Чтение онлайн

Гед избрал единственный выход, ненадежный и опасный, но иного не существовало. Взлет на люм-излучателях с такой незначительной высоты исключался: сокрушительный взрыв почвы уничтожил бы звездолет. Удар о поверхность тоже сулил гибель. Но если его невозможно предотвратить, то можно попытаться ослабить, смягчить единичной такцией люм-излучения. Такцией достаточно мощной и очень короткой, чтобы она погасила скорость, не породив взрыва. Гелу предстояло взять на клавиатуре пульта одну-единственную ноту. Взять виртуозно, идеально правильно. Ценителем выступала сама судьба.

Указатели приборов сошлись. Пора! Пальцы сделали неуловимое движение, отозвавшееся сотрясающим толчком в теле звездолета. Указатель скорости падения ошалело метнулся к нулю. Гел мгновенно включил боковые тормозные двигатели. Две силы сложились и повели корабль по касательной кривой. «Косой удар будет легче…» - успел подумать он. Мощный толчок потряс все тело, отдался в мозгу острой болью и прервал мысли…

Гел очнулся и, превозмогая слабость, выбрался из капсулы. Ослабевшие ноги плохо держали странно потяжелевшее тело на круто задравшемся полу. Он неловко сел и включил общий контакт. Отозвались все. Одни жаловались на головную боль, другие на тяжесть и ушибы, но никто не пострадал всерьез. Гел облегченно вздохнул и глянул на дублера. Ган уже отбросил створки капсулы и сидел, страдальчески держась за голову.

– Ну как, Ган?

– Неважно. Голова отчаянно трещит… И как мы уцелели, не представляю. Я думал, конец.

Диафрагма разомкнулась, пропустив неуклюже двигавшегося Зора.

– Что случилось, Гел? Отчего такой удар?

– У самой почвы отказала антигравитация.

– Почему?

– Не знаю, будем выяснять. А просчитался ты здорово. Вот, погляди!
– Стрелка гравиметра показывала тройную тяжесть.
– Впрочем, - усмехнулся Гел, - надо думать, и без приборов ясно. Не так ли?
– Зор промолчал.
– Ну, ладно. Об этом потом. Сейчас займемся осмотром корабля. Не знаю как вам, а мне жутковато. Боюсь увидеть неисправимое.

Навстречу, отдуваясь и сопя, ковылял Пэй.

– Будь она неладна, твоя планета. Ничего себе, норма!
– накинулся он на Зора.
– Да, Гел! Прикажи женщинам не покидать капсул, иначе будет худо. Проклятая тяжесть!… - Они продолжили путь уже вчетвером.

Осмотр звездолета не оправдал мрачных предчувствий командира, хотя повреждения и оказались серьезными. В нескольких местах лопнул пояс антигравитации. Сдвинулся с рамы один из люм-двигателей. Пострадали автоматика искусственной гравитации и блок связи. В месте удара корпус «Элона» немного прогнулся.

…За несколько часов напряженной работы им удалось восстановить антигравитационный пояс, и гнет изнуряющей тяжести покинул звездолет.

– Теперь подумаем о знакомстве с планетой, - сказал ном.

Все, кроме Зеи, оставшейся в рубке, поднялись в астро-комплекс. С тихим гулом разошлись створки броневого колпака. В глаза ударил поток слепящих желтых лучей. Все поспешно надвинули защитные козырьки. Из-под купола астрокомплекса открылась мглистая зеленая даль. Откуда-то снизу всплывали клочья призрачных испарений, сливавшихся у далекого горизонта в сплошную мутную пелену. Она спаяла поверхность планеты и серо-голубое небо в неразличимое целое. Под лучами яростной желтой звезды волновалась и переливалась разнообразием оттенков от светло- до густо-зеленого плотная растительность. Она наполовину поглотила огромный корпус «Элона».

– Вот так лес!
– пораженно воскликнула Рина.
– Это же лес! Да еще какой! Лес великанов. А какие оттенки! А зелень! Никогда не видела таких красок.

– Дрянное место, - брюзгливо обронил Ган.

– Почему?
– удивилась Рина.
– Тут красиво и необычно. Что тебе не по душе?

– Все, - лаконично ответил астролетчик и, уходя, добавил: - Ничего хорошего мы тут не дождемся. Я чувствую.

– Ну, уж если Ган заговорил о предчувствиях, то… - Пэй, не закончив, покрутил головой.

Из пасти люка, урча, выполз автомат. Тяжелая машина мягко перевалилась через борт и утонула в зеленой толще. Контур автомата медленно скользил вниз по следящему экрану. Наконец машина достигла почвы. Повинуясь команде, автомат развернулся, выбросил веер синеватых лучей и двинулся по дуге вокруг «Элона». С грохотом и треском валились могучие деревья, сотрясая ударами броню звездолета.

Подравняем, подстрижем лесок

И на прогулочку пойдем,

Пойдем да пойдем!…-

Бравурно и фальшиво напевал Гел, ведя автомат.

– Ну и пение!
– скривился Ган.

– Это ты из зависти!
– отшутился Гел, но Ган нахмурился.
– Чем смеяться над старшими, иди облачайся в скафандр. Пойдешь на прогулку.

– Есть, ном, - хмуро ответил астролетчик.

– Барраж вокруг «Элона», выдвинуть боевую башню… - распоряжался Гел.
– Ты готов?

– Да, ном.

– А ну покажись да повернись.

– Хорош красавец!
– воскликнул Гел, показывая на экран. Ган, облаченный в громоздкий антигравитационный костюм, выглядел потешно, но двигался неожиданно легко и свободно.
– Зависнуть!
– коротко бросил Гел. Астролетчик плавно поднялся в воздух к потолку шлюзовой камеры.
– Так, костюм в порядке, но ни шагу за барраж. Осмотреть корпус и немедленно назад.

– Да, ном.

– Ном, вот анализ атмосферы, - подошла Рина.

– М-мда!… Многовато влаги и кислорода. А что у тебя, Пэй?

– Надо бы хуже, да некуда. Воздух кишмя кишит вредоносными бактериями и вирусами. Без дыхательных фильтров тут не прожить и дня.

– А наш молчальник Ган оказался прав, - заметила Иола.
– Место не из приятных.

– Не будем унывать раньше времени, - возразил Гел.
– Микроорганизмы не большая помеха. Подберем иммуны и одолеем микробов. Хуже с гравитацией, ты непозволительно просчитался, Зор!

– Я не отрицаю, но подвели аналитические машины. Да, впрочем, и они не виноваты. Тут совсем другой коэффициент затухания гравиволн, вот они и занизили среднюю плотность планеты. Отсюда все и пошло. Если угодно, могу показать инвертоанализы и анлокарты, - спокойно и обстоятельно пояснил Зор, видимо, заранее подготовившийся к ответу. Но командира отвлекли.

– Ном, все небо заволокли тучи, - послышался из контакта голос Зеи.
– Похоже, что собирается гроза.

– Ган, немедленно назад. Быстрей на борт!
– Он крупными шагами закружил по рубке. «Кто знает, какие тут грозы? Судя по влажной, душной атмосфере, наверное, грандиозные. Лучше не рисковать…» Наконец вспыхнул желтый огонек на индикаторе выходного кессона. Ган вошел в шлюзовую камеру.

– Слава Алому, вернулся… - облегченно пробормотал Гел.

– Ном, ном!
– влетел в рубку встревоженный голос Зеи… - Ном, началось, это что-то ужасное. Я боюсь…

– Не робей, малютка! Иду.
– Он кинулся к подъемнику. Исполинские молнии огненными бичами полосовали небо, зловеще просвечивая сквозь толстую водяную пелену, стекавшую по прозрачной сфере астрокомплекса. Крепчайшая пластмасса вибрировала и жалобно звенела под напором воды и ветра. День, еще недавно солнечный, превратился в темные сумерки, пронизанные яростными молниями. Их грохот до отказа заполнил воздух. Гел не сразу увидел девушку: с перепугу она забилась подальше, под выступ пульта.