчик слушала их невнимательно. Почти что совсем не слушала.
– Это все пустое! – отмахнулась она, даже не дав подругам закончить. – Лимпо старый преданный пес. Да, он обожает Криса, и так будет всегда! Эта Замбия может удавиться от зависти, Лимпо навсегда останется с Крисом. Крис говорит, что они всегда были вместе. И… в общем, мне это неинтересно!