Чтение онлайн

Не знаю, по какому наитию, но я почувствовала, ктозвонит.

– Не отвечай! – быстро попросила я, но не успела.

– Это тебя, - озадаченно протянул мне трубку мужчина, прослушав едва ли пару секунд.

Трубку телефона я брала, ощущая себя приговоренным к казни перед зачитыванием приговора. В душе была уверенность – онне позволит, не допустит осуществления моих планов.

– Немедленно уходи домой, - приказ, озвученный жестким безжалостным тоном, и… короткие гудки. Кто бы знал, как я ненавижу короткие гудки… и телефоны.

– Настя? – мой кавалер с тревогой всматривался в мое лицо. – Что-то случилось? Откуда…

– Да, случилось, - безжизненно перебила я его, не имея возможности объяснить, что мой кукловод снова дернул за ниточки. И откуда онузнал, где я и чем занимаюсь? Онзнал про меня все .Я уже смирилась с этим. – Мне надо срочно уйти.

«Мертвый участковый!» - стучало в сознании набатом, когда я убегала от ошарашенного мужчины.

Пока бежала по парку к дому, выскочив из ночного такси, ревела, размазывая слезы по щекам. И чувствовала рядом… его.

– Будь ты проклят! – не сдержавшись, ощущая себя безумной, крикнула я в темноту деревьев позади, обернувшись от ворот дома.

А в спальне снова плакала, плакала от страха и разочарования. Благо сына не было дома. И тут зазвонил телефон…

Это меня потрясло: он мучает меня снова и снова! Ну зачем?! Спрыгнув с кровати, в бешеной ярости выдернула шнур телефона из гнезда, обрывая звонок. Но он продолжал звонить – настойчивая трель раздавалась с кухни, из комнаты… С отчаянным воем я выскочила из спальни, направляясь к щитку в кладовке, и – обесточила квартиру. Телефон смолк. Я с рыданием сползла по стенке.

Поднялась с трудом: конвульсии истерики пробегали по телу. И пошла в спальню, где, укрывшись от всех одеялом, продолжила оплакивать свое одиночество. Просто накипело и наболело за эти годы.

– В чем причина? – этот отстраненный голос я ожидала услышать сейчас меньше всего.

Подавившись очередным всхлипом, так и замерла под одеялом – сдернуть его было страшно. Я в полной мере поняла по голосу, что онрядом. Но… как? Ведь ночь, в дверь никто не звонил. У негоесть ключ?! Впрочем, сейчас важнее было то, что онрядом.

– Причина чего? – даже мне голос показался жалким, а уж как тряслись поджилки – от его появления я не ожидала ничего хорошего.

– Истерики, - жесткий ответ.

– Ммм… - я еле сдержалась от отчаянного воя, но… как объяснить ему?– Это трудно понять.

– Я постараюсь.

«И зачем емуэто? Зачем вообще мы? И это нелепое настойчивое любопытство сейчас», - этими вопросами я задавалась и раньше.

– Вам мало управления моей жизнью, хотите еще и в душу ко мне залезть? – отвечая, так и не выглянула из-под одеяла. Но так тоже было похоже на телефонный разговор – я не видела его.

– Да.

«Да?!» Потрясающе!

– Что ж… - это безразличное «да» стало последней каплей. Я семь лет держала все в себе, копила для этого безрассудного мгновения! И сейчас, глотая слезы, исступленно закричала. – Так знайте – вы измучили меня, лишили возможности жить! Полноценно жить! Я не могу управлять своей жизнью! Не могу делать того, что хочется! Неужели я даже не могу узнать, за что мне все это?!

– Да, не можешь, - ответ был спокойным, а я, переведя дыхание и развернувшись на звук его голоса, внезапно осознала…

«Темно! Оншторы задвинул. И я даже силуэт его не могу различить», - инстинкт заставил сердце сжаться в страхе. Каком-то необъяснимом, животном…

– Тогда о чем речь? – уже с меньшей бравадой, неуверенно на ощупь пятясь к выключателю, пробормотала я. – Какая разница, почему я плачу?

– Мне интересно, - и так спокойно, что я почувствовала себя инфузорией-туфелькой в окуляре микроскопа.

– Вам интересно… - невольно повторила потрясший меня ответ. И вновь зарыдала, закрыв лицо руками, словно опасаясь, что он увидит меня в темноте. Устала от этого его маниакального и авторитарного «интереса», как же я устала. И, не сдержавшись, зашептала. – Я одна так давно, столько лет уже одна. А я ведь женщина, и вовсе еще не древняя. Но я уже не помню, что значит быть женщиной, тем более желанной женщиной, любимой… Вы лишаете меня даже таких крох, как случайное свидание. Зачем вам это? Зачем вам мы?

С последним вопросом я обессилено прислонилась спиной к дверям спальни. На ответ и не надеялась, но он ответил:

– Меня это не устраивает, - все так же резко.

– Даже так?!
– истерично взвизгнула я, понимая, что это приговор моему личному счастью. – А мне что делать?!

Повисла пауза, а потом до меня донесся его голос:

– Не знаю. Но я подумаю.

Взбешенно дернув рукой, хлопнула по выключателю. Комнату залил свет. Но стоило мне с ним освоиться, как я осознала шокирующий факт – в спальне я была одна. И закрытая дверь за моей спиной. Лишь ночной ветерок, проникая в приоткрытое окно, обдавал прохладой и шевелил занавеску. Но… это же второй этаж. У меня галлюцинации? Я докатилась до того, что веду беседы с вымышленным персонажем? Но занавески на окнах оказались задернуты! Я ничего не понимала.

Ночные страдания и всплеск эмоций пришлось похоронить глубоко в душе, ведь с утра надо было вновь включаться в жизнь и бороться за наше с сыном настоящее. Даже против себя. И так продолжалось ровно до выходных.

Стояла невероятная для июня жара. Даже ночью было душно, а я не люблю кондиционеры. Почему-то горло от них начинает болеть. Поэтому на ночь оставляла окно приоткрытым и ложилась в кровать голышом, укрывшись легкой простынкой. Сегодня же, растянувшись на постели, с предвкушением подумала, что наконец-то отосплюсь. Ночь с пятницы на субботу самая длинная, ведь начинаются выходные, не надо на работу и вести сына в садик. Красота!

Стоило задремать, как сердце кольнуло беспокойством. И тут же, не успев толком разобраться в причине, инстинктивно почувствовала: рядом кто-то есть! В буквальном смысле – рядом. Испугавшись спросонок, невольно сдвинула руку и… наткнулась на кого-то! Кто-то дышал! Еще и иронично фыркнул, стоило мне, поперхнувшись от страха, истерично шарахнуться в сторону. Притиснувшись к стене, возле которой стояла кровать, пыталась успокоиться и хоть что-то понять. Получалось плохо. Первое, что нервировало, – это темнота. Все плотные шторы на окнах были тщательно задернуты, лишая меня возможности использовать хоть что-то, помимо слуха…

– К-кто тут? – справившись со спазмом, сипло прошептала, всматриваясь в то место, где находился некто.

– Неправильный вопрос, - раздался в ответ немного вальяжный и такой знакомый голос. Он!

Но я неожиданно испытала небольшое облегчение: хоть какая-то ясность. А то с перепугу уже такое подумалось!..

– А к-какой правильный? – ничего не соображая, переспросила я.

– Зачем, - снисходительно подсказали мне.

– З-зачем? – послушно в полной растерянности повторила я.