Чтение онлайн

Но затем она рискнула перегнуться через край достаточно далеко, чтобы свет ее шлема пролился в пустоту, и увидела, что, чем бы это ни было, это не была очередная трещина.

Это отверстие было входом в шахту, и стены шахты были не только гладко пробурены, но и снабжены утопленными поручнями. Она изгибалась под ней, исчезая из виду и погружаясь в темноту. И Чику вздрогнула, потому что такой вещи не было никакого дела до "Занзибара".

Потайной ход.

Она огляделась, и ее взгляд случайно наткнулся на лист легкого ограждающего материала, который, должно быть, оторвался, когда обрушился верхний этаж. Двигаясь осторожно - та слабая вера, которая у нее была в целостность пола под ней, исчезла в тот момент, когда она обнаружила пустоту, - Чику ухватилась за обломок в форме лезвия и вытащила его. Она поместила лист поверх отверстия, регулируя его до тех пор, пока не убедилась, что скрыла свою находку как можно лучше. Темное устье дыры все еще было видно под краями листа, но для ничего не подозревающего глаза оно выглядело как тень.

Не было никакой необходимости отмечать местоположение.

При подъеме по извилистым дорожкам с каменными стенами от транзитной станции к своему жилищу Чику подверглась шквалу вопросов от благонамеренных граждан. Они узнали от Ноя о ее визите в Каппу и хотели знать, что она увидела внутри. Больше всего они хотели уверенности. Председатель Утоми мог бы сказать всем, что "Занзибар" в безопасности, но что еще он мог сказать? У Чику была информация из первых рук, и они с нетерпением ждали ее. Ей не нужно было лгать им или чрезмерно искажать правду, чтобы дать им то, чего они хотели.
– Все будет хорошо, - заверила она их.
– Это плохо, но мы это переживем. Нам нужно держаться местного каравана. Больше не будет смертей.

В конце концов ей пришлось сказать им, чтобы они больше не задавали вопросов, что она уже рассказала им все, что знала. Она направила остальных обратно по тропинке, к людям, которые уже допрашивали ее. Поговорите с ними, они знают картину.

Когда она наконец добралась до дома, то с удивлением увидела Ноя, сидящего снаружи на корточках у одной из низких стен. Мпоси и Ндеге стояли у его ног, ссорясь из-за игры в шарики. У Ноя был странный вид - не то облегчение и озабоченность, на которые она рассчитывала.

– Я рад, что ты в безопасности, - сказал он, поднимаясь от стены.

Она ожидала застать его дома за приготовлением еды, а не за мечтами на улице.
– Да, я в безопасности, - осторожно ответила она.
– Все в порядке?

– Я не уверен.
– Ной коротко обнял ее, прервав контакт почти сразу же, как только начал его.
– У нас есть... ну, это трудно объяснить. Думаю, тебе нужно зайти внутрь.

– Почему ты ждешь здесь?

– Наверное, тебе нужно зайти внутрь, - повторил Ной, как будто она не расслышала его в первый раз.
– Я подожду здесь с детьми. Ты можешь решить, что нам делать дальше.

В этом определенно было больше странности, чем ей нужно было в конце тяжелого дня. Но Ной был хорошим мужем и не склонен к драмам. Она молча кивнула, опустилась на колени, чтобы поцеловать детей, взъерошила им волосы, прошептала, что они должны хорошо играть. А затем, собравшись с духом, она вошла в дом.

За кухонным столом сидел Травертин, вытянув руки перед собой, и вертел в пальцах бокал с вином.

– Привет, Чику.

Сначала Чику ничего не сказала. Травертин налил вино из той же бутылки, которую они с Ноем открыли вечером перед своей миссией на "Малабар". Чику опустилась на сиденье напротив Травертина и сделала глоток из того же бокала. Затем глоток превратился в большой глоток, и она продолжала пить, пока стакан не опустел, а в горле не стало жечь.

Она сказала: - Тебя не должно здесь быть.

– В непосредственном смысле или в экзистенциальном?

– Мертвый, живой, неважно - тебя не должно быть в моем доме. Не после того, что произошло сегодня.

– Я понятия не имею, что сегодня произошло.

– Что бы ни пошло не так, это началось с твоей лаборатории. Ты сделал это. Ты сделал это, и они собираются повесить тебя за это.

– Что ж, приятно знать, что я могу обратиться за поддержкой к друзьям.

– Убирайся из моего дома.

Травертин взял у нее бокал и налил еще вина.
– Я не идиот. Я ожидаю, что меня арестуют за это. Единственная причина, по которой я вообще смог сюда добраться, заключалась в том, что там было так много хаоса и неразберихи.

– Ты был в Каппе, когда это случилось?

– Если бы это было так, мы бы сейчас не вели эту уютную беседу, не так ли?

– Я не могу приютить тебя.

– Я и не прошу тебя об этом.

– Что случилось? Что, черт возьми, ты делал?

– Ничего особенного. Просто пытаюсь спасти мир. И как прошел твой день?

– Однажды ты был наказан. Тебе повезло, что тогда они не заперли тебя в заключении. Тебе было недостаточно этого урока?

– Все, что это сделало, - это научило меня тому, что мне нужно быть умнее.

– О, пожалуйста.

– На случай, если ты не заметила, эта наша маленькая проблема волшебным образом не исчезла. Это не дает тебе уснуть по ночам? Это действительно должно быть так. От этого мне снятся кошмары о холоде и дрожи.

– Я не буду с тобой спорить. Это ничего бы не дало. Ты собираешься сдаться, или мне придется обратиться к властям?

– Ты - представитель власти, Чику. В том-то и дело.
– Но затем Травертин вздохнул.
– Я собираюсь сдаться властям - не то чтобы у меня была хоть малейшая надежда избежать правосудия.

– Так почему же ты пришел сюда, вместо того чтобы сразу обратиться к констеблям?

– Нам нужно кое-что обсудить.

– За эти годы я наслушалась достаточно твоих оправданий. Ты только что проделал дыру в обшивке голокорабля.

– Верно. Но знаешь что? Это доказывает, что есть что-то, чего мы не понимаем. "Пемба" тоже доказал это, но в тот раз не было ни обломков, которые можно было бы прочесать, ни выживших, которых можно было бы допросить. Мы понятия не имели, что они там делали до того, как все это взорвалось.

– То же, что и ты - вмешивались.

– Вмешательство - это то, что мы делаем. Это то, что определяет нас. Вмешательство дало нам огонь, инструменты, цивилизацию и ключи от вселенной. Да, по пути пальцы будут обожжены. Вот как это делается.
– Травертин осмотрел свои пальцы. Они были крепкими и с замысловатыми морщинками вокруг костяшек пальцев. В отличие от Чику, они выглядели так, словно честно поработали.

– Ну?
– спросила она после того, как Травертин замолчал и, казалось, не спешил заговаривать снова.

– Я кое-что нашел. Намек на прорыв, дверь в физику после Чибеса. Краткий обзор энергий, которые нам понадобятся для замедления, когда мы приблизимся к Крусиблу. Я решил продолжить исследование с помощью простого эксперимента. Тайно, конечно, - под моей лабораторией.

– Думаю, тебе следует приберечь все это для слушания.

– Когда копаешь под чем-то, Чику, часто делаешь открытия.

– О чем, черт возьми, ты говоришь, Травертин?

– У меня есть кое-какая информация, которая, как мне кажется, может заинтересовать тебя как уважаемого члена Ассамблеи и как человека, обладающего влиянием в Совете Миров.