Чтение онлайн

Особых надежд, что после цербера и тролля ему позволят взять в преподаватели оборотня, у Альбуса не было, да и совсем другие планы у него имелись на Люпина, но то, что вышло… Ох, как же орали на него в министерстве. За всю свою долгую жизнь, Альбус и десятой доли такой брани в свой адрес не слышал. Пришлось отступиться. Хотел Дингла к делу пристроить, но тот, сославшись на занятость, отказался, и никакие речи о необходимости внести посильную лепту в воспитание героя действия не возымели и сознательность не пробудили. Вообще Дедалус как-то странно на упоминания о мальчишке реагировал, нервно что ли… [13] Оставалось надеяться, что туповатый Дож не откажется и хоть так удастся заткнуть дыру в педсоставе.

Идея сделать преподавателем Элфиаса Дожа была и хороша, и плоха одновременно. Он был глуп и безынициативен, безоговорочно верил каждому слову Альбуса и пальцем бы не шевельнул без его одобрения и прямого приказа — это было удобно. А вот то, что ответственность за качество его работы целиком и полностью ложилась на его, Альбуса, плечи было однозначно плохо. К тому же…

Лица коснулось что-то тонкое, гладкое, но одновременно достаточно крепкое. Альбус машинально остановился, провёл пальцами по щекам и тут что-то легко, почти невесомо, скользнуло по нему, накрыв с головой. Инстинктивно пригнувшись, он рванулся в сторону, сделал ещё пару шагов, попытался привычным жестом выхватить палочку и тут же понял сразу несколько очень неприятных вещей: во-первых, на лицо налипла какая-то плотная клейкая пакость; во-вторых, что-то сильно тянет вцепившись ему в волосы, в-третьих, его движения сильно ограничены и воспользоваться палочкой не удаётся и в-четвёртых, он один-одинёшенек посреди пустого тёмного коридора и, кажется, попал в паутину!

— А-А-А-А!..

Истошный вопль директора разнёсся по этажам. Альбус заметался, силясь вырваться из пут, споткнулся, наступил на полы собственной мантии и покатился по полу, чувствуя, что клейкая дрянь сковывает его движения всё сильнее и сильнее. Одежда перекрутилась, лодыжку обожгло болью, в носу что-то хрумкнуло и из него полилась кровь. Волосы и борода слиплись и болезненно тянули, крепкие путы не давали двигаться.

Альбус пришёл в ужас. Неужели он попал в сети акромантула?! Где-то в районе бёдер мешалось что-то жёсткое и тут же примерещилось, что это сухая паучья лапа протянулась к нему, чтобы подтянуть добычу поближе. Мозг захлестнуло паникой. Он не желал умереть так! Не хотел быть съеденным в собственной школе, особенно сейчас, когда так много уже сделано и до завершения его гениального плана остались жалкие несколько лет!

Осознав, что не в состоянии себя защитить Альбус снова истошно завопил. Рядом рухнули доспехи, аккомпанируя ему звоном. Замолкнув, чтобы набрать в лёгкие новую порцию воздуха, он услышал тихие скрежет и шуршание. В памяти всплыли давно позабытые страхи. Те, которые бывают только в раннем детстве, когда ты уверен, что кусты по ночам оживают и превращаются в монстров, а под кроватью обитают не безобидные боггарты, а жуткие питающиеся непослушными детьми чудовища. Паника нарастала, из сжавшегося от ужаса горла вылетали только хрипы…

Как к нему спешит помощь, потерявший сознание директор уже не услышал.

До спальни Гарри добрался, едва держась на ногах от переживаний и усталости. Нет, ну их на фиг — такие приключения. Если бы не дружба с Миссис Норрис и уговор с Пивзом — наверняка попался бы!

Поначалу-то всё нормально было. При осведомлённости полтергейста о привычках обитателей замка, просчитать маршрут директора оказалось несложно. Вот на предполагаемом пути, в одном из самых тёмных мест, Пивз и притаился с заготовленной ловушкой. Шёлковые нити, проходящие примерно на уровне лица директора, тоже он натянул. При соприкосновении с кожей вреда они бы не причинили, но и не почувствовать их было невозможно, что неизбежно вынудило бы Дамблдора, если и не остановиться, то хотя бы сильно замедлить шаг, тем самым позволяя без помех натянуть на него обруч.

Сам Гарри добрался до третьего этажа, дождался чьих-то шагов, и давай шевелить возле факела двумя длинными ветками. Тень от веток на стене получилась крупной и не очень внятной, но похожей на длинные тонкие лапы. Если мысленно пририсовать к ней акромантула выходило очень страшно.

Уловка сработала. Через несколько минут патронус МакГонагалл понёсся звать директора на подмогу, а Гарри, достав карту Мародёров, помчался на пятый этаж к Пивзу. Нужно же было убедиться, что директор не выберет другую дорогу и снять с липучек наложенное Тео заклинание. Да и насладиться так тщательно подготовленной каверзой хотелось.

Насладился. Бесшумно спустившийся сверху полтергейст отлично справился с задачей и натянул на Дамблдора обруч со всеми липучками, а вот дальше…

Ну как можно было предположить, что тощий, никогда не повышающий голоса старик, умеет орать так, что на весь замок слышно?! Спасителей-спасателей набежала тьма, и Гарри на четвёртый этаж пришлось выбираться почти ползком. Там не успел толком с коленей подняться, как половина прибежавших к директору на подмогу ломанулась обратно, ловить оставленного без присмотра «акромантула». Разумеется, никого они не поймали и разбрелись на три этажа высвечивая всё вокруг Люмосом Максима… Второпях Гарри выронил где-то карту, и пришлось использовать Акцио. Видимо, кто-то заметил промелькнувшую тень и его почти окружили. Спасли Пивз и Миссис Норрис: одна не пропустила воинственно настроенную профессора Бабблинг в коридор, в одну из ниш которого забился Гарри; второй устроил переполох на лестнице, крича во всё горло, что акромантул побежал на верхние этажи…

К тому времени, когда Гарри удалось добраться до спальни, ему уже не хотелось ни гадить директору, ни делиться успехом с друзьями. Он мечтал только о том, чтобы выпить галлон холодной воды, смазать ободранные ладони и колени зельем, рухнуть на свою кровать и заснуть.

Утро выдалось на редкость мерзопакостным — на улице вновь сияло солнце. Альбус Дамблдор сидел за преподавательским столом, брезгливо тыча ложкой в полную овсянки тарелку. Настроение было омерзительным и неумолимо остывающая каша его нисколько не улучшала. Ужасно хотелось спать, а ещё больше — выть.

С тех пор, как он пришёл в себя во владениях мадам Помфри не случилось ничего, что помогло бы хоть чуточку воспрянуть духом. Да, Поппи в мгновение ока вылечила его сломанный нос и вывихнутую лодыжку, но это было слабым утешением. Нос стал ещё кривее, а в лодыжке чувствовалась нудная изматывающая боль. Позже, конечно, она пройдёт, но как минимум до вечера придётся хромать. Верно говорят: «Старость — не радость», вот был бы он помоложе… Но самое скверное было не в этом. Ночью избавиться от налипшей на него дряни с помощью чар не удалось. Пришлось всё отдирать вручную и сделать это безболезненно не вышло.

Поппи и Минерва, спеша оказать ему посильную помощь, тоже влезли в липучки и приклеились. Правда, ошибку свою они осознали быстро и не придумали ничего лучшего, чем обратиться к Помоне Стебль и потребовать у неё поделиться своим инвентарем, а конкретно — перчатками. Перчатки из драконьей кожи оказались ужасно грубыми и грязными. Несмотря на применённые очищающие чары, они оставляли на коже Альбуса какие-то сомнительные пятна и воняли драконьим навозом.

Настойчивые напоминания о том, что драконья кожа не поддаётся смягчению и чистке заклинаниями, не помогли. Упрямо поджав губы в куриную гузку, обе женщины заявили, что желают ему только добра, а грязные перчатки не так уж страшны по сравнению с тем, что будет, если липучки не убрать. И вообще, они не могут оставить его, Альбуса, в беде, а значит, будут помогать…

Помогали как умели, царапая и без того ободранную кожу, немилосердно дёргая его волосы в разные стороны и явно не задумываясь над тем, насколько это больно и унизительно. Альбус терпел сколько мог и как только всё, до чего он не сумел бы дотянуться самостоятельно, было убрано — сбежал, решив справиться с остальным своими силами.

Не сказать, что он много от такого решения выиграл. Волосы и бороду пришлось остричь, а местами даже обрить. Да что там стрижка и бритьё, когда кое-где липкая мерзость пристала настолько плотно, что волосы оказались выдраны с корнем!