Чтение онлайн

– Нет, я не смогу без мамы!
– выкрикнул мой мальчик, с отчаянным упорством стараясь оттолкнуть от меня опасного гиганта. – Я знаю, кто ты! Всегда чувствовал тебя, видел, когда ты наблюдал за нами из тьмы за окном. И я не останусь с тобой. Не смей мучить маму!

Под конец малыш уже рычал, неожиданно поразив меня блеснувшим в свете луны оскалом. Он словно маленький оскалившийся зверек готовился броситься на этого безжалостного убийцу.

– Сережа, - подстегнутая страхом за жизнь сына, я слепо дернулась в направлении его голоса, – не спорь с ним, умоляю! Сделай так, как он говорит.

– Никогда, - упрямо, уже захлебываясь слезами, отозвался малыш. – Я не прощу его. Никогда не прощу, если он убьет тебя!

И в этот же миг я осознала, что меня никто не держит – тиски мужских рук исчезли. Как исчез и их обладатель, буквально растворившись во тьме. И меня накрыло волной так долго сдерживаемой слабости, погружая в абсолютную тьму…

– Мам, - Сережа тормошил меня за руку, стараясь привести в чувство.

Сделав над собой усилие, открыла глаза. Моя спальня. Я на полу. Свет включен. Испуганно сообразив, чего только что избежала, сдернула покрывало с кровати, быстренько укрываясь им.

– Сережа, я… - голос задрожал, вынуждая замолкнуть. Да и что сказать, я не знала.

– Он не придет, мам. Я буду защищать тебя, - с толикой бравады пообещал ребенок.

– Надо бежать, - шепнула я в пустоту, понимая, что это неосуществимо. Онне отпустит.

Эпилог

Ночь была родной и близкой, словно лучшая подруга или заботливая мать, укрывая меня своей тьмой. Я целенаправленно кралась, мгновенными и бесшумными прыжками перемещаясь с дерева на дерево. Так я преследовала свою добычу, выжидая удобной возможности напасть и насытиться. В густонаселенных местах охотиться приходилось именно так, соблюдая осторожность. Зачем нам лишний шум? Тем более что нас не так много. А люди так беспокойны и впечатлительны, им и «сказок» достаточно, чтобы пугать себя…

Это я знала по собственному опыту. Возможности жить одновременно в мире людей и мире нелюдей – нет. Жить долго. Тут все: и наша неспособность уразуметь и принять такую действительность, и наш инстинктивный страх, вызывающий безумие, и их голод. Любой человек, соприкоснувшийся с миром вампиров, гибнет. И скорее рано, чем поздно. Исключение делается для единиц, для самых особенных. Мне повезло – я стала одной из них. Но и в этом случае приходится делать тяжелый выбор, ведь с таким знанием жить дальше человеческой жизнью невозможно. Страшно… И я сделала свой выбор, решившись на единственно возможный вариант. Я стала вампиром!

Решающий момент. Добыча, неосмотрительно шагнув с освещенной дорожки с намерением срезать свой путь, предрекла свою участь. Мой стремительный бросок – и вот уже безвольное, парализованное ужасом тело в моих руках, а мои зудящие клыки нетерпеливо впиваются в чужую плоть, позволяя с невыразимым наслаждением втянуть в себя первый глоток вкусной горячей крови. Пища! Но я не убивала, почти никогда не убивала, отбирая столько, чтобы оставить им возможность жить дальше. Ведь я еще помнила, каково это – быть человеком. Мой муж уже не помнил…

Не убивала и потому, что мои дети еще оставались людьми. И будут ими, пока не вырастут. И сейчас я была довольна этим, радуясь тому, что они имеют возможность пусть немного, но пожить и в моем, когда-то таком родном мире, научиться понимать больше, чем изначальные вампиры.

Важное решение принять было непросто, оно было в какой-то мере даже вымученным. Ведь мне приходилось быть матерью тем, кто пробуждал во мне голод. Истовый и ненасытный. Но… нет чувства сильнее и значимее, чем материнская любовь. Она превосходит все, она сверхъестественно могуча, она превыше любых иных потребностей души и тела. Поэтому я терпела все неудобства иллюзорного существования в человеческом мире и сдерживала свои хищные порывы, воспитывая сына и дочь – двух почти людей. Это ненадолго, ведь человеческая жизнь – короткий миг. И совсем скоро они вырастут, и придет и их время принять мир отца. Мир тайны, крови и ночи.

Вампиры не любят день. Нет, солнце нас не убивает и не наносит нам увечий, но оно… раздражает, ослепляя и вызывая зуд недовольства. Поэтому нашим временем и стала тьма. И нашей сущностью тоже.

Став вампиром, я начала иначе воспринимать мир. Изменилось не только тело и собственные потребности. Все приоритеты стали иными, и взгляды на вещи тоже. Когда ты стоишь перед вопросом: пить кровь или погибнуть – тут не до сантиментов. Да и о людях начинаешь думать иначе… Сводящий с ума дурман их крови затмевает все доводы морали, низводя все до уровня питания.

Впрочем, обо всем по порядку. Вампиром я стала не сразу. Поначалу, узнав наконец истинную причину странных изменений в моей жизни, была совершенно раздавлена. Как жить дальше – не представляла. Для меня не было будущего, ведь вампир был однозначно намерен забрать моего сына себе. Мыслей о том, что он и его сын тоже – я не допускала.

Он, как и всегда, пропал после ночи неожиданных откровений, а я… выпала из жизни и потеряла всякую связь с реальностью. То кидалась собирать вещи с намерением хватать сына в охапку и куда-то бежать, то просто часами сидела за закрытыми дверями квартиры, вздрагивая от малейшего шороха. Теперь мне во всех и всюду мерещились чудовища – вдруг все в сказках правда?.. Я перестала ходить на работу, не в состоянии была отпустить сына в садик. Я становилась параноиком, но это волновало мало, поскольку перспектив у меня не было в любом случае. Не верила я в то, что оноставит нас в покое!

Так прошла неделя, а потом… он снова пришел.

Конечно же, ночью. Но… позвонив в дверь! Я, а вместе со мной и проснувшийся сын, напряженно застыла возле входной двери, раздумывая, стоит ли нажимать кнопку активации переговорного устройства. Визит в три часа ночи как-то настораживал. Кто?

– Кто там? – все же решилась я озвучить естественный вопрос для… визитера.

– Жду в спальне, - егоголосом отозвался кто-то невидимый из-за двери!

Я рванула обратно в комнату. И зачем было звонить в дверь? Давал мне время собраться? Намек на то, что не убивать меня явился?

Сын побежал следом, заставив меня опомниться. Дополнительного стресса ребенку не хотелось: и так его жизнь уже перевернулась. И вообще, лучше нам вдвоем разобраться.

– Сереж, ложись спать, - остановила сына, задержав его за руку у собственной спальни.

– Мам? – по-взрослому нахмурился мой мальчик и так пугающе знакомо и иронично добавил. – Это он.

В моей душе все перевернулось – как много в нем от… отца. Вопреки всем моим чаяниям и надеждам – так много.

– Да, - отчаянно храбрясь и понимая, что вампир нас слышит, кивнула сыну. – Не волнуйся, он не тронет меня...

«Сегодня», - добавлять не стала, но с каждой секундой крепла подспудная уверенность в этом.

– Ладно, - немного подумав, согласился мальчик и, уже не мне, грозно добавил. – Но я рядом!

Проводив взглядом уходящего сына, глубоко вздохнула и открыла дверь в спальню. В помещении, покинутом мною несколько минут назад, уже царила тьма: свет был выключен, шторы плотно закрыты. Что ж… Готовая ко всему, я на ощупь двинулась к креслу.